Cuttlefish That – Том 6 Искатель Света (страница 88)

Выражение лица Амона снова стало обычным, и он усмехнулся:

— Угадай.

Что настоящее тело, что копия — характер у всех одинаково отвратительный… — мысленно проворчал Клейн и предположил:

— Ты исследовал подземные тайны.

Амон слегка кивнул:

— Разве это не очевидно?

Затем он полуобернулся и указал на неосвещённую тьму за «обрывом»:

— Мой отец вылез оттуда точно так же, как я сейчас. Ах, да, у этого места есть название, ты должен был слышать — Море Хаоса.

Море Хаоса? Одно из девяти Исходных веществ — Море Хаоса… Так оно скрыто глубоко под землёй… Заражение за бронзовой дверью действительно исходило от него? Я пополнял свои знания в этой области мистицизма как раз в беседах с Амоном… Древний Бог Солнца изначально был сотрудником этого института, а потом при обрушении упал в Море Хаоса и очнулся лишь во Вторую Эпоху, выбравшись на поверхность? Поскольку он тогда был обычным человеком, то, согласно правилу «чем выше Последовательность, тем опаснее приближаться к глубинам», он и не пострадал так сильно? — мысли Клейна неслись с бешеной скоростью, он вспоминал одно событие за другим, строя догадки.

Через две-три секунды он подыграл:

— Так ты рискнул прыгнуть туда в поисках сокрытой истории и правды о мире?

— Вроде того, — Амон поправил монокль и с лёгкой иронией добавил, — но не по своей воле.

— А? — коротким звуком выразил своё удивление Клейн.

Амон улыбнулся:

— Каждый из «меня» знал, что в глубине очень опасно, и никто не хотел спускаться сам. Мы пробовали множество обходных путей, включая создание марионеток вместо себя, но всё безуспешно, никакого отклика. В конце концов, под председательством настоящего тела мы провели честное голосование. К несчастью, выбрали меня.

…То, что Амон до сих пор не сошёл с ума, — это уже чудо… Не зря его называют Богом Розыгрышей, даже внутренние решения принимает таким издевательским способом… — Клейн подавил желание съязвить и спросил:

— И ты сам туда прыгнул?

— Не ждать же, пока они меня туда сбросят, — развёл руками Амон.

Сказав это, он, казалось, наконец что-то понял и тихо пробормотал:

— «Море Хаоса» оборвало мою связь с настоящим телом и окружающими копиями? Я стал независимым?

Независимым… У бронзовой двери в Зале Истины я чувствовал, как в каждой моей клетке, в каждой Духовной Личинке зарождается новое сознание, отличное от моего… Копия Амона попала прямиком в Море Хаоса, так что подобные изменения вполне нормальны… Независимая копия Амона могла бы подставить настоящее тело Амона… Нет, нельзя верить… — Клейн, основываясь на собственном опыте, было подтвердил слова Амона, но тут же осёкся, напомнив себе ни в коем случае не верить Богу Обмана.

Он усмехнулся:

— Я подозреваю, что ты меня обманываешь.

Амон поправил кристальный монокль и смерил Клейна взглядом:

— Веришь ты мне или нет, для меня это не имеет никакого значения. Даже если бы я искал союзника, то уж точно не такого слабого, как ты.

А во времена восьми Королей Ангелов ты, случайно, не был близок с Красным Ангелом Медичи… — Клейн, твёрдо решив не верить в независимость этого Амона, попробовал спросить:

— Что ты обнаружил в Море Хаоса?

— Многое. Угадай, что именно, — улыбнулся Амон.

— Ничего, — намеренно ответил Клейн.

Амон покачал головой:

— Другие «я», скорее всего, так и думают. И поскольку я долго не появлялся и не отвечал, они резонно предположили, что я был поглощён и переварен Морем Хаоса.

Не дожидаясь ответа Клейна, Амон продолжил сам:

— Море Хаоса огромно, оно почти заполняет ядро земли и затопляет верхний слой. Это также единственное Исходное вещество, которое одновременно реально и иллюзорно, и имеет прямой вход в реальном мире. Остальные либо полностью иллюзорны и скрыты неизвестно где, либо абсолютно реальны и сосуществуют с реальностью. Я обнаружил там кое-что интересное. Первая Скрижаль Богохульства, должно быть, зародилась именно там, но потом под действием неких сил покинула глубины, не успев полностью сформироваться.

— Мой отец, возможно, вначале видел ту Скрижаль Богохульства, поэтому при своей гибели его останки и сгустились во вторую Скрижаль Богохульства.

Так вот каково происхождение обеих Скрижалей Богохульства? Неудивительно, что Древний Бог Солнца был так силён в позднюю Вторую Эпоху… — Клейн, казалось, начал что-то понимать и подсознательно спросил:

— Чем отличаются две Скрижали Богохульства?

Амон поправил кристальный монокль:

— Во второй Скрижали Богохульства изменены некоторые названия Последовательностей и добавлено кое-что новое. В этих добавлениях сокрыты тайны, превосходящие Последовательности.

— Превосходящие Последовательности? — зрачки Клейна слегка расширились. Он почувствовал, что его давнее предположение находит подтверждение. — Стать Создателем?

Амон усмехнулся:

— Вроде того, но такое описание не совсем точно. Мне нравится называть этот уровень «Над Последовательностями». Некоторые истинные боги именуют его иначе: кто-то называет его «Древний», кто-то — «Внешний Бог», а кто-то обозначает его как «Звёздное небо».

Звёздное небо… — как только Клейн услышал это слово, его духовная интуиция забила тревогу.

Он отчётливо помнил, как Арианна, предводительница аскетов Церкви Вечной Ночи, говорила ему, что до уровня ангела не стоит даже пытаться познать Звёздное небо, иначе одно лишь знание может принести огромную опасность!

Не раздумывая, Клейн, скрывавшийся в исторической проекции до Первой Эпохи, прекратил поддерживать свою копию, встал на вершине многослойного города былых времён и сделал четыре шага против часовой стрелки.

Почти в то же мгновение яростные молнии, непрерывно бороздившие небо над Забытой Землёй Богов, утихли, и бесконечная тьма исчезла.

Огромная багровая луна заняла половину неба.

Свет на её поверхности пульсировал, словно она была живой.

За пределами этого мира, на Луне, вращающейся вокруг планеты, расстилалось багровое море, затопившее всё и, казалось, поглощавшее этот огромный естественный спутник.

Когда Клейн узнал о «Древних», «Внешних Богах» и «Звёздном небе», это кровавое море закипело.

Оно стремительно сгустилось к центру, нарастая, и в итоге образовало полностью кровавый, неразличимый силуэт.

Этот силуэт был во много раз больше Луны, с бесчисленными глазами. «Он» посмотрел на голубую планету, устремив свой взор на Клейна, с которым теперь была установлена связь через знание!

А когда багровое море «отхлынуло», на поверхности Луны обнажились многочисленные кратеры.

С земли луна больше не казалась багровой, а была ясной и холодной, какой и была миллионы лет.

В далёком космосе коричневая, оранжевая, красная, золотая и синяя звёзды одновременно мигнули, словно моргнув.

В тумане истории на теле Клейна вскочили пузыри, и в каждом из них была мутировавшая Духовная Личинка. На них проступали лица Чжоу Минжуя, Клейна Моретти, Германа Спэрроу и Дуэйна Дантеса, и они изо всех сил пытались выбраться наружу.

Сознание Клейна стало хаотичным, его духовное тело словно рассекали невидимые лезвия, но он, превозмогая боль, договорил последнюю фразу заклинания:

— [Фу шэн сюань хуан тянь цзунь] ([Небесный Владыка Благословений Неба и Земли])!

Бесшумно, духовное тело Клейна прошло сквозь серый туман и вошло в Замок Сефиры. Сила всего пространства забурлила, окутав его, растворяя чёрные клубы дыма, красные лучи, пузыри и обрывая невидимую связь.

Спустя почти десять секунд Клейн, корчившийся и извивавшийся, наконец пришёл в себя и, оперевшись на кресло с высокой спинкой, встал.

Внутри Чернобыля Амон, стоявший у края «обрыва», поправил кристальный монокль на правом глазу и тихо пробормотал:

— А реакция быстрая…

Если бы Клейн замешкался хоть на секунду, погрузившись в хаос и не успев развеять историческую проекцию, Амон смог бы обмануть связь между копией и оригиналом и мгновенно появиться в соответствующем фрагменте истории.

Над серым туманом Клейн сел и потёр виски:

Тот Амон, конечно же, лгал…

Скорее всего, это была его копия, оставленная в Чернобыле. Обнаружив моё прибытие и не имея возможности обойти историческую проекцию, чтобы добраться до настоящего тела, да и, возможно, не обладая силой ангела Последовательности 2, он спрятался где-то между «обрывом» и «Морем Хаоса» и притворился только что вылезшей, независимой копией, чтобы обмануть меня…