Cuttlefish That – Том 6 Искатель Света (страница 70)
— Потому что слишком много забот. Теперь всё в порядке. Меня наняла Церковь Бурь.
Глаза Раэльфа слегка сузились, в его сердце зародилась настороженность, но внешне он рассмеялся:
— Это действительно хорошая новость, если бы не война.
Элджер взглянул на место, откуда только что вышел Раэльф, и спросил:
— Когда здесь появилась школа?
Он сразу заметил четырёхэтажное здание, цементную игровую площадку, сад с газоном и множество весело играющих детей.
Кожа у детей была смуглой, но у некоторых не такой бронзовой, как у местных туземцев, и волосы были лишь слегка вьющимися, не слишком заметно.
Без сомнения, это были метисы.
Раэльф обернулся и, вздохнув, с улыбкой сказал:
— Ты ведь жертвовал в мой благотворительный фонд, не так ли? По воле божьей я основал в нескольких крупных городах острова школы, специально для этих дискриминируемых детей, чтобы обеспечить их образованием, трёхразовым питанием и жильём. Наше детство не было светлым. Я не хочу, чтобы у них было так же.
Пока Раэльф отвечал, Элджер неотрывно смотрел на школу. Лишь когда тот закончил, он отвёл взгляд и сказал:
— Я думал, ты заберёшь себе как минимум половину.
Раэльф рассмеялся:
— Похоже, я оставил у тебя слишком плохое впечатление. Ну как, есть какие-нибудь замечания по поводу школы?
Элджер оглядел его с ног до головы:
— По-твоему, я похож на человека, который ходил в школу?
Он сделал паузу и добавил:
— На какой улице находится твой благотворительный фонд? Возможно, мне нужно будет тебя найти.
Подумав, что тот теперь нанят Церковью Бурь, Раэльф не осмелился больше показывать свою связь с повстанцами и усмехнулся:
— Пожертвования принимаются, а в остальном приходить не стоит.
Назвав адрес благотворительного фонда, Раэльф направился к себе домой. Поднявшись на второй этаж, он постучал в дверь одной из комнат:
— Господин Даниц, я с докладом.
Из комнаты донёсся низкий, властный голос:
— Входи.
Баклунд, район Червуд.
Дориан, снявший в этом районе дом, подошёл к окну и смотрел, как садится солнце и сгущаются сумерки.
Сегодня ночью кровавая луна станет полной, и проклятие семьи Абрахам снова обрушится на него.
Дориан уже несколько дней не брился. Вокруг рта, на щеках и подбородке отросла седоватая щетина, что совершенно не вязалось с его внешностью мужчины средних лет.
Посмотрев некоторое время, Дориан опустил голову и произнёс на языке великанов:
— Шут, не принадлежащий этой эпохе…
Завершив молитву, он вернулся в центр комнаты, сел на диван и стал ждать восхода кровавой луны, того времени, когда его духовная сила достигнет пика.
Тем временем над серым туманом, в древнем дворце, Клейн уже сидел на месте, принадлежащем Шуту. Он мановением руки призвал бумажную фигурку.
Эта фигурка, окутанная силой Замка Сефиры, прошла сквозь огонёк молитвы Дориана и опустилась на него.
В процессе этого Клейн намеренно не стал демонстрировать эффект, позволив «ангелу» беззвучно обнять Дориана.
Он считал, что если господин Шут будет слишком явно проявлять своё присутствие, это может напугать члена древней семьи, поэтому предпочёл действовать незаметно.
Ожидание результата всегда мучительно. Дориан то и дело доставал карманные часы, щёлкал крышкой, смотрел на циферблат, желая узнать, сколько ещё осталось до пика духовной силы в полнолуние — это можно было рассчитать с помощью мистических знаний.
Наконец, ближе к полуночи, Дориан инстинктивно согнулся, пытаясь облегчить боль от проклятия.
Но время шло, минута за минутой, а в ушах его было тихо, никакого гула и шёпота не раздавалось.
Багровый лунный свет проникал сквозь окно, заливая фигуру Дориана. Он, несколько растерянно, поднял голову и ощутил лишь покой, тишину, умиротворение и безмятежность. Ничего необычного не происходило.
Дориан выглянул в окно и увидел, что багровая полная луна была священной, величавой, нежной и сказочной, словно висела в его сердце.
После минутного молчания Дориан опустил голову, достал часы и, открыв крышку, взглянул на них.
«…» — он поднял правую руку, потёр глаза и закрыл ими лицо, долго не отнимая.
Его седоватая щетина постепенно намокла от слёз и соплей.
Глава 1210: Два выбора
В комнате алый свет луны, подобно воде, пропитывал каждый уголок.
Дориан медленно поднял голову, посмотрел на полную луну за выпуклым окном и долго не отводил взгляда, словно впервые видел такую красоту.
Умывшись, Дориан вытер лицо полотенцем, вернулся в гостиную, сел на диван, склонил голову и благоговейно прошептал:
— Слава господину Шуту!
Завершив молитву, он прошёл в кабинет, достал бумагу и перо и начал писать письмо своей ученице Форс: