Cuttlefish That – Том 5. Красный Жрец (страница 19)

Но она тут же вспомнила о своей Драконьей Чешуе и поняла, что у Хвин Рамбиса она определённо есть, и куда более прочная. Обычной атакой её не пробить, даже большинству мистических предметов низких и средних Последовательностей это не под силу!

А если не удастся убить с одного удара, Хвин Рамбис наверняка очнётся и вырвется из-под контроля.

Не колеблясь, Одри, лишённая достаточных средств для атаки, быстро приняла решение:

«Загипнотизировать его!»

Он мастер гипноза, и у него сильное сопротивление к нему, так что он вряд ли носит с собой предметы для защиты от такого воздействия... Нельзя заставлять его делать что-то, что сильно противоречит его воле. С нашей разницей в уровне я точно не справлюсь с подсознательным сопротивлением... — мысли проносились в голове Одри. Она почувствовала, как пересохли губы, и осторожно заговорила.

Она старалась не выдать своего волнения, смотрела в глаза Хвин Рамбису и очень мягким голосом сказала:

— Найди в резиденции Глинта место и жди. Через пятнадцать минут встретимся в саду...

Внедрение этой подсознательной установки не вызвало сильного отторжения, и Одри довольно легко завершила манипуляцию. Для Хвин Рамбиса сегодняшний визит к Одри был запланирован, и местом встречи должна была стать резиденция виконта Глинта. Гипноз Одри лишь изменил время и конкретное место встречи, причём в небольших пределах, так что это соответствовало намерениям Хвин Рамбиса и не потребовало больших усилий и не вызвало сильного сопротивления.

— Хорошо... — ответил Хвин Рамбис на слова Одри.

Одри, не успев вздохнуть с облегчением, собралась с духом и, продолжая смотреть ему в глаза, мягко произнесла:

— Ты придёшь ко мне через четверть часа, так что сегодня мы ещё не виделись. А раз мы не виделись, то ничего, что произошло сейчас, не было. Всё будет забыто.

Поскольку Хвин Рамбис уже поддался предыдущему гипнозу, дальнейшее внушение, следовавшее той же логике, хоть и вызвало инстинктивное сопротивление, но не сильное. Вскоре оно бесследно растворилось в этих золотистых, ярких, глубоких и чарующих глазах.

— Да, я ещё не видел вас, ничего не произошло... — с несколько растерянным видом повторил Хвин Рамбис. Серо-белых чешуек на его коже стало больше.

Сделав этот ключевой шаг, Одри сдержала порыв прижать руку к груди и, подумав секунду, сказала:

— Услышав моё пение, ты успокоишься.

Она хотела было использовать очарование в сочетании с гипнозом, но поняла, что не умеет принимать соблазнительные позы и делать соответствующее выражение лица. Пришлось лишь поправить рукой спадающие золотистые локоны, слегка наклонить голову, и её взгляд стал игривым, а улыбка — лучезарной.

Затем она напела носом мелодию Поместья под Луной.

Хвин Рамбис смотрел на девушку, прекрасную, как солнце, цветы и драгоценные камни, слушал её неземной, отрешённый голос, и его разум постепенно успокаивался, сопротивление уходило.

Видя, что он вот-вот вырвется из-под первичного контроля, Одри, не мешкая, указала на другой конец коридора:

— Иди туда. Когда увидишь витражное стекло, придёшь в себя и снимешь чешую.

Она прекрасно знала, что в другом конце коридора, по направлению к главному входу, было несколько изящных витражных окон с белым основанием.

Это указание не несло в себе никакой опасности и не сильно противоречило воле самого Хвин Рамбиса. Он тут же двинулся по коридору, быстро зашагал вперёд и свернул направо.

Лишь когда его спина скрылась из виду, Одри медленно выдохнула, позволяя запоздалому страху, ужасу и напряжению захлестнуть её.

Её тело мелко дрожало, рот приоткрылся, и она непроизвольно начала делать короткие вдохи и выдохи.

Через десять секунд Одри применила на себе Успокоение и пришла в себя.

Затем она взглянула на настенные часы, и, стоя на том же месте, подняла руки, сложив их у рта и носа, и тихо произнесла имя мистера Шута.

Она попросила ещё одного благословения ангела и попросила это великое существо передать Миру Герману Спэрроу, что она теперь знает, когда придёт Хвин Рамбис, и вызовет его за две минуты до этого. Пусть он рассчитает время и прибудет на место, не слишком торопясь и не подходя слишком близко, чтобы Хвин Рамбис не заподозрил засаду.

При этом Одри лишь вкратце упомянула о случившемся, не вдаваясь в подробности, чтобы не терять времени.

Затем она подняла руки, коснулась щёк, полностью восстановила нормальное выражение лица и начала гипнотизировать себя, чтобы, увидев Хвин Рамбиса, начать напевать ту самую мелодию.

Сделав всё это, Одри направилась в зал, нашла золотистого ретривера Сьюзи и забрала у неё ожерелье Ложь и бриллиантовую брошь Враг Алкоголя. Последнюю, защищающую от ментальных воздействий, можно было носить не более получаса, иначе повреждения печени и мозга стали бы необратимыми. Поэтому Одри планировала надеть её уже после ухода из резиденции Глинта, на случай, если Хвин Рамбис решит встретить её по пути.

Сьюзи не заметила в Одри ничего странного, наблюдая, как та прикалывает брошь и надевает ожерелье.

Через несколько минут Одри, сложив одну тонкую чёрную перчатку, убрала её в карман жокейки и, под предлогом посещения уборной, окольным путём вышла в сад виконта Глинта.

Затем, глядя на большие часы на примыкающей к дому башне, она, с некоторым напряжением, начала запоминать время.

Ей было страшно и от того, что Хвин Рамбис не придёт, и от того, что он придёт раньше или опоздает.

Время шло, и Одри дважды применила на себе Успокоение, чтобы унять волнение.

Когда до назначенного времени осталось две минуты пятнадцать секунд, она сняла с шляпки брошь с пером и щёлкнула пальцами.

Алое пламя вспыхнуло, поджигая белое перо.

Это была способность Управление Пламенем, присущая Ложь.

Пламя, погорев, стало бледным и всего за две-три секунды превратило перо, побочный продукт проекта Искусственная Смерть, в пепел.

Вокруг ничего не изменилось.

Снова взглянув на часы, Одри достала амулет из белого олова и произнесла на древнем гермесском языке одно слово:

— Молния!

Амулет тут же засветился, словно в нём запуталось множество мелких электрических змеек.

Это был амулет для призыва Германа Спэрроу.

Когда электрический свет погас, и амулет, полностью распавшись, растворился в пустоте, вокруг по-прежнему было тихо.

Сио и Форс, должно быть, уже нашли церковь Вечной Ночи и начали молиться... — Одри успокоилась и сделала вид, что любуется последними осенними цветами.

Она больше не смотрела на большие часы, а вела обратный отсчёт в уме.

Три секунды, две, одна... — она медленно подняла голову, огляделась, но не увидела фигуры Хвин Рамбиса.

Он заметил неладное и ушёл? — сердце Одри сжалось, и она начала лихорадочно перебирать в уме, где могла допустить ошибку.

В этот момент у её уха раздался мягкий голос:

— Что вы ищете?

Зрачки Одри резко расширились. Краем глаза она увидела, что седовласый, с голубыми глазами Хвин Рамбис неизвестно когда появился рядом с ней. В его голосе слышалось лёгкое недоумение.

Загипнотизировав себя ранее, она в этот момент не колебалась. Следуя подсознательной установке, она начала напевать прекрасную мелодию Поместья под Луной.

Под эти неземные, отрешённые звуки Хвин Рамбис успокоился и сосредоточенно слушал.

Внезапно он обнаружил, что расстояние между ним и Одри стало огромным, хотя никто из них не двигался.

Ночь опустилась на послеполуденный сад, над крышей ближайшего дома взошла огромная красная луна, а на ней стояла фигура в чёрном плаще и высоком цилиндре. Лицо её было скрыто в тени.

Глава 1051: Разные Пути — разный стиль

Увидев эту картину, Хвин Рамбис тут же вышел из состояния покоя. Он ясно осознал, что попал в ловушку, и что на него уже было оказано какое-то воздействие.

Не колеблясь, он согнулся в спине, и его тело начало заметно раздуваться.

Его зрачки стали вертикальными, сменив цвет с голубого на золотой. Его лицо, руки, каждый сантиметр обнажённой кожи покрылся серо-белой, похожей на камень, чешуёй.

С треском его белая рубашка, чёрный жилет, пиджак и брюки разорвались, открывая под собой драконью чешую.

За одно мгновение Хвин Рамбис превратился в огромное чудовище. За исключением головы, сохранившей человеческие черты, остальное его тело полностью изменилось, став похожим на недоразвитого серо-белого дракона.

За спиной у этого дракона были два серых кожистых крыла, его четыре лапы были довольно толстыми, а серо-белую чешую покрывали сложные трёхмерные мистические символы. Они уходили вглубь плоти и простирались в окружающее пространство, сплетаясь в нечто, не принадлежащее реальному миру. Один лишь взгляд на это вызывал помутнение рассудка, искажение мыслей и осквернение духа различными, казалось бы, идущими изнутри желаниями — желаниями разорвать или уничтожить себя.

Это была неполная Форма мифического существа Пути Зрителя!

Для полубогов других Путей, чтобы сражаться в Форме мифического существа, не достигнув уровня ангела, требовалась невероятная сила воли и твёрдые убеждения, иначе они не смогли бы совладать с безумием и потерей контроля, рискуя окончательно потерять рассудок и превратиться в чудовище. Но для Пути Зрителя всё было иначе. У них было Успокоение, исцеление для разума и духа. Перед лицом безумия и потери контроля они не были безоружны. Поэтому, если бой не затягивался слишком долго, они могли по своему желанию принимать Форму мифического существа и возвращаться в нормальное состояние.