Cuttlefish That – Том 5. Красный Жрец (страница 110)

— Тогда пока не будем об этом думать. Однако я всё же хочу узнать, где можно получить способ вместить Уникальность. Если появится возможность, упускать её нельзя. Кто знает, когда в будущем это может пригодиться.

Уилл Аусептин опустил руку, которой утирал слёзы, и, шмыгнув носом, сказал:

— Не нужно никого спрашивать. Я, на самом деле, давно всё разузнал. Просто те способы, о которых я знаю, неосуществимы. Или ты думаешь, что я, член совета Школы Жизни, зря свой хлеб ем?

— … — Клейн, одновременно удивлённый и любопытный, спросил: — Почему неосуществимы?

Уилл Аусептин поправил маленькое одеяло в коляске:

— Есть три способа вместить Уникальность. Первый — родиться с ней, что равносильно ожившей Уникальности, слившейся с человеческой природой. Второй — позволить Уникальности ожить до определённой степени, а затем насильно принять её в себя, подавляя силой Творца, и в течение долгого времени постепенно её истощать, адаптироваться и достигать равновесия. Третий — превратить Уникальность в неполноценное зелье и принять его, совершив упрощённый ритуал вознесения. Первый способ очевиден, именно из-за него тем двум братьям так завидовали. Второй после падения Древнего Бога Солнца уже никто не может осуществить. Третий — единственный на данный момент возможный, но для Последовательности 1 Пути Судьбы остаётся лишь смотреть, как распорядится сама судьба.

О первом пункте упоминал император Розель в своём дневнике, ему об этом рассказал Господин Дверь… Означает ли второй пункт, что Древний Бог Солнца, владея несколькими Путями, по сути, был как минимум на полступени, а то и на целую ступень выше нынешних истинных богов? Статус Творца? — Клейн задумчиво спросил:

— Что значит «остаётся лишь смотреть, как распорядится судьба»? И как это связано с тем, что я мог бы раньше предложить тебе помощь во вмещении Уникальности?

На пухлом младенческом личике Уилла Аусептина появилось задумчивое выражение:

— Ритуал вознесения Пути Судьбы, возможно, самый простой, а возможно, и самый сложный. Нам нужно лишь найти правильный поворотный момент в потоке судьбы, и тогда можно будет напрямую принять зелье и попытаться возвыситься. Проблема в том, что этот точный момент невозможно предсказать ни гаданием, ни пророчеством, ни каким-либо другим способом. Можно лишь устранить некоторые помехи и терпеливо переживать события в его поиске. Я перезагружался бесчисленное количество раз, прожил невероятно долгую жизнь, и всё равно, всё равно так и не встретил его…

На этих словах из глаз младенца снова покатились слёзы.

Звучит просто, но на деле всё зависит от удачи, от «лица»… — Клейн вздохнул и, кажется, что-то поняв, переспросил:

— Когда я предложил помочь тебе вместить Уникальность, ты смутно ощутил этот поворотный момент?

Пухлый младенец заплакал ещё горше:

— Хоть я его ещё не нашёл по-настоящему… но у меня было предчувствие…

Вот как… Значит, Уилл Аусептин связался со мной не только в надежде получить помощь от Вчерашнего Дня, но и подталкиваемый удачей? Настоящий пророк… — Клейн хмыкнул.

— Тогда ничего не поделаешь…

— Остаётся только дать мне побольше тех талисманов! — решительно кивнул Уилл Аусептин.

— Хорошо, — без малейшей скупости ответил Клейн и добавил: — А ты мне наделаешь побольше бумажных журавликов.

После этого и укутанный в серебристый шёлк младенец, и он снова замолчали.

В съёмной квартире Клейн, проснувшись, встал с кровати, вышел в другую комнату, достал бумагу и ручку и начал писать письмо Леонарду:

«…Я получил несколько талисманов от высокоуровневых Потусторонних Пути Провидца, которые позволяют заимствовать силу у себя из прошлого…»

Клейн не стал спрашивать, нужно ли это его товарищу-поэту, словно просто описывал факты.

Сложив письмо, он достал золотую монету и ромбовидный, похожий на бриллиант, талисман, после чего дунул в Губную гармошку авантюриста.

Ренетт Тинекерр в мрачном, сложном платье, неся четыре светловолосые, красноглазые головы, вышла из пустоты. Все взгляды одновременно устремились на талисман Вчерашний День.

Четыре головы поочерёдно произнесли:

— В этот… — раз… — против… — кого…

Как прямолинейно… — Клейн вздохнул и с улыбкой ответил:

— Ещё не решено. Я собираюсь попытаться сорвать замысел Георга III, и в критический момент мне может понадобиться ваша помощь.

Четыре светловолосые, красноглазые головы Ренетт Тинекерр тут же ответили:

— Это… — звучит… — очень… — опасно… Нужно… — больше… — платы…

— Ещё больше таких талисманов? — у Клейна дёрнулся висок, и он словно вновь ощутил ту разрывающую душу боль.

— Три… — та голова Ренетт Тинекерр, что молчала во второй раз, качнулась вверх-вниз.

…Клейн выдавил улыбку:

— Без проблем, но придётся подождать одну-две недели.

Во-первых, в последнее время он отделил множество Духовных Личинок и изготовил немало талисманов Вчерашний День, из-за чего чувствовал, что близок к пределу и ему нужен отдых. Во-вторых, он полагал, что через одну-две недели, с выходом новой книги госпожи Мага, он сможет полностью усвоить зелье Причудливого Колдуна и попытаться возвыситься до Древнего Учёного. Тогда, возможно, появятся более простые и лёгкие способы.

Четыре головы Ренетт Тинекерр, которых держали за волосы, качнулись вверх-вниз в знак согласия.

Клейн указал на письмо и золотую монету:

— Опустите в почтовый ящик на Пинстер-стрит 7.

Он провёл гадание и выяснил, что Леонарда нет дома, он, похоже, отправился в Район Южного Моста.

Одна из голов Ренетт Тинекерр качнулась вперёд и втянула в рот письмо, монету и талисман Вчерашний День.

Наблюдая, как госпожа Посланница уходит в пустоту и исчезает из комнаты, Клейн несколько десятков секунд размышлял, а затем начал готовить ритуал жертвоприношения и дарования.

Раз уж зелье Причудливого Колдуна почти усвоено, ему, без сомнения, следовало заранее подготовить ингредиенты для Древнего Учёного.

Из них хлопьевидное сердце туманного волка и кристалл белого инея, казалось, можно было получить от Богини Вечной Ночи.

А с хлопьевидным сердцем туманного волка можно было отправиться в Мир Духов «ловить» Пса Фульгрима.

После некоторой суеты Клейн подготовил алтарь, отошёл на два шага и осмотрел обстановку.

Достаточно чисто… С учётом изоляции Стеной духовности, требования ритуала соблюдены… В последнее время я не совершил ничего выдающегося, как же просить о даре? Сказать Богине, что я хочу взять кредит с погашением в рассрочку… Не будет ли это богохульством… Хм, попробую принести в жертву что-нибудь ценное. Если Богиня примет, то она дарует соответствующее…

Ценное… — размышляя, Клейн мысленно перенёсся к куче хлама над серым туманом.

Ему очень хотелось упаковать и принести в жертву Богине всё то, что сейчас было бесполезно и временно не продавалось: флакон с биологическим ядом, Потустороннюю Черту Дознавателя, Потустороннюю Черту Безумца, дыхание бормочущего, кровь тысячеликого охотника, глазное яблоко шестикрылой гаргульи и прах грабителя из Мира Духов, чтобы обменять их на ингредиенты для Древнего Учёного. Но ему казалось, что это превратит Богиню в скупщицу утиля, и он отбросил эту мысль.

Нужно что-то примерно равноценное… Путешествия Гроселя не подходят, в них скрыта большая тайна, и они могут ещё очень пригодиться. Кстати, в следующий раз, когда маленький Солнце и его команда снова отправятся исследовать Двор Короля Великанов, можно будет отдать им прах Гроселя. В этот раз я не знал, как далеко они смогут зайти, и боялся, что они вернутся, так и не войдя по-настоящему в Двор…

Скипетр Морского Бога? Это ещё важнее. Это не только мой самый мощный на данный момент Запечатанный Артефакт, но и связанный с последователями Бога Морей. Они — мой Якорь на ближайшее время. Когда у меня появятся другие, более многочисленные Якоря, я смогу даровать его господину Повешенному…

Потусторонняя Черта Хвин Рамбис… Я уже пообещал её госпоже Справедливости… — после долгих раздумий Клейн понял, что выбор у него невелик: либо Посох Жизни, либо талисманы Солнечной Вспышки, Сифон Судьбы, Вчерашний День и пули Контроля Души.

Последние — одноразовые предметы, даже все вместе они по ценности не сравнятся с основными ингредиентами зелья Последовательности 3… К тому же, когда моя способность Перенос ран снова усилится, она сможет частично заменить функции Посоха Жизни… — поколебавшись, Клейн наконец принял решение.

Глава 1126: Неожиданность

Вернув из пространства над серым туманом в реальный мир простой на вид посох цвета натурального дерева, Клейн немедленно приступил к ритуалу.

Он зажёг свечи, воскурил соответствующие эфирные масла и травяные порошки, отступил на два шага и привычно произнёс почётное имя Богини, закончив словами:

Я приношу в жертву Вам этот посох, исполненный жизненной силы, и да снизойдёт на меня Ваша благодать.

Он не стал напрямую упоминать хлопьевидное сердце туманного волка и кристалл белого инея, чтобы это не выглядело как равноценный обмен, а не как подношение с мольбой о даре.

В остальном ритуал можно было провести не так уж и скрупулёзно, но в вопросах фундаментального отношения, — считал Клейн, — следовало быть внимательным.

Как только Клейн закончил свою речь, два из трёх язычков пламени свечей вспыхнули, разрослись и, переплетясь, образовали иллюзорную, тёмную и таинственную дверь.