Cuttlefish That – Повелитель Тайн Том 5 главы (1035-1150) (страница 84)

В его голосе не было и намека на гнев, и он не сказал, почему Заратул не осмеливался. Но от одного его взгляда Клейн словно оказался в глубине ледника, промерзнув до костей. Это ощущало его настоящее тело. Даже сквозь марионетку волосы на его затылке и спине встали дыбом.

Сорону Эйнхорну Медичи не нужно было больше ничего говорить. Клейн уже понял скрытый смысл его слов: любой, кто посмеет напугать его таким образом, немедленно понесет наказание железом и кровью.

«Если бы не то, что зелье „Причудливого Колдуна“ только что значительно усвоилось, я бы и вправду подумал, что твоя воля — сталь, а сила восстановлена как минимум до 1-й Последовательности. А сейчас... я почти уверен, что за твоим спокойствием скрывается сильный страх перед Амоном. Это также означает, что твой нынешний ранг — максимум 2-я Последовательность… К тому же я и так был готов потерять одну марионетку. Это риск, на который пришлось пойти, чтобы быстрее усвоить зелье… Если бы здесь был Даниц, и он воспользовался бы моментом, чтобы крикнуть пару раз „трус“, то он, даже выпив четыре-пять бутылок зелья „Провокатора“, быстро бы их усвоил…»

Клейн больше не стал провоцировать злого духа «Красного Ангела» и, улыбаясь, снял монокль:

— Во времена империи Соломона Заратул, должно быть, уже был ангелом. Как он мог все еще усваивать зелье «Причудливого Колдуна»?

— Я говорю о маленьком Заратуле, — небрежно ответил Сорон Эйнхорн Медичи.

«Это соответствует описанию старика в теле Леонарда…»

Клейн едва заметно кивнул и перешел к делу:

— Ты уже разобрался с «Белой Ведьмой»?

— А ты как думаешь? — усмехнулся злой дух «Красного Ангела». — И еще, нужно быть вежливым. Раз Катарина называет себя «Белой Святой», не называй ее больше ведьмой.

«Вежливость... „Охотник“ говорит мне о вежливости…»

В этот момент Клейну очень захотелось скривить губы, чтобы выразить свое чувство абсурда, но в итоге он сдержался.

«Похоже, „провокация“ — это не только насмешки и ругань. Э-э, Даниц, который умеет ругаться только одним словом, — просто позор для охотников…» — подумал Клейн и произнес:

— Я выполнил свое обещание. Думаю, ты не будешь против небольшой платы.

— Платы? — с усмешкой переспросил злой дух «Красного Ангела».

Клейн, не обращая внимания на его тон, продолжил:

— Я хочу вызвать дух «Белой Ведьмы» и задать ей несколько вопросов.

— И это все? — со смешком спросил злой дух «Красного Ангела».

Клейн кивнул:

— Да.

— Без проблем, — Сорон Эйнхорн Медичи поднял правую руку, схватил себя за переносицу и вытащил оттуда смутный, иллюзорный силуэт — это была «Белая Святая» Катарина с растерянным выражением лица и застывшим в глазах ужасом.

— Мы можем поговорить наедине? — спросил Клейн, оглядевшись.

Злой дух «Красного Ангела» тут же рассмеялся:

— Может, тебе еще и отдельную комнату предоставить? Подумай своей головой. Даже если ты захочешь скрыть свои вопросы, я все равно смогу узнать все подробности через дух Катарины. Разве что… ты не собираешься ее мне возвращать? Или ты маленький мальчик, которому нужны ритуалы?

Клейн заставил марионетку бесстрастно ответить:

— У меня есть способ заставить ее забыть мои вопросы.

Это было и правдой, и ложью. Правда заключалась в том, что Клейн действительно мог использовать Потустороннее свойство «Манипулятора» Хвина Рамбиса для этой цели, но это было относительно сложно, с высокой вероятностью неудачи и немалыми побочными эффектами. Ложь же заключалась в том, что Клейн и не собирался этого делать — это бы раскрыло много важных вещей. Он сказал это с одной целью: заставить злого духа «Красного Ангела» усомниться в правдивости ответов, предположить, что за очевидным скрывается нечто важное, и таким образом пренебречь ценностью явных вопросов. Это могло сработать с таким подозрительным типом.

Конечно, Клейн не слишком надеялся на успех. Ведь перед ним был «Красный Ангел», владыка «Интриг».

— Неплохо, — услышав ответ Клейна, Сорон Эйнхорн Медичи внезапно исчез, отразившись на поверхности того самого окна.

Клейн взглянул на кровь, застывшую серыми камнями, и с легким сожалением отвел ошеломленный дух «Белой Ведьмы» Катарины подальше от окон, в темный переулок. Там он достал свечи, эфирные масла и порошки трав, устроил алтарь и вознес молитву «Богине Вечной Ночи», надеясь с помощью ритуальной магии совершить «вызов духа». Этот навык он отточил еще во времена службы в «Ночных Ястребах».

По завершении ритуала с неописуемой высоты снизошла могущественная, ужасающая и таинственная сила, и все вокруг погрузилось в необычайную тишину. Глаза Клейна мгновенно стали угольно-черными, словно в них сгустилась сама ночь. Затем он увидел вокруг духа Катарины нечто большее: мерцающую, туманную бурю разума.

Легко пройдя сквозь эти препятствия, он оказался лицом к лицу с ментальным телом «Белой Ведьмы».

— Сотрудничество Секты Демонесс с Георгом III уже закончилось? — Клейн не стал терять бдительности и начал с менее чувствительного вопроса, чтобы оценить состояние Катарины.

Ошеломление и растерянность на лице Катарины немного исчезли, и она с чистой улыбкой кивнула:

— Да.

— Тогда почему ты все еще в Баклунде? — продолжил Клейн.

Катарина с серьезным выражением лица ответила:

— Я охочусь на Трисс. Она похитила важный запечатанный артефакт.

— Что это за артефакт? — Клейн тут же вспомнил кольцо с сапфиром необычной формы, которое когда-то носила ведьма Трисс.

«Белая Ведьма» Катарина с благоговением произнесла:

— Он связан с пробуждением Изначальной. Сам по себе, кроме высокого ранга уровня "0", он не обладает какими-либо особыми способностями.

«Так и есть, связано с „Изначальной Ведьмой“... А Трисс вы переименовали в Трисси Чик…»

Клейн не стал показывать, что знает истинное имя «Изначальной Ведьмы», и спросил:

— Ты знаешь, где находятся остальные восемь гробниц Георга III?

Катарина слегка нахмурилась и с трогательной беззащитностью ответила:

— Соответственно, в юго-западном пригороде Баклунда, в графстве Ахова, в графстве Восточный Честер…

«Белая Ведьма» сначала вкратце перечислила места расположения восьми гробниц, а затем подробно описала их местонахождение и состояние:

— Эти восемь гробниц уже давно отреставрированы, и каналы «телепортации» временно закрыты. Даже с соответствующими талисманами их больше не открыть. А найти их снаружи практически невозможно… Кроме принца Гроува, герцогини Джорджины, двух ангелов королевской семьи и самого Георга III, никто больше не сможет туда войти…

«Хм, некоторые из этих мест — там, где Чунос Колгер часто охотится. Это совпадает с моими догадками, значит, „Белая Ведьма“ не лжет... Позже проверю это над серым туманом... Если все так, то это довольно хлопотно... В нынешней ситуации и принц Гроув, и герцогиня Джорджина наверняка находятся под наблюдением ангелов... Самое сложное — как попасть внутрь руин. Как только это удастся, дальше будет не так опасно. Война уже началась, нужно противостоять фусакцам, а количество полубогов ограничено. Георг III не может поставить по святому охранять каждую гробницу и просить ангела прикрывать их…» — пока Клейн размышлял, он задал вопрос:

— У королевской семьи два ангела?

— На самом деле, больше, потому что сам Георг III, скорее всего, тоже ангел, — честно ответила «Белая Ведьма» Катарина. — Один из этих двух ангелов — основатель королевства Руин, выживший с Четвертой Эпохи «Хранитель» Вильгельм I. Он — 1-я Последовательность пути «Арбитра», «Длань Порядка». Другой — бывший герцог Саутвелл, Дринкер Август. Он — 2-я Последовательность пути «Арбитра», «Уравновешивающий»... А сколько у королевской семьи запечатанных артефактов класса "0", я не знаю.

«Тот самый „основатель нации“ с 10-фунтовой банкноты еще жив? Снова ощущение, будто история оживает…»

Клейн закончил размышлять, кивнул и спросил:

— Почему вы сотрудничали с Георгом III?

— Ради Потустороннего свойства «Завоевателя». Сейчас оно у нас, — на лице Катарины появилось легкое волнение.

«„Завоеватель“ — название зелья 1-й Последовательности пути „Красного Жреца“!»

— И оно достанется «Изначальной Ведьме» или высшим чинам вашей секты? — задумчиво спросил Клейн. — Кто входит в высшее руководство вашей секты?

— Оно будет принесено в жертву Изначальной. Но сначала нужно вернуть запечатанный артефакт, который похитила Трисс. Сейчас он у «Святой Тьмы»... Высшие чины нашей секты все используют цвета в качестве кодовых имен... — правдиво ответила Катарина.

Узнав больше подробностей, Клейн прервал «вызов духа», убрал алтарь и вернул дух «Белой Ведьмы» к тому самому окну. А сам он внезапно стал прозрачным и с помощью «телепортации» исчез из этого района, воссоединившись со своим настоящим телом и другой марионеткой.

Проводив взглядом уходящего Германа Спэрроу, ошеломление и растерянность на лице Катарины внезапно исчезли, и ее выражение стало чрезвычайно живым. Она тут же вошла в снова потемневшее окно.

Через несколько секунд из «зеркала» вместе вышли Сорон Эйнхорн Медичи в своем черном с красными узорами халате и «Белая Ведьма» Катарина. Последняя выглядела совершенно реальной, из плоти и крови, без малейших признаков того, что она умерла.

— Ты говоришь, он спрашивал об остальных восьми тайных гробницах Георга III? А сила для «вызова духа» исходила от Ночи? — злой дух «Красного Ангела» потрогал подбородок и спросил Катарину.