Cokol-d – Ремесло Выживания (страница 20)

— Коррупция неотъемлемая часть современного мира. — Кивнул Рютаро.

— Мир изменился, деньги больше не в цене. — Заметила Саэко, придерживая дверь, чтобы мне было удобно выйти вместе со стойкой для капельницы.

— Угу, вот только я бы многое отдал, чтобы мир вернулся к тому состоянию, что было еще с утра. — Хмыкнув я отправился вслед за Асадо.

— О чем вы? — Напрягся врач.

— Эта хрень, что творится у нас, происходит по всему миру. Где-то вводят войска, где-то всеобщие беспорядки, а у нас пока ничего не понятно. Центральные районы перекрыты, как и выезды из города, сообщение между районами ограничено, по крайней мере, на мостах. В городе обьявили карантин, мобилизовали полицию, силы самообороны и береговую охрану, но пока ничего не предпринимают. — Войдя в лифт, я оперся спиной о стену, организм показывал первые признаки кислородного голодания. — Асадо, если не найдешь донора, быть может у вас найдется средство от малокровия? Мне нужна инъекция гемоглобина, иначе я не переживу операцию, даже если она пройдет удачно.

— Сейчас распоряжусь. — Он кивнул. — И я еще раз настаиваю, что ты не сможешь в таком состоянии даже шнурки нормально завязать, а ты собираешься оперировать.

— Мне уже все равно. — Я тяжело дышал, и мне, по большому счету, действительно уже без разницы кто будет проводить операцию, если на ранних этапах Система нивелировала почти все негативные эффекты, то сейчас я достиг критической точки и мне становилось все хуже, так что если я в ближайшее время не начну восстанавливать свое здоровье, то просто умру.

В кабинет стоматологии меня почти внесли, если поначалу я еще пытался опираться на стойку с капельницей, то вскоре Асадо, отдав несколько распоряжений, отобрал её у меня и, доверив перенос стойки Саэко, сам поднырнул под здоровую руку и довел меня до самого кресла. Дальнейшее я помню урывками.

Как настраивали кресло, чтобы расположить меня наиболее удобным способом, но при этом так, чтобы рука была поднята как можно выше. Я еще успел разобрать объяснение врача, что так они уменьшат прилив крови в раненую конечность. Уже гаснущим сознанием, я успел уловить как с меня срезают футболку, а дальше уже не помню, может и не сразу потерял сознание, но адекватно мыслить уже точно не мог.

В себя я пришел, если верить Системным часам, ранним утром следующего дня. Я все так же лежал в стоматологическом кресле, разложенном на манер шезлонга, по пояс голый, правая рука была перебинтована. Первым делом я выудил из инвентаря зеркало и проверил статус. Так, легкое малокровие, которое уже к вечеру пройдет, кость собрана и зафиксирована застывшим гелем, да и само ранение обильно намазано им изнутри и снаружи. При регулярном питании, я сниму со своей руки все негативные эффекты за две, две с половиной, недели. В целом состояние здоровья удовлетворительное.

Чуть поелозив в кресле, я встал. Косыночную повязку с меня сняли, и непонятно куда дели, так что рука просто висела вдоль тела. В кабинете помимо меня были так же Саэко, спящая в кресле, и Кёко, растянувшаяся на кушетке. Первым делом я подошел к Бусудзиме и легонько потряс за плечо. Выспаться сидя ей явно не удалось, так как даже открыв глаза, она слабо соображала. На мой кивок в сторону только что освобожденного мной место, девушка, что-то сонно буркнув встала, и пошатываясь, дошла до «операционного стола» где и улеглась.

Наблюдая за ней, мне оставалась только покачать головой и затем выйти из кабинета. На первом этаже было пустынно, только несколько человек спали на стоящих вдоль стен скамейках, да пара мужчин сидела за стойкой регистрации, судя по всему, исполняя роль охранников. Когда они меня заметили, то один из них поднялся и обратился ко мне:

— Асадо-сенсей просил передать, чтобы вы никуда не уходили и не беспокоили руку, а также, чтобы мы позвали его, когда вы очнетесь.

— Хорошо, я буду в конце коридора у окна. — Кивнув ему, я неспеша двинулся в указанном направлении. По ходу я призвал из инвентаря телефон и набрал номер матери. Вызов прошел, десяток секунд я слушал гудки, пока в трубке не раздался ставший таким родным голос:

— Да?

— Мама, с тобой все хорошо? Это Такаши.

— Такаши?! Ох… я в порядке. Ты как, где ты сейчас, и что произошло?! — От чувств Хана заговорила так громко, что мне пришлось отнести трубку подальше от уха.

— Со мной тоже все в пределах нормы, я сейчас около метро Одзи Кимия. Мосты перекрыты полицией и силами самообороны, но я постараюсь сегодня добраться до дома. Ты сейчас где? — От её слов на душе стало немного легче. Пусть особенности Системы сглаживают эмоциональные пики, в целом напряжение никуда не исчезает.

— Пожалуйста, не рискуй. — Сбилась она на строгий тон, но тут же смягчилась. — Кирико помогла мне выбраться из школы, мы сейчас в доме у нашей соседки Касуми-сан, помнишь её дом? Он выходит не на главную дорогу в проулок, вот мы у неё и собрались и проулок с двух сторон забаррикадировали.

— Много вас там? — Если там только мама, Кирико и тетка Касуми, то это если и не идеальный вариант, то около того.

— Человек семь, мы трое, и еще две женатые пары. — Тут же опустила меня с небес на землю Хана.

— Эти четверо… достаточно надежны, чтобы с ними под одной крышей находиться? — Не сразу нашелся я со словами.

— Эм… ну… — Как-то очень не хорошо замялась мама. — Вроде нормальные.

— Понятно, я приду так быстро как только смогу. — Я вздохнул, и чуть размял шею. — Ты тревожные рюкзаки из дома забрала?

— Да, оба, и твой и мой. — В трубке раздался тихий вздох и какой-то шёпот. — Такаши… скажи, что с Рей?

— Когда я видел её в последний раз была жива-здорова, в составе довольно большой группы, они двигались в Сирои через наш дом. Обстоятельства сложились так, — Я покосился на перебинтованную руку и решил не информировать мать о своем ранении раньше времени, — что мне пришлось задержаться и я отстал от них, но сейчас все в порядке.

— Такаши, пожалуйста, не держи зла на Рей, и прежде чем идти к нам, найди её. — Она волновалась. — Это просьба, не только Кирико, но и моя, пожалуйста позаботься о Рей.

— Хорошо. — Я вздохнул. — Я обещаю, что найду её и лично приведу к вам. До скорой встречи, мам.

— Я буду ждать.

Обычно, она первой нажимала отбой, но сейчас, попрощавшись мы еще секунд пять слушали дыхание друг друга, пока я не скинул звонок. Ну что же, раз обе женщины, воспитавшие Такаши просят меня об этом, как я могу отказать? Даже интересно как Бусудзима и Хаяси на это отреагируют? Да и сам я после всех этих разговоров о «прогнали бы», да «они тебя бросили» не очень-то хочу пересекаться со старой компанией. Вот умом понимаю, что сам себя накручиваю, и поступить по другому в данной ситуации ни они, ни я не могли, но действительно «осадок остался».

— Ты прямо человек из стали. Не многие могут после серьезной кровопотери так быстро встать на ноги, а уж если учесть операцию «на живую» то это настоящее чудо. — Он покачал головой.

— Как все прошло? — Я облокотился на подоконник, разглядывая город.

— Ты, судя по всему, держался… как ты сказал, на «природной вредности»? — Асадо хмыкнул и раскрыв окно достал из кармана штанов пачку сигарет. — Вот только запасы этого, без сомнений важного для жизни, ресурса не бесконечны. Я так думаю, что уже на подходе к кабинету ты ничего не соображал. — Это было не совсем верно, но сознание мое тогда было настолько затуманено, что я вполне мог и упустить чего-нибудь. — Но даже так, сознание не потерял и периодически бубнил мне под руку.

— Да-да, прошу прощения. — Я хмыкнул на немудреную шутку.

— В общем-то, сквозь бред ты сказал, что если первое приготовленное тобой средство смешать со вторым, то оно довольно быстро загустеет и засохнет. Вот только ты как-то не учел, что оба состава все еще были слишком горячими, особенно если лить их на голое мясо. — Закурив, он выдохнул дым в окно. — В любом случае, у меня было чем заняться, пока они остывали. Мы сделали тебе разрез вдоль бицепса, чтобы извлечь осколки кости, остатки оболочки пули, частицы одежды и весь тот мусор, который ты успел туда насобирать.

— У вас же нет операционной, а значит и профильных врачей и инструментов быть не должно. — Слушать о том, что меня резали и вынимали из моей руки, пусть инородные, но все же кусочки, было как-то странно.

— Да брось, что мы, лягушек не препарировали, что ли? — Махнул он рукой, а я поперхнулся, пытаясь сдержать смех.

— Да уж, спасибо, приласкал. — Откашлялся и покачал головой. — Только давай серьезно, а то больно смеяться.

— Да-да, прости. В общем-то, я сам, прежде чем занять свою должность, практиковал как кардиохирург, и скальпель в руках держать умею, да и не все студенты умерли или разбежались, так что у меня на подхвате была пара малоопытных, но толковых парней. Инструменты же предоставил ты, твои девушки сказали, что вы успели слегка обобрать университет. Так что, прости еще раз, но хирургический набор я оставлю себе, мало ли что.

— Не вопрос. — Я хотел пожать плечами, но вовремя вспомнил о руке, поэтому просто кивнул. — Что было дальше?

— Дальше? Дальше мне чуть не проломили голову. — Он хмыкнул. — Ты уж извини, но я не очень-то поверил в чудодейственное средство изобретенное школьником, и хотел руку тебе ампутировать. Благо бормашина стоматолога была под рукой, обточил бы острый край плечевой кости, обрезал лишнее, да зашить по учебнику. Вот только один из моих помощников когда выходил за тем самым учебником, рассказал о моём намерении твоим попутчицам, и Бусудзима-сан ворвалась в кабинет с бокеном наизготовку и принудила действовать меня по твоему сценарию.