Clandestinus – В оковах холода и страха: американский перевал Дятлова (страница 4)

– Я смотрел несколько серий, Гэри, – произнес Вэйер. – Мне было очень интересно, но потом брат выключал телевизор, потому что… э-э-э… кино поздно показывали и надо было ложиться спать…

– Я смотрел, наверное, все до одной! – заверил его Матиас. – Эх, как было бы весело подняться на борт «Энтерпрайза» и преодолеть огромные расстояния, в миллионы и миллионы миль. Вам не хотелось бы так попутешествовать? Познакомиться с множеством инопланетных рас, совершенно на нас непохожих?

– Только не таких, как пришелец из «Нечто из иного мира», – невольно передернулся от отвращения Теодор. – Ни за что не хотел бы встретиться с таким… э-э-э… мерзким созданием, и тем более с целой расой этих космических кровососов.

– Эх, Тед, тебе не понять романтики открытого космоса, – Гэри махнул рукой в его сторону. – Ничего, мы объявили бы им войну и уничтожили всех этих тварей. Кстати, инопланетяне могли бы похитить нас, и приключения стали бы еще веселее!

– Ну уж нет! – не согласился с ним Вэйер. – Пусть похищают кого угодно, но только не нас! Мы лучше будем путешествовать… э-э-э… сами по себе.

– Хорошо, – кивнул воодушевленный Матиас. – Тогда мы посещали бы планеты, обитатели которых похожи на нас. Такое тебя устраивает? – Он подмигнул Теодору. – Мы знакомились бы со всеми формами жизни, которые нам понравятся. Вот интересно было бы познакомиться с настоящими инопланетянками! – вдруг вырвалось у него.

– А чем они… э-э-э… отличаются от наших девушек? – полюбопытствовал Вэйер.

– Не знаю, – пожал плечами Матиас, задумываясь. – Вот и хотел бы это установить. Вдруг они вовсе не такие зануды, как землянки? Словом, – спохватился он, – мы летели бы долгие-долгие мили и, может быть, даже не вернулись бы назад…

– Не-е-ет, так я не хочу! – протянул Хьюэтт. – Надо обязатеуно уернуться домой!

– Отчего же, Джеки? – подзадоривал его любитель космической фантастики. – Что здесь делать, на этой скучной Земле?

– Как што? – не задумываясь, ответил тот. – У меня тут мама и папа. У меня тут много деу: и баскетбоу, и друзья… Мне соусем не хочется остаууять их наусегда.

– Ладно, – успокоил его Матиас, – тогда мы обязательно вернулись бы. Посмотрели на далекий космос и вернулись.

В салоне «Меркьюри Монтего» наступила тишина, во время которой «мальчики» мечтательно переглядывались друг с другом.

– Еще я помню «Зеленый сойлент», – добавил после непродолжительного общего молчания Мадруга. – Отвратительный фильм!

– Эх, Джек, Джек! – махнул рукой Матиас. – Мало ты понимаешь в искусстве: это же Гарри Гаррисон!

– Што за чеуоуек? – полюбопытствовал Джеки.

– О-о-о, темные вы люди! – простонал Гэри. – «Зеленый сойлент» снят по его книге, ребята! Я читал его «Билл – герой Галактики», потрясающая книга! Да что с вами говорить, коли вы не читаете и почти не смотрите фантастику. Может, хоть кто-нибудь видел «Бегство Логана»? Этому фильму, наверное, уже пара лет.

– Нет, мы не уидеуи, – осмотревшись по сторонам, за всех ответил Джеки.

– Да, Гэри, мы читаем несколько иные книги, – произнес Уильям. – Фантастика, конечно, неплоха, но есть и Евангелие. Оно, поверь, тоже интересно.

– Судя по тому, что ты нам из него рассказываешь, возможно, кого-нибудь это интересует, – пробубнил Матиас под нос. – Я же в твоих рассказах не вижу ничего, кроме голой морали. Впрочем, иногда даже мораль в них отсутствует. Не беспокойся, Билл, я тоже читал Библию, но сейчас не расположен говорить на эту тему.

– Странно слышать такое от христианина! Как это не расположен? – удивился Стерлинг.

– Билл, я христианин, который немножечко устал, понимаешь? – попытался отшутиться Матиас. – Не обижайся, товарищ! – он хлопнул Стерлинга по плечу.

– Я и не думал! – заверил его собеседник. – Но от такого пояснения твоя позиция понятней не становится.

– Ладно, – Гэри снял очки и протер лицо. – Если ты верующий, как пытаешься убедить в этом окружающих, так почему не до конца откровенен даже с самим собой, Билл? Глядя на тебя, мне кажется, что слова «верующий» и «врущий» – синонимы. Мало того, даже пишутся почти одинаково.

– Опять-таки не понял, – нахмурился Стерлинг.

– Посуди сам: ты веришь в Христа, но при этом не веришь… например, в Зевса. Разве это правильно?

– Разреши тебя поправить, – улыбнулся Уильям. – Люди верили в Зевса задолго до появления Христа. После прихода в мир Господа нашего необходимость людей верить в Зевса отпала. В чем тут противоречие?

– Ладно, проехали, – не сдавался Гэри. – Бог с ним, с Зевсом… Но что ты скажешь о Мухаммаде и об Аллахе, который – прости, Билл, уж так получилось! – появился куда позже Христа? Почему ты равнодушен к нему, если, следуя твоей логике, любой новый бог замещает собой более древнего?

– Тут несколько сложнее, – не моргнув и глазом, ответил Стерлинг. – Видишь ли, Гэри, Аллах – бог мусульман, а не христиан. Почему я, как христианин, должен в него верить?

– Вы больше не должны… э-э-э… говорить об этом, – вдруг прервал богословскую дискуссию Теодор. – Потому что еще немного – и вы начнете ссориться, а это плохо!

– Действительно, ну что вы завелись в самом деле? – поддержал Вэйера Мадруга. – Давайте лучше поговорим о чем-нибудь другом… Гэри устал, и ты, Билл, тоже устал. Всем нам уже надоела эта дорога. Вот приедем в Чико и отдохнем.

– Я тоже вспомнил… э-э-э… один хороший фильм, – продолжил Вэйер, радуясь, что друзья замолчали, прекратив спор. – Он очень интересный: про шпионов. Правда, не могу вспомнить, как он назывался…

– Так расскажи хотя бы, о чем он, – попросил Гэри, так же радуясь тому, что Теодор прервал его беседу со Стерлингом. – Никто из нас не умеет читать мысли, Тед! Вероятно, про Джеймса Бонда?

– Вот-вот, именно: про Джеймса Бонда! – закивал Вэйер.

– Я смотрел все, – похвастался Гэри. – И даже кое-какие книги о Бонде читал. Люблю про шпионов. Вообще, детективы – это прекрасно. Столько всяких непредсказуемых деталей, от чтения просто не оторваться! Обожаю книги Чейза, обожаю романы Кристи!

– Я читал в газете, что Кристи недавно умерла, – вставил Мадруга.

– Знаю, около двух лет назад, – соглашаясь с ним, молвил Гэри. – Я видел по телевизору передачу из Лондона. Какая трагедия для поклонников ее книг! – добавил он, глубоко вздыхая.

Внезапно парень ощутил странный дискомфорт. Он исподлобья осмотрелся – да нет, вроде бы ничего особенного вокруг не произошло: автомобиль покрывал милю за милей, друзья по-прежнему разговаривали, комментируя очередную библейскую историю Уильяма. Вот сам рассказчик, подкрепляет свою речь легкими взмахами обеих рук. Вот шофер, держит руль и тихонько – видимо, в знак согласия – кивает ему. Ничего подозрительного наблюдающий не заметил также за Тедом или Джеки. Последний сидит с раскрытым ртом, свесив по своему обычаю голову к плечу. Теодор что-то возражает Уильяму, едва заметно покачивая головой из стороны в сторону. Значит, все в порядке. Но внутреннее беспокойство, невесть откуда взявшееся, не отпускало.

Он глянул в темное окно автомашины: снаружи также не происходило ничего примечательного – все та же тьма, лишь немного освещаемая фарами «Меркьюри Монтего». Гэри, пытаясь установить причину вдруг возникшего и крайне неприятного ощущения, порылся в памяти и обнаружил аналог ныне переживаемому настроению. Несомненно, такое с ним происходило и ранее, но когда? И где? Может быть, во время его прогулок по кладбищу? Не исключено. Переживания, вызванные долгими размышлениями о смерти, всегда были особенно сильны. Впрочем, сейчас главное отвлечься и не обращать внимания на внезапно возникшие воспоминания. И он, словно загородившись ладонью от навязчивых и непонятных образов, как ни в чем не бывало включился в дружескую беседу.

… А к окнам автомобиля по-прежнему продолжала липнуть непроглядная тьма. Встречных машин попадалось немного, поэтому казалось, что «Меркьюри Монтего» является одним из немногих летящих в абсолютной темноте светочей. С каждой минутой ребята приближались к точке назначения – городку Чико. И все это время в салоне автомобиля не смолкали приятельские разговоры, рассказы, шутки.

– … Вот, а я ему так и сказал: Молли на тебя заглядывается, а ты слеп как крот! – не унимался Тед, жестикулируя перед своим лицом.

– Что еще за Молли? – сверкнул очками из угла Гэри. – Не помню такой… Она что, тоже из программы?

– Ее фамилия мне неизвестна, понимаешь? Но с ней можно подружиться… э-э-э… кажется, она из танцевального или гимнастического клуба.

– Давайте-ка я расскажу вам лучше еще одну историю из Евангелия! – внезапно предложил Уильям. – О том, как Иисус превратил воду в вино.

– Разве ты любишь вино? – поинтересовался у приятеля Мадруга. – Впервые об этом слышу.

– Я его не пью, но раз Иисус превратил в него воду, значит, оно полезно и необходимо! – ни на мгновение не смутившись, парировал Стерлинг.

– Послушай, Билл, сегодня ты уже рассказал нам не одну библейскую историю, – возразил Матиас. – Если хотите, я расскажу вам о Розуэлле. Чертовски интересная штука!

– Не ругайся, Гэри! – напомнил ему Уильям, складывая руки на груди.

– А што еще за Розуэу? – насторожился Хьюэтт. – Никогда о нем не суышау.

– Я читал об этом, друзья, – отозвался шофер, перебрасывая рычаг коробки передач и глядя в зеркало бокового вида. – Очень, очень запутанная история. Она о том, как к нам, на Землю, прилетели посланники из космоса.