Clandestinus – В оковах холода и страха: американский перевал Дятлова (страница 15)
Хьюэтт отрицательно замотал головой.
– В принципе, Джек объяснил все правильно, – одобрительно кивнул Матиас. – Атомное оружие страшно не только невероятной разрушительной мощью, но и радиацией: она продолжает добивать тех, кто выжил после взрыва. В сорок пятом году президент Трумэн санкционировал применение ядерного оружия против Японии, с которой Штаты вели войну. Объектом для бомбардировки и послужили упомянутые Джеком города – Хиросима и Нагасаки.
– Я тоже читал об этом, – подтвердил его слова Стерлинг, легко содрогаясь. – Многие люди погибли от ударной волны или лучевой болезни. И были их сотни тысяч!
– Так много? – испугался Хьюэтт.
– Увы, – продолжил Матиас. – Представь, около ста тысяч погибли только от самого́ взрыва. Еще приблизительно около ста пятидесяти тысяч от поражения радиацией и неизвестными болезнями умерли несколько лет спустя. Но самое ужасное, что у матерей, переживших ядерный удар, рождались дети, унаследовавшие на себе последствия облучения и тому подобного. Конечно, они также умирали. Итого, получается… – Гэри произвел в уме недолгий подсчет, – получается больше, чем половина населения Сакраменто, дружище.
– Очень страшное оружие, – пробормотал Джеки, пытаясь представить себе поистине невообразимое. – Даже дети умирауи? Это соусем плохо…
– Куда уж хуже, – согласился Стерлинг. – В мире вообще ничего не может быть хуже, чем гибель младенцев. Но даже когда древний царь Ирод перебил множество детей, чтобы найти меж них Христа…
– Слушай, Билл, давай немного попозже, а? – прервал друга Матиас. – Разве не видишь, что я отвечаю на заданный вопрос?
– Прости, – Уильям безобидно развел руками. – Расскажу как-нибудь в следующий раз.
– Итак, – продолжил повествование Гэри, – все в мире испугались этого оружия, поскольку тогда оно было только у нас. Однако несколько лет спустя подобное изобрели в Советском Союзе. И враждующим сторонам надо было как-нибудь договариваться, поскольку все понимали: если применять ядерные ракеты ежедневно, то от самой Земли вообще ничего не останется. Русские уселись с нами за стол переговоров – так вот и общаемся до сих пор…
– И как? – поинтересовался Вэйер. – До чего-нибудь… э-э-э… договорились? Иначе как-никак планету потеряем…
– Кое-что есть, – ответил Матиас. – Несколько лет назад, если я хорошо запомнил, летом семьдесят четвертого, президент Никсон отправился в Москву, где с президентом русских подписал договор об ограничении подземных ядерных испытаний. По телевизору сказали, что это была самая мирная встреча двух президентов за последние десятилетия.
– Значит, русские… э-э-э… не будут нападать? – обрадовался Теодор.
– Вроде нет, – усмехнулся рассказчик. – Говорят, что этот договор улучшил отношения между двумя самыми могущественными государствами в мире. Правда, Никсон после визита в СССР сразу подал в отставку. И кто знает, что нас всех ждет теперь.
– А как мистер Никсон попау в Соуетский Союз? – спросил Джеки. – Науернае, припуыу на корабуике?
– Да нет, долетел самолетом, – ответил Гэри. – В противном случае, Джеки, ты даже не представляешь, сколько бы ему пришлось потратить времени, чтобы пересечь океан.
– Самауетом, – повторил Хьюэтт, задумываясь. – Никогда не уетау на самауетах.
– О-о-о! – провозгласил Теодор. – Я видел… э-э-э… по телевизору, что это очень опасно. Самолеты часто разбиваются, и все, кто летит в них, погибают.
– Ну не так уж и часто, – поправил говорившего Матиас. – Остынь, дружище Тед.
– Я же сам видел! – стоял на своем Вэйер. – Несколько лет назад в Африке разбился самолет; оказалось, что при этом погибло… э-э-э… около двух сотен человек.
– Знаю, Тед, о чем ты говоришь, – вмешался в разговор владелец «Меркьюри Монтего». – Это случилось в семьдесят пятом в одном из марокканских аэропортов. Я читал, что это была крупнейшая авиакатастрофа года.
– Вот видишь? – Теодор выразительно глянул на Матиаса. – И Джек об этом знает.
– Могу сказать еще больше, – продолжил Мадруга. – Около года назад произошло крушение сразу двух самолетов, один из которых врезался в другой во время взлета. Это случилось в Испании, на острове Тенерифе. От невероятного взрыва, вызванного столкновением здоровенных «Боингов», погибли все пассажиры и персонал обоих самолетов: оказалось, что их было более чем полтысячи человек. Газеты писали, что это крупнейшая авиакатастрофа за всю историю человечества.
– Какой ужас! – Стерлинг охватил ладонями лицо.
– Вот и летай после этого на самолетах, – заявил Вэйер.
– Я запомнил этот случай, потому что всего через полгода, даже меньше, умер мой любимчик Элвис Пресли, – сокрушенно произнес водитель. – Мне очень нравились его песни.
– Конечно, Король очень неплох, – согласился с ним Матиас, – однако мне куда больше нравятся ребята из «The Rolling Stones». Кстати, ты слышал, Джек, что недавно его снова видели – на сей раз в Нью-Йорке? Я смотрел передачу по телевидению, там как раз это обсуждали.
– Ерунда! – поморщился Мадруга. – Дали бы уже человеку спокойно лежать в земле.
– Увы, городские легенды – на то и легенды, чтобы бесконечно множиться, – констатировал Гэри. – Поверь мне, Элвиса еще не скоро оставят в покое – слишком уж известная личность. Кстати, мне тоже пришла на память одна история о крушении, – он внезапно вернулся к прерванной ранее теме. – В семьдесят втором, когда я служил в Германии, там тоже имела место авиакатастрофа. Мы тогда очень бурно ее обсуждали, ведь специалисты назвали ее крупнейшей. Правда, самолет был не наш, а принадлежал «Красной Германии» – так мы с ребятами называли ГДР. Погибло больше ста пятидесяти человек.
– А что там произошло? – спросил Джек.
– Пожар на борту, – ответил Гэри, припоминая детали. – Сперва, кажется, возникли проблемы со стабилизатором, а затем у самолета оторвался хвост. После этого авиалайнер рухнул в леса Бранденбурга, пробыв в воздухе со времени взлета около получаса.
– Видите, сколько всего нехорошего происходит, если летать самолетами! – назидательно сказал Вэйер, поднимая указательный палец. – Лучше уж… э-э-э… путешествовать на автомобилях. Верно, Джек?
– Ты принимаешь за норму единичные случаи, Тед, – покачал головой Матиас. – Впрочем, – он вновь махнул рукой, – что с тобой разговаривать…
– Неужели тебе… э-э-э… совсем не жаль пострадавших? – удивился Теодор. – Хоть это были другие люди.
– Не знаю, как там другие люди, но нам о своем драконе надо думать, – задумчиво произнес Гэри. Внезапно глаза его загорелись, и он без всякого перехода вновь заговорил о своем. – Вот, нашел! Это Существо больше всего похоже на летающего дракона.
– Огнедышащего? – уточнил Уильям.
– Не знаю… Скорее всего, нет, – Матиас сжал виски́, отчаянно думая и сопоставляя вопрос товарища с собственным видением. – Понимаешь, если бы он был огнедышащим, то ему зимний холод был бы нипочем: он всего-навсего развел бы вокруг себя пожар и согрелся. Тем не менее он боится холода.
– Ты в этом действительно уверен? – Стерлинг посмотрел на него долгим взглядом.
– Абсолютно! – выпалил Матиас. – И как раз потому, что у него нет шубы на коже!
Теодор Вэйер кивнул, соглашаясь с подобной аргументацией. Стерлинг наморщил лоб и задумчиво произнес:
– Я знаю, что в мире существует много разных драконов, в книгах о религии я встречал подобные вещи…
– Вот видишь, не все огнедышащие, – воспрял духом Гэри. – Я же тебе говорил!
– Суть не в том, огнедышащие они или нет, а в том, что все они разные. Есть, например, китайские драконы – и они считаются самыми добрыми существами на свете, а европейские – хуже самого Антихриста!
– Разуе дракон может быть добрым, Биу? – спросил Джеки.
– Китайцы верят в это, – безапелляционно ответил Уильям. – Надо думать, что раз все они в том убеждены, значит, было множество случаев в действительности, когда драконы вели себя хорошо.
– Это не доказательство, могли кое-что и придумать, – не согласился Гэри. – Кто из людей не любит хотя бы чуточку приврать? Скажи это гадости, что преследует нас. Можешь даже прочитать проповедь ей о доброте.
– Постой, приятель, я не говорю о Существе, – осадил его Стерлинг. – Я рассказывал о драконах китайских. А все драконы, о которых поговаривают европейцы, – сплошь и рядом чистое зло. Они обманывают, убивают. И, к слову сказать, самый страшный из них – дракон книги Откровения, написанной самим апостолом Иоанном Богословом, любимым учеником Иисуса Христа. А если человек не верит словам его любимого апостола, значит, он самый настоящий богохульник!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.