Чжон Ынгволь – Алые небеса. Книга 1 (страница 8)
– Я так похожа на мужчину?
– Мужчины, женщины… какая разница? Вы все выглядите как люди.
– Но вы, например, вполне похожи на женщину…
– Тут уж ничего не поделаешь. Если б я так не выглядела, все было бы гораздо сложнее.
Боже мой. Это не маразм и даже не старческая слепота – она просто сумасшедшая старуха… как и отец Хон.
– Я, пожалуй, пойду! Уже поздновато…
– Ступай, ступай. Что бы там с тобой ни произошло, это уже не мое дело. Я и так сполна отдала тебе за картину.
– За нее вы должны заплатить моему отцу. Не мне.
– Я уже рассчиталась с тобой, а дальше сами разбирайтесь. Гляди, согрелась ведь?
Холод действительно ушел. В знак прощания девица Хон склонила голову, а затем развернулась, чтобы удалиться. Сколько стоит разожженный костер? А сколько стоит готовая картина отца? Она не знала, как ей все это сосчитать. Может, просто купить отцу выпивку?.. Вот же проклятье! Она терпеть не могла видеть его пьяным.
– Стой, пачкунья!
Девушка вновь остановилась и посмотрела на старушку.
– Еще кое-что. Иди-ка ты лучше в другую сторону.
– Но мне надо туда…
– Делай что хочешь. Но я тебя предупредила. Сегодня ночь зимнего солнцестояния.
– Я знаю.
– В этот день энергия Инь сильнее всего. А это значит, что нечисть сегодня наиболее могущественна.
– Все в порядке, я уже ела сегодня кашу из красной фасоли.
– Ха-ха! Каша из красной фасоли… какой наивный человечек! Ну, будь осторожна.
– Да-да, вы тоже.
Старушка, проводив ее глазами, посмотрела на ночное небо, а затем быстро перевела взгляд на костер.
– Созвездие Демона показало свою ужасную морду… Все-таки люди неплохо научились считать время.
Шаги Рама сначала замедлились, а затем и вовсе стихли. По-прежнему темно-карие глаза метались из стороны в сторону.
– Видимо, кто-то перехватил ее по дороге. Иначе я бы уже давно догнал…
Он посмотрел вверх. До полной луны оставались всего сутки, так что темноту нельзя было назвать кромешной: что-то в свете луны все-таки можно было увидеть. Недалеко Рам заметил гигантское дерево. Выдохнув без всякого пара, он в одно мгновение вскарабкался туда движением, совсем не похожим на человеческое. Затем уселся на крепкую ветку и посмотрел вниз. Там пробегала девица Хон.
– Это она? Она ведь меня и пробудила. Да, это точно тот человечишка…
На короткий миг его глаза покраснели, но тут же вернулись в прежнее состояние.
– Он уже возвращается? Проклятье! Мне нужно еще немного времени, я должен убить ее…
Его глаза снова сменили цвет, но это мгновение длилось чуть дольше предыдущего. Юноша схватился за голову:
– Черт тебя дери, Ха Рам! Ты… ублюдок!..
Тут глаза чиновника окончательно вернули красный цвет. Все дыхание, что он поглотил, вырвалось из его рта белым паром. Ноги Рама свисали с веток. Его пошатывало.
– Ч-что происходит? Где я?..
Рукой он нащупал ствол дерева и успел ухватиться за него, но тело все-таки соскользнуло вниз. Юноша закричал.
В этот момент Хон остановилась, чтобы перевести дух, и услышала чей-то крик. Она подняла голову и посмотрела туда, откуда раздавался голос: нечто большое летело прямо на нее. Не успев сообразить, что происходит, она рухнула; точнее, упавшее нечто прижало ее к земле. Можно сказать, она поймала его всем телом.
Девушка была так потрясена произошедшим, что просто лежала и хлопала глазами, смотря на ночное небо. Она ведь даже не успела закричать. Придя в себя, Хон оттолкнула чужое туловище и приподнялась. Тело, бухнувшееся на нее, оказалось юношей.
Не поверив своим глазам, она хорошенько потерла их, но мужчина все еще был перед ней.
– О… ого! И вправду с небес послали, мужчину-то!
Но тут – дзинь! – прозвучал колокол. Хон окружил звон – начался комендантский час. Испугавшись, она вскочила на ноги. Рам так и остался лежать лицом вниз на промерзшей земле.
Резкая боль пронзила ее правое запястье. Она покрутила больной рукой, а затем присела на корточки и крепко сжала плечо ничком лежавшего юноши. Тот никак не реагировал – должно быть, потерял сознание. Тогда Хон с трудом перевернула его на спину.
Еще раз – дзинь! – и звон колокола превратился для нее в прекраснейший из всех звуков. Разглядев лицо мужчины в лунном свете, она убедилась, что все ее подозрения были верны. Его точно послали откуда-то свыше, иначе как он мог быть таким красивым? Девушка не успела заметить, как колокол отзвонил двадцать восемь раз, и их окутала тишина. Даже совы вдруг перестали ухать.
– Эй… Господин небожитель, очнитесь! Вы в Чосоне, в городе Ханян…
Она схватила его плечо здоровой рукой и изо всех сил принялась трясти. Хон повысила голос:
– Просыпайтесь! Эй? В Ханяне нельзя находиться на улице после звона колокола, иначе быть беде!
Веки Ха Рама слегка приоткрылись. Из-под длинных ресниц выглянули красные глаза, а затем исчезли под ними же. Пораженная, девушка вскинула плечи:
– Ч-что это? Его глаза…
Хон затрясла головой. Время поджимает, нельзя оставаться здесь. Она подумает над этой ситуацией и проверит его глаза чуть позже, а пока нужно скорее скрыться от холода и стражников. Тут недалеко есть пустой дом, если удастся без лишних происшествий добраться туда и попасть внутрь, можно будет спокойно переждать ночь.
Потянув Рама за руку, она взвалила его на спину и попыталась встать, но вдруг рядом что-то упало. Это был мужской ботинок.
– Надо же, и так еле-еле встала…
Что-то внутри не давало ей наплевать на все и просто уйти, поэтому девушка остановилась и все-таки подобрала обувь. Сняв и второй башмак, Хон повесила их на шнурок, обвязанный вокруг талии, и с большим трудом снова встала на ноги. Колени подкашивало от тяжести, но в каждый шаг она вкладывала всю свою душу.
3
Тем временем четыре ученых мужа – чиновники Соунгвана – собрались в обсерватории дворца, расположенной к северу от павильона для приема послов. Это была открытая каменная площадка в несколько уровней, по верхнему ярусу которой и ходили ученые. Они наблюдали за небом и делали записи. Зимнее солнцестояние было одним из ключевых дней для наблюдения за небесными телами, потому что именно тогда энергия Инь обретает свой сильнейший потенциал, что знаменует начало возрождения энергии Ян. К счастью, сегодня было ясно, поэтому обзору ничего не мешало.
– В этот раз погода лучше, чем в прошлом году… Очень жаль.
– Чем холоднее ночь в праздник солнцестояния, тем благополучнее пройдет следующий год. Быть беде…
– Если сегодня так тепло, нас вряд ли ждет хороший урожай в этом году. Будет больше вредителей. И на Инвансане тигров найти все сложнее…
– Но страшнее всего – болезни!
Ученый Пак сравнил положение звезд с армиллярной сферой, достал небольшую книгу и сказал остальным:
– Прекращайте галдеж, лучше послушайте! Господин Ха сказал, что в ночь зимнего солнцестояния на небо взойдут созвездия Демона и Ивы. Смотрите в оба и записывайте, как они движутся…
– Созвездие Демона уже показалось?
– Вон оно! С восточной стороны!
Все четверо, прежде изучавшие Пурпурный запретный небосвод и Большую Медведицу на нем, перевели взгляд к созвездию Демона, в шутку приветствуя его:
– Эй, давно не виделись! Пожалуйста, господин Демон, дайте нам и эту зиму пережить благополучно!
Созвездие Демона – одна из семи южных лунных стоянок, управляющих зимним ночным небом, согласно восточноазиатской (китайской) системе созвездий. Демон состоит из пяти звезд: четырех алых, которые образуют сундук, и одной белой в самой середине – Чокси. Ха Рам велел следить и за другими звездами вокруг, но ученые не могли оторвать взгляда от одной-единственной.
– Гляньте, разве этот белый светящийся шарик не звезда Чокси? Удивительно яркая… Разве в прошлом году было так же?
– Что же с ней такое в этот раз?..
Ученые оторвали взгляд от неба и посмотрели на задумчивые лица друг друга. Они, чиновники Соунгвана, были призваны наблюдать за звездами и делать записи, но не толковать их. Находясь в обсерватории, они видели и слышали все, но не могли ни о чем самостоятельно судить; поэтому, даже когда четверо поняли, что ярко сияющая звезда Чокси на небосклоне выглядит зловещей, они лишь обменялись взглядами, но не проронили ни слова. Во всем Чосоне только Рам был уполномочен толковать небесные узоры и составлять по ним предсказания.