Chwiryong – Создатель подземелий (страница 97)

Ёнг-Хо вежливо приказал ему уйти, и Рикум не удивился.

— Понимаю. Благодарю за заботу, сэр. Не стоит беспокоиться.

Рикум не был духом Дома Маммон, как Каталина или Череп. Между Ёнг-Хо и Рикумом никогда не было такой ментальной связи, как с Офелией. И он не владел информацией. Поскольку с момента его регистрации прошло не так много времени, он понимал, почему Ёнг-Хо просит его уйти, разговор — действительно важный.

Когда Ёнг-Хо кивнул, Рикум посмотрел на Офелию. Она не стала тянуть и сказала то, что должна была сказать:

— Когда выйдешь, Гарпия проводит тебя туда, где ты сможешь отдохнуть.

— Тогда скоро увидимся.

Рикум вышел с вежливым поклоном.

Если Рикума отослали, значит то, о чём они собираются говорить, действительно важно. На её лице мелькнуло беспокойство. Каталина тоже сглотнула.

Пусть всего на миг, но Ёнг-Хо и Офелия невольно поделились чувствами друг с другом. Он не был уверен, сколько информации поступило за это время, но выражение её лица ему не очень понравилось.

Сколько он собирается сказать Офелии? Ёнг-Хо принял решение быстро. Он мог определиться, после того, как поймёт, сколько уже известно Офелии, и что с этого момента и далее она должна сделать для Дома Маммон.

— Офелия.

— Да, Король Алчности.

Серьёзно ответила Офелия. Ёнг-Хо вытащил Аамон, висевший у него на поясе, как меч, и положил его на стеклянный столик.

— Это Аамон.

Стало немного тихо. Каталина снова сглотнула и посмотрела на Офелию, а та смотрела на Аамон с пустым выражением. Перед ней было бесформенное острие около метра длиной, и она изо всех сил старалась осознать, насколько оно уникально, а потом осторожно заговорила:

— Форма... сильно... отличается... от описания в легенде.

Она попыталась улыбнуться. Но Ёнг-Хо покачал головой. Он сказал ей чистую правду:

— Аамон уменьшился в соответствии с моим уровнем.

Слово "уменьшился" очень точно описывало ситуацию. Ёнг-Хо продолжил:

— Я расту. Но мне нужно время.

Чтобы не использовать слово "слаб", он сказал "расту". Офелия моргнула, то, что она увидела в Ёнг-Хо, отличалось от того, что он сейчас говорил.

Парень горько усмехнулся. Как та, кто работает с информацией, Офелия должна знать истинную ситуацию в Доме Маммон, поэтому он был честен.

— Во-первых.

— Во-первых?..

— В Доме Маммон меньше двадцати духов. Включая тебя.

***

— Меня ограбили.

Сказала Офелия, после того, как Ёнг-Хо вышел. Гарпия больше не могла сдерживать своё любопытство, она тихо позвала Офелию.

— Гос... пожа?

— Меня ограбили, — повторила Офелия.

Сейчас ситуация в Доме Маммон — действительно паршивая. У них меньше двадцати духов, а накопленные деньги почти закончились. Нет, на самом деле, они уже заложены в магазине подземелий. Если сравнивать по силе, он — намного хуже, чем подземелье Фораса, потерявшего свою крепость и основные силы.

А Ёнг-Хо, Король Алчности, слаб. Вполне возможно, что могущественные владельцы победят их до того, как до них доберётся Эмбрио.

С этой точки зрения её паб — намного сильнее Дома Маммон.

Во всяком случае, она сказала ему, что пустой южный регион объединится, если он докажет, что он — истинный Король Алчности.

Гарпия удивилась её чувствительным словам и заглянула в лицо своей хозяйки. Она беспокоилась. Но Офелия улыбалась. И это была искренняя улыбка.

— Король юга вернулся.

Он — определённо нищ и слаб. Но Алчность и Аамон, которые она видела, настоящие. Спустя тысячу лет, появился король, который унаследовал силу Алчности. И даже Красный Лотос, Демоническое Копьё Аамон, уменьшилось, чтобы служить ему.

Ёнг-Хо сказал, что он растёт. Это так. Иного выражения не подобрать.

А его сила. Сила, которой он обладает.

Сила Эволюции идеально подходит королю, который растёт!

Её мысли были не совсем верны. Но она догадывалась.

Революция, о которой говорил Эмбрио, породит нового короля южного региона. Хаос, который он создал, даст достаточно времени для роста.

И Офелия должна кое-что сделать для этого короля. Во-первых, Алчность и Аамон нужно спрятать. Она должна заставить соперников, королей Семи Смертных Грехов, думать, что Дом Маммон — всего лишь шутка, чтобы они утратили бдительность. Это несложно. Маленького слуха будет достаточно.

— Демон Король Огня.

Произнесла Офелия. С тёплой улыбкой она объяснила Гарпии, которая всё ещё недоумевала.

— Это прозвище нового владельца Дома Маммон. Это демонический король, который может управлять огнём.

Многие в свободном городе видели, как он победил Земляного Червя огнём. Но даже сейчас Гарпия казалась смущённой, её знали как преданного секретаря Офелии, который записывает информацию в блокнот и постоянно носит этот блокнот с собой.

Офелия расправила плечи. А потом по-дурацки хихикнула.

— Дом Маммон возродится. Неважно как.

Её отец всегда становился очень милым, когда речь заходила о Каиван. Офелия тряхнула головой. Её никогда не устраивало их положение, когда отец ушёл, но на первый раз она согласилась.

***

— Ничего, что мы возвращаемся так рано?

Спросила Каталина, сидя в экипаже, который направлялся обратно в подземелье, и беспокойно оглядываясь на свободный город. Ёнг-Хо, сидя рядом и откинувшись на спинку, ответил:

— Мы позаботились обо всём, что было нужно. Офелия скоро приедет в подземелье. Зачем там оставаться? Ты хочешь отдохнуть ещё?

— Нет. Я в порядке.

Каталина быстро поклонилась. Но судя по тому, как трепетали её ушки, возможно, она заволновалась, думая, что её осуждают. Ёнг-Хо потрепал её по голове и сказал:

— Нам нужно многое сделать. Я должен зарегистрировать Принцессу Муравьёв как духа, развить саламандр и энтов. Также надо укрепить подземелье.

Уровень развития саламандр и энтов был почти 100. Как только он вернётся, возможно, сможет развить их ещё.

Офелия дала Ёнг-Хо экипаж с двумя лошадьми, к которому был прикреплён шар. Перед отъездом она также снабдила его припасами, дала немного денег и нужную информацию. Сила, которую может дать подземелью этот паб, позволит ему выстоять. А прямо сейчас лучше всего постепенно наращивать силу.

Череп оказался талантливым духом, он правил экипажем. Рикум ехал следом на своей лошади, а Каталина то и дело оглядывалась на свободный город.

Ёнг-Хо поднял руку и посмотрел на кольцо Каиван и браслет, имени которого не знал. Наследие Каиван. И из всего её наследия, возможно, арена — самое ценное.

Об этом он сказал Офелии. Ёнг-Хо рос.

— Чере-е-еп!

Череп веселился, правя экипажем. Несмотря на то, что экипаж сильно трясло, Ёнг-Хо закрыл глаза.

Подземелье Дома Маммон уже близко.