Chwiryong – Создатель подземелий (страница 137)
— Это магическая перчатка. Она может расти. Ты только на втором уровне, но уже выбрал лучшее. Если ты просто доверился инстинкту, то...
— Это как доспехи? — привычно перебил Гусиона Ёнг-Хо.
— Надень, — нахмурившись, сказал Гусион. — Её можно использовать как доспехи и как оружие. У меня есть нечто похожее, так что я тебе покажу.
Гусион снял белый пиджак и отдал его мужчине в маске зверя. Серебряную перчатку трудно назвать латной рукавицей, но Ёнг— Хо надел её на левую руку.
— Она отзывается, когда вливаешь в неё свою ману. Её конечная форма — для всех разная, но... вот на что она обычно похожа.
Гусион высвободил ману. Это была не та мана, которую он использовал, пытаясь подавить Ёнг-Хо. Она осталась на кулаках Гусиона. Его руки и плечи покрылись красным металлом. Даже при том, что металл был обычный, это отличалось от простых доспехов. Казалось, сами мышцы Гусиона отлиты из красного металла. Кисти его рук стали почти вдвое больше, он несколько раз сжал и разжал кулаки, рассказывая.
— Растущая магическая перчатка. Её создал Хорус, Божественный Палач, который был одним из духов Маммона. Магическая перчатка растёт вместе со своим владельцем.
Ёнг-Хо понял, что Гусион имел в виду, когда говорил, что перчатку можно использовать как доспехи и как оружие. Ёнг-Хо влил свою ману в перчатку.
Перчатка словно была сплетена из тонких цепочек с серебряными пластинками. Эта перчатка покрывала запястье, а поскольку металл закрывал пальцы и тыльную сторону ладони, казалась жёсткой и давала ощущение бойцовской.
Юноша едва ощущал её вес. И испытал острое чувство, будто перчатка стала частью его собственной кожи.
Ёнг-Хо с серьёзным лицом смотрел на перчатку, и Гусион с довольным видом, глядя на него, сказал:
— Ты без проблем прошёл второй этаж. Как тебе? Хочешь попробовать третий? Наказание... взгляд на твоё самое постыдное воспоминание. Думаю, это даже нельзя назвать наказанием.
Ёнг-Хо представил, как Маммон развлекался, глядя на самые постыдные воспоминания своих потомков. Он и подумать не мог, что наказания будут такими, но жизнью он не рисковал. Как сказал Гусион, это даже нельзя назвать наказанием.
Ёнг-Хо посмотрел на Каталину, которая стояла в толпе зрителей. Будучи эльфом, Каталина обладала тонким слухом, так что, наверное, слышала, о чём они говорили, потому что у неё было довольно красноречивое выражение лица.
Юноша был алчным. Поскольку нынешняя ситуация отличалась от той, когда он прошёл первый этаж, Ёнг-Хо кивнул.
— Конечно. Но могу я передохнуть?
— Разумеется, — радостно согласился Гусион. — Проводить тебя в комнату ожидания?
Ёнг-Хо снова кивнул, потому что хорошенько отдохнуть — совсем не помешало бы. Юноша помахал рукой, подзывая Каталину.
И в этот миг... Его взгляд упал на группу зрителей, сидевших в одной из секций трибуны. Ёнг-Хо оглянулся на Гусиона. Немного помедлив, он спросил:
— Могу я задать один вопрос?
— Я отвечу только на один вопрос, как ты и сказал.
Гусион смотрел на Ёнг-Хо так, словно хотел отомстить ему за наглость. А поскольку они пререкались постоянно, Ёнг-Хо больше не чувствовал ни подавленности, ни страха.
Ёнг-Хо снова посмотрел на зрителей. Гусион, глядя на Ёнг-Хо, вспоминал информацию о Каиван. Сколько уровней она прошла? Неужели вся эта публика на трибунах — бывшие главы Дома Маммон?
Он ожидал именно таких вопросов.
Который из них собирается задать Ёнг-Хо? Юноша снова повернулся к нему. Гусион был вспыльчив, он заранее заготовил ответ и ждал, пока Ёнг-Хо спросит. Но когда Ёнг-Хо заговорил, все заготовленные ответы сразу же вылетели у него из головы.
— Гусион, ты знаешь женщину по имени Ситри?
Гусион немного помолчал. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного.
На вопрос Ёнг-Хо он ответил со свирепой улыбкой.
Глава 83.2 Объявление войны (часть 1)
Свободный город был поделён между тремя крупными силами. Офелия была владелицей паба и заправляла куртизанками, игроками и бродягами. Беглые духи и солдаты подчинялись преступной группировке. В то время как гильдия рабочих состояла из людей, которые занимались производством и обрабатывающей промышленностью Свободного города.
Три группы не испытывали враждебности друг к другу, и вместо того, чтобы затевать ненужные драки, их лидеры часто объединялись и торговали между собой. Конечно, так было не с самого начала. Это стало возможно только потому, что все три группировки в настоящий момент пользовались равным влиянием в Свободном городе. Такой баланс сложился не сам по себе. Он стал результатом длительной борьбы и противостояния.
Три лидера собрались над воротами.
Прошло около десяти лет с тех пор, как они собирались вместе на открытом воздухе.
У Безумного Ороса, главы гильдии рабочих, руки были больше, чем у огра, он курил огромную сигарету и хмурился. Его кожа имела синий цвет, он носил белую мантию, покрытую энергетическими узорами. Работал Орос врачом, а также — фармацевтом и считался лучшим алхимиком Свободного города. Но ничто из этого не отменяло того факта, что он — тролль. Он разрезал больше плоти своим ятаганом, который висел у него на поясе, чем скальпелем.
Рядом с Оросом стоял Даргон, главарь преступников. Он носил чёрные магические доспехи и являлся таким редчайшим представителем огров, как Огр Маг. Будучи магом, он был намного умнее обычных огров, но, как и Орос, не забывал о собственном происхождении. Вместо того, чтобы сметать врагов заклинаниями, Даргон предпочитал бить их палицей.
Казалось, от обоих мужчин несло кровью, а между ними непринуждённо стояла изящная красивая женщина. Это была Офелия, владелица паба.
— Он заставляет нас ждать, — проворчал Даргон, глядя вниз. Офелия нахмурилась — её волосы взметнул горячий ветер, и она резко взмахнула хвостом, словно выражая недовольство.
— Он — единственный, кто ответил на наш призыв. И это не он заставляет нас ждать... просто у нас у всех кончается терпение.
Агарес нападёт совсем скоро. У Безумного Ороса и Даргона стиль боя уже сформирован, но они не привыкли сталкиваться с тем, что приходит из-за городской стены.
Недостаток опыта часто идёт об руку со страхом. Кроме того, Агарес уже не раз показал, насколько он силён и жесток.
Орос и Даргон нервничали. Оба были напуганы и не могли скрыть напряжения. Они собрались раньше, чем планировали изначально.
Вместо того, чтобы вслух выражать своё недовольство, как Даргон, Орос курил. Ему не нравилась эта ситуация.
Главу Дома Маммон никто не знал. Согласно словам Офелии, он убил Фораса и Юнцероса. Они понимали, что этот глава — сильнее их. Но не знали, насколько. Форас и Юнцерос? Орос и Даргон были достаточно сильны, чтобы сразиться с ними.
Если число городских лидеров вырастет с трёх до четырёх, это будет существенное изменение. Но его недостаточно. Агарес буквально съел всех глав в восточном регионе, и чтобы остановить его, нужно больше.
Орос сражался намного больше, чем Даргон. Глава Дома Маммон должен быть сильным, а если же нет, то это станет проблемой. Это как звать тигра, чтобы прогнать волка.
Выкурив третью сигарету, Орос вытащил четвёртую, Даргон нахмурился ещё сильнее. Офелия стояла между ними, скрестив руки на груди, и плавно размахивала хвостом. Пытаясь скрыть свое волнение, Офелия сказала:
— Он идёт.
Офелия указала куда-то вдаль. Орос и Даргон быстро посмотрели туда, куда указывала Офелия. К Свободному городу скакало шесть крупных лошадей. Перед ними шла чёрная повозка, окутанная зелёным пламенем.
— Нежить?
Пока Орос, сам того не замечая, качал головой, лошади продолжали бег, приближаясь к Свободному городу. На крыше повозки сидело несколько скелетов. Но внешне они отличались от обычных скелетов. На них были чёрные доспехи, испускавшие необычную энергию. Их нельзя было даже сравнивать с теми несколькими скелетами, что обитали в Свободном городе.
Все взгляды были прикованы к Кошмару, который скакал впереди. А пять других лошадей, следовавших за ним, походили на злых духов, но можно ли было назвать конём Кошмара, это тоже вопрос. Чёрная шерсть Кошмара полностью поглощала свет, его тело окутывал зелёный дым, создававший подавляющую ауру вокруг него. На Кошмаре кто-то скакал.
Такая же фигура, тем не менее отличающаяся от пяти других, которые скакали следом. У неё за спиной развевался на ветру красный плащ, прикреплённый к чёрным доспехам. Она сжимала боевой молот, испускающий голубые молнии.
— Че-р-р-реп-п! — взревел скелет, ехавший впереди.
Даже не верилось, что этот рёв принадлежит скелету — он был настолько громким, что сотрясал землю. Скелет на этом не остановился. Он взмахнул своим молотом и поднял его к небу. С молота слетела молния, отчего гром огласил небеса.
Все невольно посмотрели вверх. Трое правителей и все, кто стоял на воротах, дружно подняли головы к небу, озарённому молниями, в котором грохотал гром. Среди молний в небе появилось что-то ещё.
Пламя разорвало небосвод. Небо мира демонов расцвечено множеством цветов, и только это пламя подтверждало существование главы Дома Маммон.
— Огненный дракон?
Нет. Слишком мал. Но огонь, рассекший небо, оказался достаточно силён, чтобы вызвать в памяти Огненного Дракона.
— Вниз! — крикнул кто-то.