Чон Ючжон – Хороший сын, или Происхождение видов (страница 42)
Хэвон краем глаза посмотрела на меня, покачала головой и отвела взгляд к анамнезу. Посадив меня перед собой, она тянула время, просматривая результаты тестов. Я наблюдала за ней, и мне казалось, что у меня вот-вот разорвется сердце. Я будто ждала исполнения смертной казни. Точно не зная, чего я хочу, я просто обратила все свои мольбы к Деве Марии. Любящая Богоматерь…
Сестра сказала, что результаты оказались не такими, как она ожидала. Не потому, что она ошиблась, а потому что все оказалось намного серьезнее. Я сильно сжала руки в кулаки, потом быстро разжала их и положила на колени. Спина покрылась потом. Хэвон добавила, что она в замешательстве. Не только она, но и коллеги из университета столкнулись с подобным случаем впервые. Наверно, поэтому результаты пришли с опозданием. Сестра сказала, что они несколько раз основательно все обсудили: вдруг они что-то упустили или неверно оценили.
У Ючжина, по крайней мере, не было выявлено отклонения в физическом развитии. Его умственные способности были очень высокими, и он обладал бÓльшим самообладанием, чем дети его возраста. Его сложно было чем-либо взволновать. Странность заключалась в том, что ритм дыхания и пульс сильно падали именно тогда, когда ему надо было на чем-то сконцентрироваться. Все это не потому, что он такой послушный, тихий или терпеливый. Чтобы у Ючжина быстрее забилось сердце, ему нужно что-то особенное.
Хэвон сказала, что ей страшно, потому что она не знает, что это. Сначала они провели тесты и анализы, предполагая, что у него детское поведенческое расстройство, а оказалось совсем не так. По выводу врачей, у Ючжина была дисфункция миндалины в мозгу. Значит, в пищевой цепочке он являлся хищником.
Я, как дура, моргала глазами. Как он может быть хищником?
Хэвон безапелляционно заявила: «Ючжин опасен. Среди социопатов он находится на самом верху иерархии, он — хищник».
Хищник?.. Это бессмысленное слово объясняет прошлые шестнадцать лет?.. Этот абсурдный диагноз управлял моей жизнью?..
Голова, работавшая со вчерашнего утра с огромной скоростью, резко затормозила. Жар и холод, в которые меня попеременно бросало, неожиданно отступили. Многочисленные мысли, нахлынувшие на меня, словно наводнение, в одночасье прекратили свое течение. Я оторвал глаза от тетради. Запись продолжалась, но я больше не хотел читать. У меня было такое ощущение, будто я читал про какого-то религиозного фанатика из секты «Миссионерской церкви Дами», которая верила, что знаком конца света станет утроившееся солнце. Для него вопрос, конечно, существенный, но не имеющий ко мне никакого отношения.
Раздался из-за спины голос мамы. Я встал и подошел к стеклянной двери на террасу. В пасмурном и темном воздухе мама качалась на качелях. Серое небо нависало прямо над навесом.
Я покачал головой. Неинтересно.
Мне это было не интересно. Интересно было другое. Почему мама продолжала заботиться обо мне? Она даже пошла к тете, с которой порвала отношения, и умоляла о помощи. Если она так меня боялась, ей, наверно, было лучше надеть удавку мне на шею и заточить в подвал. Это было бы лучше для нас обоих. Ведь тогда я не стал бы убийцей, а мама осталась бы жива.
— Ючжин!
На этот раз меня позвала не мама. Голос доносился из-за двери. Я обернулся.
— Ты у себя?
Кто-то стучался ко мне в дверь.
Ручка двери повернулась. Я посмотрел на настольные часы. 1:48.
Почти как вчера утром, когда в мою дверь стучал Хэчжин. На столе открытая тетрадь, дверь в комнату не заперта. Я же был дома один, закрываться было ни к чему. Только в отличие от вчерашнего дня, я был голый, и у меня не было времени долететь до двери комнаты. Дверь уже открывалась. В дверном проеме показалась нога в полосатом носке. Следом появилось лицо хозяйка этой ноги. Рот, который запросто проглотил бы огромного питона, растянулся в дружелюбной улыбке.
— Чем ты занимаешься?
Это была тетя. Я, конечно, предполагал, что она рано или поздно заявится, но не так же неожиданно, не прямо сейчас. Более того, я и представить себе не мог, что она сразу ворвется в мою комнату. Даже моя мама, которая, как никто другой, умела действовать напролом, тете и в подметки не годилась. Ей так любопытно, чем я занимаюсь, что она хочет проверить это, неожиданно ворвавшись в мою комнату?
Я опустил голову и окинул взглядом свое голое тело. Моя пушка была во всеоружии, а волосы на лобке встали дыбом. Живот вжался внутрь. Мышцы на ягодицах сильно напряглись, как холмики на грядках. Нервная система пришла в полную боевую готовность. Мой кровный враг был здесь.
— Что случилось?
Я сделал шаг в сторону стола и плотно к нему прижался, немного раздвинув ноги. На открытой тетради лежала моя пушка, словно сейчас выстрелит. С лица тети, которая приближалась, глядя на стол, совсем исчезла улыбка. Она что-то неясно буркнула себе под нос и отвернулась в сторону. Нити ожерелья, которые она носила словно шаман из племени масаев, шумно закачались у нее на шее.
— Почему ты в таком виде?
Ее голос не был смущенным. Но и восторженным не был. В нем читалось любопытство — с чего это я демонстрирую свой пенис в самом расцвете сил. Читалось, и очень отчетливо, что она относится ко мне, как к молокососу. Малыш, я твоя тетя. Я человек, который видел тебя еще тогда, когда твой пенис был размером с небольшой краник. Теперь этот краник подрос и стал размером с душ, чего тут бояться.
Я посмотрел на тетин зад, упруго проступающий сквозь джинсы. Единственная часть ее сухощавого, как палка, тела, которая имела мягкую округлую линию. Каждый раз, когда я ее видел, она напоминала мне футбольный мяч, лежавший посреди пустыря, и поэтому мне инстинктивно хотелось ударить по ней ногой. Но каким образом этот мяч докатился сюда? Как он миновал подъезд и преодолел нашу входную дверь?
Долго ломать голову над этим не пришлось, я сразу понял ответ. Хэчжин. Наверно, вчера он заехал к тете в клинику и передал ей ключи от подъезда и квартиры.
— Это я хотел тебя спросить, почему ты стоишь в таком виде?
Тетя повернулась и скрестила руки на груди, расслабив таким образом плечи.
— Сперва оденься. Безобразие!
Она вела себя очень спокойно, будто, если надо, готова была ждать и тысячу, и десять тысяч лет, пока я не оденусь. От этого я чуть не причмокнул языком. Старая дева, которая ни разу не была замужем, а такая бесстыжая.
— Это будет немного затруднительно, ты загораживаешь мой шкаф.
Тетя повернула голову и посмотрела назад. Потом в один миг краем глаза окинула меня с головы до ног. Похоже, она решила, что ситуация складывается не в ее пользу, поэтому разомкнула руки и, повернувшись к двери, спросила:
— Может быть, ты тогда спустишься на первый этаж?
— Хорошо.
До двери было всего три-четыре шага, пока тетя проходила это короткое расстояние, она всячески стремилась показать, что не смутилась и не потеряла свой авторитет. Она выпрямила спину и с гордо поднятой головой неторопливо вышла из комнаты. Дверь с грохотом закрылась.
Слова тети эхом отдавались в моей голове. Я опять повернулся к маме и спросил:
— Мама, тетя пришла меня сожрать. Что мне делать? Поддаться или сожрать ее самому?
Мама ничего не отвечала. Она улыбнулась, растянув свои алые, как у Джокера, губы, — мол, делай, как хочешь.
Я повернулся и закрыл тетрадь, оставив непрочитанными несколько страниц. Пусть я сгорал от любопытства узнать, что же такого произошло в «тот день», сейчас не время заниматься чтением. Я убрал тетрадь в ящик стола и оделся во все черное: трусы, тренировочные штаны и футболка. Задвинул жалюзи и босиком стал бесшумно спускаться по лестнице.
Тети не было ни в гостиной, ни на веранде, ни на кухне. Комната мамы была заперта, а причин входить в комнату Хэчжина у нее не было. Я подумал, что она в ванной около прихожей, и прислушался — ни звука. На стойке лежали светлое серое пальто и синяя кожаная сумка, больше похожая на короб для доставки товаров. Она была огромной и крепкой, в ней легко поместилось бы пять порций лапши чачжанмен.
Вдруг я вспомнил прочитанную мной когда-то фразу. Залезть женщине в сумку все равно что заглянуть ей в душу. Меня так и тянуло залезть к ней в сумку, я никогда так не интересовался тетиной душой. Что это за душа такая, которая своими проницательными глазами разглядела в картинке шестилетнего мальчика убийцу матери? Что это за душа, которая вынесла девятилетнему племяннику приговор — хищник? Что за морда у души, которая полностью разрушила жизнь человека под предлогом лечения? Что за сердце у души, которая посмела одна прийти на территорию хищника?
Рядом с «тетиной душой» лежала коробка. Сквозь пластик наверху виднелось ее содержимое — торт размером с гамбургер. Я прошел мимо обеденного стола и через кухню направился к веранде, где стояла стиральная машина. Я двигался беззвучно, затаив дыхание, но в голове стоял шум — Оптимист и Реалист впервые за долгое время стали союзниками и в унисон кричали.