Чон Мунчжон – Прекратите меня ранить. Что я поняла, общаясь с токсичными людьми (страница 5)
Исследователи рассмотрели 386 детей, выросших в таких неблагоприятных условиях, и, проследив их жизнь, обнаружили, что 303 из них в итоге не получили образования, имели низкий доход или вообще были безработными.
Я родилась в бедной семье в застойном городе. 22 года подряд город Тэгу, где я родилась, занимал последнее место по валовому региональному продукту на душу населения. Уровень безработицы среди молодежи постоянно входил в первую тройку по стране. Мои родители так отчаянно пытались свести концы с концами, что не могли позаботиться обо мне. Начиная с начальной школы я подрабатывала, разнося газеты и раздавая листовки. Почему бедные люди окружены только подобными им, необразованными людьми с таким же положением? Мама, папа, тети, дяди… Никто из моих близких родственников не учился в университете. Они никогда не думали, что образование может помочь им подняться по карьерной лестнице, они считали, что их дети должны быть лучше, чем они сами, но не знали, как этого добиться. Самой распространенной фразой, которую я слышала от взрослых в детстве, была: «Руби дерево по себе». Это значит, что ты должен научиться сдаваться.
Я хотела доказать, что можно родиться бедным и при этом иметь то, чего хочешь. Я хотела писать, поэтому приехала в Сеул, чтобы сбежать от этого всего, устроилась на работу, где провела почти 10 лет. В начале своей карьеры я всегда чему-то училась, думая о том, что в культурном плане я сильно отстаю от других людей. До этого времени у меня не было вкуса, потому что мое потребление основывалось на экономической целесообразности, но потом я стала разбираться в фотографии, живописи, театре, знакомилась с новыми людьми и получала новый опыт. Имея стабильный доход, я начала первая звать людей на встречи и постепенно наращивала свой культурный капитал. Я также обзавелась множеством связей – людьми, которым по необходимости могла бы помочь я или которые могли оказать услугу мне. У меня были отношения, и я получала много любви, что исцелило мой недостаток привязанности. Моя самооценка росла по мере того, как я накапливала маленькие достижения.
Сейчас мне кажется, что я избавилась от своего прошлого, но меня до сих пор иногда одолевает тревога. Мне часто снятся кошмары, и всякий раз, когда что-то напоминает о моей прошлой жизни, мне трудно контролировать свои эмоции. На днях я сказала маме, что хочу купить дом, но она ответила: «Дома в Сеуле больно дорогие, старайся, не старайся – все равно купить не сможешь». Когда я сказала, что хочу поступить в университет и переехать в Сеул, ответ был примерно в том же духе: родители попросту никогда не сталкивались с этим. Они никогда не добивались того, чего хотели. Поэтому вместо того, чтобы сказать вам, что, если вы хотите чего-то в жизни, вы должны работать для этого, они говорят вам сдаться, чтобы лишний раз не разочаровываться.
Люди, которым причинили боль, люди, которых не любили, могут внешне выглядеть прекрасно, но у них есть своя история, и они живут со своими ранами. В этом смысле, возможно, многие из тех, кого мы встречаем на пути своей жизни, – это выжившие, прошедшие через эмоциональный ад. Они боятся вернуться туда, где были, и блуждают, как вечные странники.
Мы завидуем «князьям», вышедшим из грязи, но ничего не знаем о них. Мы либо боимся их, либо пытаемся судить по обложке. Но жизнь – это ничто без деталей. Все, что мы можем сделать, – это попытаться увидеть их такими, какие они есть, не объективизируя их. Иногда, когда я вижу одинокого человека, мне становится интересно, из какой «грязи» он вышел, и возникает желание подойти к нему и спросить: «Тебе тоже снятся кошмары?»
Купив дорогую сумочку, счастье не притянешь
В год окончания университета в провинции я пошла работать в издательство на Кванхвамуне[9], в Сеуле. Меня удивляла и река Хан, и количество людей на улицах. Я поняла, почему Jaurim пела о стрип-шоу на станции Синдорим с целью скрасить скучность повседневной жизни. Если вы здесь занимаетесь стриптизом, вас признают бесстрашным, то есть человеком, который может все. Я также узнала, почему метро называют адским местом, что сопли – обычное дело в Сеуле и что ласковые обращения от мужчин, которые заставляли меня задуматься, действительно ли я так привлекательна, вовсе не означают, что я нравлюсь им.
Привыкнув к жизни в Сеуле, я поняла одну странную вещь: все тут совсем другое. Меня пугал считавшийся естественным утонченный стиль во всем. В то время у меня было мало опыта в шопинге, я мало думала о том, что мне подойдет, поэтому у меня не было особого вкуса, но все вещи в Сеуле были гламурными и стильными. Я гадала, в чем же секрет? Тогда я стала одержима роскошными сумками. Я пришла к выводу, что даже если носить простую одежду, то можно выглядеть шикарно, добавив правильную сумку. Я думала: «Да, роскошь! Я должна купить роскошную сумку».
В то время моя зарплата составляла около 1,6 миллиона вон[10] после вычета налогов. Аренда, транспорт, еда… В Сеуле тратишь деньги, даже пока дышишь. Мои страдания начались с того, что часть меня хотела купить роскошную сумку, а часть ругала себя за то, что я об этом думаю. Мне было трудно признать свою зацикленность на материальном, и, подобно монаху, который издевается над своим телом, чтобы прийти к просветлению, я презирала себя каждый раз, когда думала о покупке роскошной сумки. Когда что-то идет не так, нет более простого решения, чем презрение к себе.
Но вот что странно. Чем больше я подавляла и ненавидела себя за желание купить эту сумку, тем больше я не могла выбросить ее из головы. О любви говорят, что в нее проваливаются, об азартных играх – становятся зависимыми, но если слепую одержимость можно назвать безумием, то именно оно со мной и случилось. Каждый день я искала роскошные сумки в метро по пути на работу, сидела в кафе и разглядывала чужие сумки, угадывая бренды. А вечером снова корила себя за то, что ненавижу сидящую во мне меркантильную девочку, которая больше ни на что не способна. После более чем года такой жизни мне это надоело. В конце концов я заплатила 100 000[11] вон и купила подделку на сумку Chanel, которая, по словам продавщицы, была высшего класса.
Но моя одержимость не прошла. Она лишь усилилась, искажая восприятие реальности. Мне казалось, что люди постоянно смотрят на сумку и корят меня за покупку подделки. Неуверенность в себе, которую я испытывала, размахивая сумкой Chanel в метро, и мысли о том, что другие, вероятно, наравне с моей сумкой считают фальшивкой и меня, заставляли чувствовать себя ужасно. Несколько месяцев спустя я купила новую сумку, которая стоила больше моей месячной зарплаты.
Сумка была роскошной, но не более того. Прежде чем купить ее, я думала, что она изменит мою жизнь, но этого не произошло. Прошел месяц, два, три, и мое иррациональное поведение постепенно стало обретать смысл. Я покупала не роскошную сумку, а билет в мир «крутых бизнес-вумен Сеула». Но это была лишь обертка без особого содержания, поэтому покупка кучи сумок не принесла мне счастья.
В то время я хотела восполнить свое одиночество, отсутствие отношений и низкую самооценку самым простым способом: через потребление. Мне казалось, что если у меня не будет этих роскошных вещей, то я буду становиться все невзрачнее и невзрачнее, пока вовсе не исчезну из города под названием Сеул. Каждый раз, когда я брала в руки свою тяжелую сумку из телячьей кожи, я думала о том, что должна позаботиться о той маленькой части меня, которая хочет, чтобы ее узнавали по сумке.
Даже сейчас, если я чувствую себя подавленной, то иногда испытываю желание купить что-нибудь. В мире шопинга к вам, как к потребителю, относятся с особым вниманием и уважением, даже если ваша повседневная жизнь пропитана унижением. В такие моменты помогает просто признать свое состояние. Прежде чем вынуть карточку, скажите себе: «Ох, в последнее время мне нелегко».
Как воспитать себя
Вебтун[12] «Как воспитать себя» заставил меня почувствовать, будто я уже давно знакома с его автором Ким Чжон Ён. Любая женщина 20–30 лет, переехавшая в Сеул из провинции и оказавшаяся в одиночестве, сможет проникнуться описанной ею повседневной жизнью. Вебтун рассказывает о жизни Ли Си Ды, женщины 20 лет, переехавшей из Андона[13] в сеульский район Чхонпадон. Она работает в интерьерной компании и держит в качестве домашнего питомца хомяка.
Да и условия жизни главной героини часто сравниваются с условиями жизни хомяка. Имя Си Да образовано от окончания вежливого стиля в корейском языке. Хотя она была рождена, чтобы стать уважаемым человеком, фактически случилось наоборот, и имя Си Да уже похоже на часть слова, обозначающего человека низшего статуса. Подобно двум несовместимым значениям, заключенным в имени главной героини, вебтун показывает одиночество и отчуждение, возникающее из-за разрыва между идеалами и реальностью.
Си Да – человек с глубокими познаниями и интересом к своей профессии, достаточными для работы в компании, занимающейся дизайном интерьеров, но на самом деле вкусы ее ограничены. Ей нравится стиль кинфолк, но в реальности она может себе позволить лишь товары из Daiso[14]. Она проводит год за годом, не оставляя никаких следов своего существования, подобно отклеивающейся бумаге для заметок. В скоротечной жизни, где единственным критерием возможной покупки служит соотношение цены и качества, мы не можем даже забить гвоздь так, как хотим в своем собственном доме.