Чингиз Абдуллаев – В ожидании апокалипсиса (страница 2)

– Это ваша затея? – сердито спросил Дмитрий Алексеевич у Родионова.

Тот покачал головой.

– Вы же знаете, я всегда был против подобных методов.

– Поговорим после. – Дмитрий Алексеевич повернулся к Дронго. – Вы знаете меня?

– Нет.

– Никогда не слышали?

– Нет.

– Я начальник внешней контрразведки в управлении «С».

– Вы заняли место генерала Калугина?

– Я занимаю свое место, – жестко отрезал генерал. – Калугин возглавлял внешнюю контрразведку в 1-м Главном управлении, а я в управлении «С». Это немного разные вещи.

От Дронго не ускользнуло, как раздраженно дернулся генерал при упоминании имени Калугина.

– Насколько я знаю, ваше управление проводит операции с нелегалами, – продемонстрировал свою осведомленность Дронго, – а ваш отдел, видимо, специализируется на их ошибках.

– В каком смысле?

– В прямом. Вы не наказываете своих людей и не проверяете. Вы их просто убираете. Очень приятно с вами познакомиться.

– Не паясничайте, – одернул его генерал, – да, мой отдел специализируется на нелегалах. Но это не значит, что мы их всех убираем. Некоторых мы успеваем вывезти домой в СССР… черт, забыл, в СНГ.

– Чтобы арестовать и расстрелять уже по приговору суда?

– С вами невозможно разговаривать, – разозлился генерал, – вы специально приехали сюда, чтобы мне хамить?

– Дмитрий Алексеевич, это у него такая манера разговора, – извинился Родионов, – я же предупреждал.

– Помолчите, – оборвал его генерал. – Я хочу знать, – обратился он к Дронго, – вы будете работать с нами?

В дверь постучали.

– Войдите! – крикнул Родионов.

Вошел молодой человек с подносом, на котором были стаканы с чаем и стопка накрытых салфетками бутербродов. Дронго, взяв бутерброд, спросил:

– А зачем же я здесь?

– Вы не ответили на мой вопрос. – Дмитрий Алексеевич подхватил с подноса другой бутерброд.

– Если кого-то нужно убивать – это не для меня. А в остальном… Я работаю уже десять лет.

Бутерброд оказался вкусным.

– Мне рассказывали о ваших операциях, – кивнул генерал, – особенно о последней, в Австрии.

– Значит, вы должны меня понять.

– Должен. Но я не терплю хамства. Даже у таких талантливых людей, как вы, – просто сказал генерал.

– Извините, – выдохнул Дронго. – Я был не прав.

– Принимаю, – генерал кивнул ему в ответ, – а теперь давайте сразу к делу. Вы хорошо помните свою последнюю командировку в Австрию?

– Конечно, помню. Там из-за глупости нашей разведки я потерял женщину и двух агентов. Думаю, вы об этом знаете.

– Знаю. Теперь успокойтесь и постарайтесь четко отвечать на мои вопросы. Американцы в итоге вам не поверили. Правильно?

– Да. А кто мог бы поверить в такую игру?

– Отвечайте только на мои вопросы. МОССАД тоже не поверил?

– Конечно, нет.

– Значит, ситуация была такова: вас подставили. Американцы об этом знали?

– Да.

– МОССАД тоже знал?

– Да.

– Вы в свою очередь не знали, что КГБ вас подставил?

– Сначала не понимал, потом понял.

– Теперь подумайте и ответьте. Американцы знали, что вы встречались с Натали?

– Думаю, догадывались, – зло ответил Дронго.

– Израильтяне знали?

– Конечно, да.

– Значит, обе разведки знают, что в результате последней командировки вы потеряли любимую женщину. Верно?

– Можно сказать, да.

– И это случилось отчасти из-за того, что КГБ подставил вас как приманку?

– Да.

– Однако вы сумели выполнить свое задание и вернуться домой.

– Да.

– А сейчас самый важный вопрос. Как вы думаете, американцы поверят, что КГБ вторично решило подставить вас?

– Что?.. – Дронго вскочил на ноги, поперхнувшись остатками бутерброда. – Из-за этого меня вызвали сюда? Опять ваши идиотские игры?

– Вы не ответили на мой вопрос, – терпеливо, но жестко возразил генерал.

Дронго задумался. Профессионализм сработал и на этот раз.

– Нет, – решительно проговорил он, – в это не поверит никто. Просто потому, что я не позволю вторично подставить меня.

– Верно, – кивнул головой генерал, – после смерти двух агентов и гибели Натали вы должны были выйти из игры. Более того, вы возненавидели КГБ, которое вас подставило.

– Откуда вы знаете, что это не так? – с неожиданной злостью спросил Дронго.

– Вы – профессионал, а это значит, что эмоции должны быть под контролем разума. Вашего разума.

– Я, кажется, начинаю понимать, – кивнул Дронго, – в это невозможно поверить, и именно поэтому вы решили разыграть эту карту. А я все гадал, для чего я вам нужен.

– Мы умеем просчитывать варианты, – подтвердил его догадку генерал, – скажите мне, кто поверит, что КГБ решило использовать уже разоблаченного агента? Кто поверит, что, подставив его один раз, мы решили подставить его второй? Кто поверит, что агент, потерявший трех друзей в предыдущей операции, согласится на подобную командировку? Это абсолютно невероятно, и именно поэтому мы решили пригласить вас.

– Чтобы еще раз подставить? – спросил Дронго, глядя в глаза генералу.

– Да, – ответил тот, не отводя глаз, – именно для этого. И нам нужно только одно – ваше согласие. Вы уже поняли: заменить вас мы не можем. Такой шанс бывает один на миллион. Даже нарочно мы не смогли бы создать подобной ситуации.

Дронго молчал. Он тоже умел просчитывать варианты.