Чингиз Абдуллаев – Срок приговоренных (страница 5)

– Его нигде нет! – крикнул он.

И в этот момент в дверь позвонили.

– Наверное, торчал у соседей, сука, – зло бросил кто-то из убийц, выбегая из спальни. Видимо, их было четверо или пятеро. Они тихо совещались о чем-то в холле. До Резо долетали только обрывки фраз. Он с нарастающим ужасом понял, кто мог позвонить в это время. Это пришла Надя. Он даже открыл рот, чтобы крикнуть, предостеречь ее. Но вместо этого стоял как заговоренный, не в силах даже пошевелиться. В дверь снова позвонили.

«Уходи, – молил он про себя женщину, – уходи отсюда, убегай». Но она позвонила в третий раз. Кто-то из убийц подошел к двери и открыл ее. Резо замер, прислушиваясь.

– Здравствуйте, – удивленно сказала Надя, – а где Резо?

– Его нет дома, – ответили ей, – вы к нему?

– Да, у меня к нему дело, – ответила Надя.

«Уходи, – молил ее Резо, – только не входи в квартиру. Только не входи».

– Можете его подождать, он скоро придет, – услышал Резо.

– А он ничего не просил передать? – Она все еще не входила в квартиру. У нее все еще был небольшой шанс.

– Нет. Но говорил, что должен скоро прийти. Просил подождать.

– Да, конечно. А вы его знакомый? Он мне о вас ничего не говорил.

Она, очевидно, вошла в квартиру. И в этот момент дверь захлопнулась. И Резо сразу услышал женский крик:

– Кто вы такие?! Что вам нужно?!

У нее, наверное, вырвали из рук сумочку. Она, конечно, сопротивлялась, но пока было тихо.

– Дешевка, – тусклым голосом сказал мужчина, – ты его любовница?

– Уберите руки! – гневно воскликнула она, все еще не сознавая до конца, что тут происходит.

– Когда вы должны были с ним встретиться? – спросил резкий голос главного. Резо теперь узнавал его.

– Не знаю. Отпустите, – почти кричала она, – вы делаете мне больно. Отпустите! – Видимо, кто-то из нападавших переусердствовал, выворачивая ей руку.

Резо вспомнил все, что он говорил несколько минут назад о чести мужчины. Он хотел выскочить, заступиться за женщину, которая пришла к нему в дом, была близка с ним. Но какой-то дьявольский голос внутри отговаривал его. Этот голос труса и подлеца советовал ему отсидеться, переждать, пока незнакомцы уберутся. Один и без оружия он ничего не сможет сделать против четверых или пятерых вооруженных убийц. Профессиональных убийц, которые пришли сюда именно за его головой.

Воспитанный на рыцарском отношении к женщине, всегда готовый вступиться за слабый пол, он был настоящим мужчиной лишь до тех пор, пока ему не выпало вот такое испытание. Он не выдержал его, дрогнул. Его совесть подсказывала ему: выйди и достойно умри. Покажи мерзавцам, как умирают настоящие мужчины. Но другой голос продолжал командовать: затаись и молчи, убийцы скоро уйдут. Ты все равно не сможешь ей помочь. Он успокаивал себя тем, что хотя бы поможет в розыске убийц. В тысячные доли секунды в его мозгу возникали тысячи доводов, оправдывающих трусость. И он, скованный животным страхом, утратил способность слушать голос совести. Он стоял и слушал.

– Я ничего не знаю! – крикнула женщина. – Отпустите меня, мерзавцы, негодяи, подлецы!

– Спокойно, – посоветовал главный. Он один все еще обращался к ней на «вы». – Не нервничайте так. Нам необходимо выяснить, где находится хозяин квартиры.

– Я не знаю, – призналась женщина.

Видимо, предводитель группы сделал знак, чтобы Надю отпустили. Резо расслышал, как она прошептала «спасибо».

– Где он может быть? – снова спросил незнакомый голос.

– Не знаю. Я действительно не знаю. Мы договаривались встретиться. А кто вы такие? Вы из милиции?

– Почти, – ответил ее страшный собеседник. – Значит, он должен прийти сюда? Или вы должны были встретиться с его компаньоном?

– Не говорите гадостей, – разозлилась она. – Ни с кем я не должна была встречаться, в вашем грязном понимании этого слова. У меня деловая встреча.

Раздался громкий удар пощечины. Резо вздрогнул. По лицу его сбегали крупные капли пота. Он стер их судорожным движением руки, жадно вслушиваясь в то, что происходило в холле его квартиры. Подленький чертик, сидевший где-то в темном уголке его души, даже радовался, что он сумел вот так ловко обмануть ворвавшихся в дом убийц, надежно спрятаться от них. Слабенький голос совести заглушал оглушающий страх и нечеловеческое, почти животное желание – жить, спастись.

– Сука, – лениво сказал предводитель, переставший играть в интеллигента, – ты еще будешь мне врать.

Очевидно, они снова схватили ее, так как опять раздалось ее жалобное восклицание.

– В воскресенье днем у него на квартире, видите ли, должно состояться деловое свидание, – продолжал убийца. – Так я тебе и поверил. Где он – спрашиваю я тебя?

– Не скажу, – с отвращением прошептала Надя.

Резо повернул голову. Воздух или волнение заложило правое ухо. Он стал слушать левым, тяжело дыша, ловя себя на мысли, что задыхается, но не от недостатка воздуха, а от ощущения надвигавшейся беды, от ужаса и кошмарности всего происходящего.

– Скажешь, – пообещал неизвестный, – ты все скажешь. И зачем пришла. И где он сейчас находится. И когда сюда придет. Хотя можешь и не говорить. Раз такая сучка, как ты, заявилась сюда, значит, скоро и кобель притащится. Ждать придется недолго.

И в эти минуты с женщиной что-то произошло. Может, она действительно любила его и решила, что сможет спасти Резо своим безумным поступком. Но скорее всего женская интуиция подсказала ей, что негодяи, схватившие ее, не дадут ей уйти живой из этого дома. Это она, наверное, прочла в глазах своих мучителей. И, рванувшись изо всех сил, она освободила руку и с силой пропахала своими острыми ногтями лицо одного убийцы, другого ударила ногой в живот и, очутившись на миг на свободе, побежала к окну – по паркету процокали ее каблучки.

– Помогите! – крикнула она, стукнув кулаком по стеклу.

– Не стрелять, – бросил главный своим характерным, с хрипотцой, голосом. Он мгновенно понял, что пули могут попасть в стекло, что привлечет внимание прохожих. Она тоже поняла, чего именно он боится, и, развернувшись к нему лицом, прильнула всем телом к окну, словно это была ее самая надежная защита. Это было большое окно в гостиной. Большое и крепкое стекло, которое она не смогла бы разбить кулаком. Модная металлопластика, с накачанным между стеклами вакуумом. – Отойди от окна, – сказал главный.

– Нет, – тяжело дыша, ответила женщина.

– Отойди от окна, – снова повторил главный.

Видимо, в такие моменты жертвы читают свой приговор во взгляде насильника. Он уже понял, что она не в силах разбить стекло, и открыл рот, чтобы приказать оттащить ее от окна. И именно в эту секунду она рванула ручку на себя – окно открылось. Уж такая это конструкция. Разбить одним взмахом руки – ни за что не разобьешь. Но зато открывались они мгновенно, не то что вечно западающие и заклинивающие деревянные окна. Теперь окно было открыто, и преимущества оказались на ее стороне.

– Отойди от окна, – прохрипел в третий раз главный, раздосадованный своим поражением.

– Помогите! – закричала женщина, свешиваясь вниз.

– Тащите ее! – рассвирепел убийца.

К ней бросились сразу три или четыре человека. Она покачнулась, крикнула еще раз и вдруг рухнула вниз, с девятого этажа. Она летела со страшным криком. Потом раздался тупой удар.

– Дура, – сказал главный, – уходим. Быстро. Сейчас здесь будет полно народу.

Послышались быстрые шаги, хлопнула дверь. Резо все еще стоял в своем укрытии, боясь поверить услышанному. Он попытался пошевелиться, но почувствовал, что не может даже поднять руку. Наконец усилием воли он толкнул дверцу, буквально вываливаясь из своего тайника. И сразу же увидел лицо убитого Никиты. От неожиданности он едва не вскрикнул. Потом вскочил на ноги и, чувствуя, как его выворачивает тошнота, поспешил в гостиную, откуда выпала Надя. Его все-таки стошнило прямо на ковер в гостиной, когда подходил к окну.

Надя лежала внизу, вокруг уже собирались люди, указывающие на его окно. Он осторожно посмотрел вниз. Несколько мужчин садились в два автомобиля в пятидесяти метрах от того места, где лежало тело. Один из них, коротко остриженный, седой, в кожаной куртке, вдруг поднял глаза и увидел Резо. Не понимая, зачем он это делает, Резо медленно закрывал створки окна.

– Он был там! – заорал незнакомец. – Он был там!

– Быстрее! – крикнул кто-то. – Милиция.

Седой еще раз посмотрел вверх. И вдруг Резо что-то как толкнуло изнутри. Собрав остатки мужества, он распахнул окно и заставил себя выпрямиться во весь рост. Теперь он видел лицо убийцы. Вернее, не лицо, отдельные черты различить было трудно – он видел его маску. Целую секунду они смотрели друг другу в глаза. И хотя расстояние было достаточно далеким, им казалось, что взгляды их обжигающе близки. У Резо по лицу стекала ядовито-желтая струйка, губы тряслись. Но он ничего не замечал – видел только ненавидящие глаза убийцы.

– Идиоты, не нашли, – проворчал седой, отводя взгляд от окна, – подняться бы сейчас наверх и прикончить его.

– Не получится, – резонно заметил кто-то из его людей, садясь за руль. – У него дверь – на полдня возни. Даже автоматом не прошибешь. Гранаты нужны или мины. А милиция вот-вот будет здесь.

– Возьмем его вечером. В милиции, – уверенно заключил седой. – Теперь ему крышка. Любовница из окна упала, а друг лежит убитый. Его как пить дать арестуют. Кто ему поверит?