Чингиз Абдуллаев – Равновесие страха (страница 4)

Полчаса спустя Роберт уже поднимался по лестнице малоприметного дома в центре города. На четвертом этаже он достал ключи, открыл дверь и вошел в квартиру. Прошел в одну из комнат, где сидел невысокий седой мужчина с малоприметным лицом. Ему было лет пятьдесят или чуть больше. При появлении Туманова мужчина, которого звали Илья Глебович Маляров, поднялся и, не говоря ни слова, включил аппаратуру, стоявшую в комнате. Подождал несколько секунд и только затем, протягивая руку, спросил.

– Как ваши дела?

– Ничего хорошего, – ответил Роберт, пожимая ему руку. – Я уже говорил вам, Илья Глебович, что за нашими встречами следят. И, видимо, об этом стало известно самому Хаусману, если он удвоил охрану своей супруги.

– Пока это не так страшно. Значит, он по-прежнему доверяет супруге и опасается за ее безопасность. Но по нашим сведениям, Бразилец собирается встречаться с Хаусманом. Мы пока не знаем, где и как, но сама возможность их встречи говорит о том, что они знакомы. Близко знакомы, иначе Роман Эдуардович никогда бы не поехал на встречу с известным преступным авторитетом.

– Значит, вы считаете, что они связаны? – нахмурился Туманов.

– Возможно. Хотя это еще и не доказано. Вы прекрасно вошли в роль любовника супруги Хаусмана, но, по-моему, чересчур увлеклись. Вы должны были через нее выйти на самого Романа Эдуардовича, а вместо этого становитесь его конкурентом, которого он начинает подозревать в связях со своей супругой.

– Я уже говорил вам, что она мне нравится, – упрямо сказал Роберт.

– Это не шутки, Туманов. Вы должны понимать, насколько все серьезно.

– К сожалению, все понимаю, – вздохнул Роберт, – и каждый раз, встречаясь с ней, я чувствую себя подлецом. Ведь я познакомился с ней по вашей просьбе. А уже потом она мне понравилась. Иногда так хочется всех вас послать куда-нибудь подальше. И не только вас, но и самого Бразильца с компанией, которые мне тоже надоели. И ее мужа, стоящего между нами. Хотя он мне безразличен.

– Мне иногда кажется, что вы как-то спокойно относитесь ко всем олигархам и бандитам, – заметил Илья Глебович.

– Правильно. Мне они все безразличны. А почему это вас удивляет?

– Вы странный человек, Туманов, – осторожно сказал Илья Глебович, – вы не любите тех, на кого работаете, и не ненавидите тех, против кого работаете. Это очень странно.

– Я всегда помню, что последние несколько лет работаю на вас, – мрачно произнес Туманов, – но это еще не значит, что я вас должен любить. Этого в нашем «контракте» никогда не было. Я только выполняю свою работу. И тем более это не означает, что я должен ненавидеть тех, с кем я общаюсь уже много лет. Среди них попадаются разные люди, Илья Глебович. Уверяю вас, что среди бандитов процент честных людей даже выше, чем среди ваших чиновников. Можете мне поверить.

– Верю. Охотно верю. Поэтому мы и разрабатывали ваш проект с учетом того, что вы будете помогать нам разоблачать не только бандитов, с которыми мы могли бы справиться и без вас, но и продажных чиновников, налоговиков, таможенников, полицейских, сотрудников Госнаркоконтроля. Не забывайте, Роберт, что вы по-своему уникальный проект нашей организации. Вы ведь попали к нам не случайным прохожим с улицы. Вы уже тогда были известным бандитом, отсидевшим во французской тюрьме, работали с самим Ревазом Московским, пока его не убили во Франции, отличились в других местах. Вы идеально подходили нам в качестве руководителя преступной организации, которая создавалась под нашим руководством и в помощь нашим оперативникам. Благодаря умелой антирекламе и слухам, которые мы сами распространяли, – вы теперь один из самых известных и опасных преступных авторитетов на всем пространстве СНГ. Благодаря вам мы знаем о всех планах преступных авторитетов, о готовящихся встречах «воров в законе», о масштабах их деятельности, о миллиардах долларов, которые они держат под контролем, и, наконец, самое главное, о тех финансовых спонсорах, которые есть у нашей преступной среды. Вы наш лучший и уникальный проект, Роберт. Мы разрешали вам все, лишь бы добиться такого результата. Никогда не забывайте об этом. Что касается ваших отношений с Ириной Хаусман, то вам нужно подумать о том, как прекратить их. Они становятся слишком опасными для вас обоих. Это было ошибочное решение, когда мы планировали выйти на Романа Эдуардовича через его супругу. Никто не ожидал, что вы так серьезно увлечетесь этой дамочкой. Поэтому начинайте постепенно сворачивать ваши отношения. В своих интересах и в интересах этой женщины.

Туманов молчал.

– Вы меня поняли? – строго переспросил Илья Глебович.

– Я подумаю над вашими словами, – тяжело выдавил из себя гость.

– Подумайте, – согласился Илья Глебович, – и всегда помните, что вы как разведчик внедрены в эту преступную среду, где обязаны оставаться неузнанным и необнаруженным. Вы знаете, что мы столкнулись с удивительным феноменом. Когда в конце шестидесятых в КГБ пришел Юрий Андропов со своей командой, то тогда было принято решение о своеобразной «героизации» и реабилитации чекистов. Уж очень неприглядным был имидж ВЧК – ГПУ – НКВД после хрущевских откровений и разоблачений. Именно тогда стали появляться книги о чекистах и умные, честные фильмы – «Щит и меч», «Адъютант его превосходительства», «Операция «Трест», «Семнадцать мгновений весны», «Майор Вихрь», «Мертвый сезон», «Пятьдесят на пятьдесят», перечислять можно долго. В общем, все правильно. Благодаря этим фильмам сотни молодых людей потянулись на работу в КГБ, а имидж чекистов претерпел кардинальные изменения. Даже нынешний президент Путин пришел проситься на работу в КГБ после понравившегося ему фильма «Щит и меч». Об этом много писали. Но почти никто и никогда не рассказывал о сотнях и тысячах сотрудников уголовного розыска и КГБ, внедренных в преступные банды, в колонии, в тюрьмы, на различные заводы и фабрики. А ведь это тоже были настоящие герои, которые зачастую рисковали гораздо больше, чем наши разведчики-нелегалы.

В последние годы разведчиков обычно не расстреливали. Во многих странах вообще давно отменена смертная казнь. Их задерживают, часто обменивают, иногда приговаривают к разным срокам. Это все в случае разоблачения. А вот разоблаченных сотрудников уголовного розыска ждет страшная смерть, безо всякой надежды на суд или объективное расследование. И это тысячи настоящих героев, которые по-настоящему рискуют своими жизнями. Я не пытаюсь пробудить в вас ложный пафос патриотизма, но вы должны сознавать, какую важную миссию вам доверили. И как много сил и средств было вложено в ваш проект.

Туманов слушал молча, опустив голову.

– Она мне очень нравится, – в который раз произнес он, – но я обещаю, что подумаю над вашими словами. Не нужно на меня давить, я сам понимаю, насколько все запуталось.

Маляров, соглашаясь, кивнул и показал на стулья, стоявшие у стола.

– А теперь успокойтесь, садитесь, и мы подробно обсудим вашу информацию за последние несколько дней.

Глава третья

Они смотрели друг на друга. Прошло столько лет с тех пор, как они познакомились. Тогда, в начале девяностых, совсем еще молодой Оскар Ваганов был руководителем дерзкой банды вымогателей-рэкетиров, которые держали в страхе несколько кварталов в центре Москвы, а Роман Хаусман только начинал свою деятельность бизнесмена. И конечно, рано или поздно они должны были познакомиться. Практически все крупные состояния современной России могли быть нажиты только при наличии двух факторов, которые были непременным условием выживания любого бизнесмена и его успешного бизнеса. Нужно было иметь хорошие связи с чиновниками и уметь договариваться с криминальными структурами. Без этих условий никто не мог претендовать на часть государственной собственности (а другой тогда фактически не было), на возможность приватизации государственных объектов, на участие в залоговых аукционах. И конечно, нужно было уметь договариваться с преступными группами, которые контролировали не только бизнес, но и откровенно покупали правоохранительные органы и судей. Защитить от беспредела других бандитов бизнесменов могли только сами бандиты, которым приходилось платить и с которыми нужно было договариваться.

Именно тогда магазины Романа Хаусмана взяла под свою опеку преступная группа Оскара Ваганова. Под ее крылом Хаусман находился около двух лет, пока конкуренты не решили, что Ваганов и его люди получают слишком большие проценты от крышевания различных сфер бизнеса. Произошла встреча двух преступных групп, во время которой вспыхнула ссора и Ваганов лично убил своего конкурента. Все участвующие в этих разборках дали показания, что это была обычная драка, и двадцатичетырехлетний Ваганов получил восемь лет тюрьмы, из которых отсидел только три и вышел на свободу по амнистии. Потом были другие преступления и другие приговоры. Ваганов постепенно превращался в Бразильца и становился одним из самых известных и жестоких преступных авторитетов в стране, а Роман Хаусман основал свою страховую компанию, стал акционером ряда других известных компаний и превратился в мультимиллионера.

Они не забывали друг друга и позже, иногда читали сообщения о «подвигах» мультимиллионера и «вора в законе». И каждый подсознательно помнил о том, как они встретились и вместе работали двадцать лет назад. И вот теперь, спустя столько лет, они снова встретились. Хаусману было пятьдесят, его собеседник был моложе на несколько лет.