Чингиз Абдуллаев – Океан ненависти (страница 5)

Переведя эти вопросы, Дронго с напряженным вниманием ждал ответа. Но Инна, несколько смутившись, все-таки сказала:

– Нет, я не видела никого. И меня никто не видел.

– Вы гуляли по центральной дорожке? – спросил комиссар.

– Да. Сначала по центральной, а потом возвращалась по другой дорожке, за домами.

– И никого там не встретили?

– Никого, – чуть поколебавшись, ответила Инна.

Чуткое ухо комиссара уловило некоторое ее замешательство. Все-таки он был очень опытным специалистом. И потому уточнил еще раз:

– Может быть, вы случайно видели кого-то из своих знакомых?

– Нет, – уже более твердо ответила женщина, выслушав перевод вопроса, – я никого не видела.

– Они не ссорились с покойным? – решил изменить тактику комиссар.

– Нет. Мы любили друг друга. Если он считает, что я его убила, то напрасно теряет время, – снова вспылила Инна, – я говорю правду. В момент убийства я здесь не была и не могу знать, кто это сделал.

– Кроме вас, на курорте и ваши знакомые. Вы приехали все вместе? – спросил комиссар.

– Да. Все восемь.

– Вы вместе работаете? Или вы родственники? Или соседи?

– Мужчины работают вместе. Виктор и Юрий братья, владельцы фирмы. Рауф их компаньон. А Олег, по-моему, занимает какой-то финансовый пост, но точно я не знаю.

– А ваши женщины?

– Они просто подруги, – отмахнулась Инна, – ничего серьезного.

– Все «ничего серьезного»? – спросил Дронго уже от себя.

– У нас свободная любовь, – немного нервно ответила молодая женщина, – А почему это вас так интересует? Он, по-моему, не задавал мне вопроса про наши отношения.

– Он еще задаст его, – пообещал Дронго, – просто я хочу объяснить ему характер ваших отношений.

– Свободный характер, – пояснила она.

– Она говорит, что между мужчинами и женщинами в их группе были свободные отношения, – пояснил Дронго. – Здесь не было ни мужей, ни жен.

– Безобразие, – пробормотал комиссар, – типичное падение нравов. Эти иностранцы ничего хорошего нам не привезут. Простите, – вспомнил он про Дронго, – конечно, не все иностранцы.

– Ничего, – усмехнулся Дронго, – ничего страшного, я не обиделся. И потом, я приехал на курорт совсем один и даже немного завидую этим молодым людям. У них такие прекрасные спутницы.

– А потом они еще удивляются, что их убивают, – сказал комиссар. – При таких отношениях может случиться что угодно.

– Вы абсолютно правы, комиссар, – согласился Дронго. – Но все равно я немного им завидую.

Мужчины улыбнулись друг другу, а Инна потянулась за сигаретами.

– Пусть она посмотрит, все ли на месте, – предложил комиссар. – У ее друга были деньги или ценности?

Инна недоумевающе оглянулась. Ей только теперь пришло в голову, что убийство могло быть связано с ограблением: пробравшийся в их апартаменты убийца мог заинтересоваться ее ценностями или деньгами Виктора. Она осмотрелась.

– Мои вещи лежали там, – показала она на тумбочку рядом с кроватью.

– Вы разрешите? – спросил Дронго у комиссара, шагнув к тумбочке.

Наклонился, открыл дверцу. Достал небольшую шкатулку, протянул ее Инне. Она внимательно все просмотрела. Часы, браслет, две пары сережек, кольца. Да, все было на месте. Помощник взял шкатулку, положил на стол.

– Все в порядке, – кивнула она, – у меня ничего не пропало. Надеюсь, их у меня не отнимут.

– Нет, – успокоил ее Дронго, – они просто все перепишут. У них такой порядок, чтобы потом вы не подали претензии на пропажу своих вещей.

– А у вашего друга ничего не пропало? – спросил комиссар. – У него были какие-нибудь ценности?

– У него были часы «Ролекс», – кивнула женщина и вдруг ошеломленно посмотрела на них. – Да, конечно, у него были ценности. У него были деньги. Много денег. Он всегда возил с собой наличные.

– Какая сумма у него была? – нахмурился комиссар. Неужели версию о бытовом преступлении придется отбросить и вместо нее появится версия об убийстве с ограблением? Тогда о будущем курорта можно и не мечтать.

– По-моему, пятьдесят или сто тысяч долларов, – ответила женщина.

– Сколько? – ахнул комиссар. – У него была с собой такая сумма наличными?

Женщина удивленно посмотрела на него.

– Чего он так нервничает? – спросила Инна у Дронго. – Считает, это слишком большая сумма?

– Фикрет-эфенди, – пояснил, сдерживая улыбку, Дронго, – у русских свои правила. Они не доверяют кредитным карточкам и предпочитают носить наличность с собой. У них просто такие привычки.

– Но пятьдесят тысяч долларов, – простонал комиссар, – это колоссальная сумма!

– Только не для них, – объяснил улыбающийся Дронго. – В России их называют «новыми русскими». Это миллионеры, сделавшие свой бизнес на разнице цен внутреннего и внешнего потребления на газ, нефть, разного рода цветные металлы. Многие из них сказочно разбогатели за несколько месяцев, став обладателями многомиллионных состояний. Поэтому они не привыкли считать деньги и обычно возят их с собой пачками. Неужели вам это не понятно?

– Не очень, – признался комиссар. – Убитый был миллионером?

– Убитый был «новым русским», – снова пояснил Дронго, – и он не привык считать свои деньги. Чтобы жить на таком курорте, нужно иметь много денег. Вы знаете, сколько стоят такие апартаменты в сутки?

– Вы, по-моему, тоже не бедный, – напомнил комиссар. – Сколько стоит ваша вилла?

– Согласен, – рассмеялся Дронго, – но я зарабатываю несколько другим способом. Во всяком случае, я не заказываю себе в номер черную икру и фирменный коньяк в три часа ночи. И не ношу часов «Ролекс».

– Да, – вздохнул комиссар, – наша оппозиция говорит, что этот курорт нужно закрыть. Он настоящий рассадник разврата и растления нашей молодежи. Иногда мне кажется, что они говорят правду. Спросите, где убитый держал свои деньги?

– Где Виктор держал свои деньги? – перевел Дронго.

– В «дипломате», – пояснила Инна, – он привез его с собой из Москвы. А потом переложил в сейф.

В апартаментах были вмонтированные сейфы, которые запирались с помощью кода, известного только владельцу номера. – Позовите менеджера, – приказал комиссар, обращаясь к своему помощнику, – и вскройте сейф. Мне нужно знать, что там находится.

Помощник кивнул и быстро вышел из комнаты.

– У вашего друга были столкновения с другими членами группы? – спросил комиссар. Дронго перевел дословно, ожидая, что скажет молодая женщина.

– Нет, – снова чуть поколебавшись, ответила она, – у нас в группе были ровные, приятные отношения. Никаких споров не было. Мы приехали сюда отдохнуть все вместе.

– Вы работаете в фирме вашего друга? – спросил комиссар, и Дронго переспросил у Инны, чем она занимается.

– Я манекенщица, – пожала плечами молодая женщина, словно это должно быть известно и без ее слов. – А с Виктором мы просто друзья.

В комнату вошел менеджер с целой связкой ключей. И еще техник отеля. В сопровождении помощника они подошли к сейфу и несколько минут провозились у дверцы. И только затем менеджер с торжествующим видом открыл дверцу. В сейфе лежали четыре плотные пачки денег и две открытые. Все было на месте.

– Пересчитайте, – оживленно попросил комиссар. Все-таки версия ограбления сразу улетучилась. Это значительно улучшило его настроение, и он с новой силой напал на молодую женщину:

– Еще раз вспомните, кто мог видеть вас во время вашей прогулки к морю. Это очень важно для вас, иначе я не смогу вам поверить.

Женщина достала следующую сигарету и молча закурила. Она явно не собиралась ничего говорить.

– Отпустите ее, – посоветовал Дронго, – я могу быть ее свидетелем. Я видел ее на дорожке, когда она шла к морю. Моя вилла находится как раз на полпути между отелем и морем.

– Вы действительно видели? – недоверчиво спросил комиссар.

– Конечно. Я видел ее, когда она возвращалась с моря. И, кстати, была не одна. И вообще мне кажется, что нам следует объединить наши усилия, комиссар. – Что вы хотите этим сказать? – не понял Фикрет Явуз.

– Я частный детектив, – улыбнулся Дронго, – и думаю, я сумел бы вам помочь, если мы, прежде чем допрашивать следующего свидетеля, немного поговорим.