Чингиз Абдуллаев – Дронго молчит, или Охота на человека (страница 8)
Литера «А»
ПРЕЗИДЕНТУ ИНТЕРПОЛА
ОТ НАЦИОНАЛЬНОГО БЮРО В АВСТРИИ
Особое сообщение
Литера «А»
НАЦИОНАЛЬНОМУ БЮРО В ИСПАНИИ
ОТ ПРЕЗИДЕНТА ИНТЕРПОЛА
Вена. Отель «Империал»
14 ноября 1988 года
– Вы хорошо устроились, мистер Саундерс, – вошедший чувствовал себя как дома, – это один из лучших отелей нашего города.
– Спасибо, комиссар. – Саундерс, улыбаясь, пожимал руку комиссара венской полиции. – Я рад видеть вас.
– Интерпол так богат, что может позволить себе такие затраты? – пожал плечами комиссар. – Вот уж не думал. Во всем мире экономят именно на полиции. А тем более на международной полиции, всюду сующей свой нос.
Саундерс рассмеялся:
– Я понял ваш намек, но это не моя вина, господин комиссар. Никто не предполагал, что в гостеприимной Вене я могу подвергнуться нападению.
– Как интересно. – Комиссар сел в кресло. – Значит, мы еще и виноваты.
– Я этого не говорил. Просто действительно никто не мог представить, что этот ненормальный захочет меня убить.
– Поэтому вы и ваша спутница ходите с оружием? – спросил комиссар.
Саундерс улыбнулся:
– Очко в вашу пользу, господин комиссар. Я отвык беседовать с комиссарами полиции.
– Вы еще мне скажите, что вы не профессионал. Я получил указания от своего руководства помогать вам.
– Я действительно не профессиональный агент Интерпола. А всего-навсего специальный эксперт ООН. И в качестве такового я благодарный гость вашего города.
– Зачем этот убийца полез в ваш номер? – спросил комиссар.
– Наверное, чтобы познакомиться со мной.
– Вы не собираетесь отвечать?
– А вы собираетесь меня допрашивать?
– Нет, конечно, – хмуро сказал комиссар, – просто попытка убийства и такой случай на моей территории.
– Подозреваю, что вы пришли попросить его досье, – улыбнулся Ричард.
– Счет равный. Мне действительно нужно его досье. Должен же я как-то оформить этот труп на своем участке.
– Я уже попросил прислать мне его данные, вы получите их в ближайшие три часа.
– Спасибо. – Комиссар достал сигарету, щелкнул зажигалкой. – А я распоряжусь насчет трупа.
– Буду вам очень благодарен.
– Мне звонила госпожа Энсти,[5] генеральный директор отделения ООН в Вене. Она попросила оказать вам всемерное содействие. Если вам что-нибудь будет нужно, я готов помочь.
– Большое спасибо, но я думаю, что завтра мы уже уедем.
– Как угодно. Вы всегда такой неразговорчивый? – спросил комиссар.
– С представителями полиции всегда.
– Благодарю вас. Кстати, подозреваю, что вы довольно хороший эксперт, – сказал на прощание комиссар.
– Почему?
– Плохого не поселили бы в «Империале», – подмигнул полицейский, – и не обеспечивали бы такой охраной, как премьер-министра. Здесь все-таки очень дорого. Счастливо оставаться.
После ухода комиссара Саундерс задумчиво потер подбородок. А ведь полицейский прав. Откуда у Интерпола столько денег на гостиничные номера в «Империале»? Нужно будет учитывать такие мелочи. Он решил принять душ и уже заканчивал раздеваться, когда раздался телефонный звонок.
– В этом городе телефон звонит не переставая, – недовольно проговорил он, поднимая трубку.
– Мистер Саундерс? – раздался в трубке далекий голос.
– Да, это я.
– С вами говорят ваши друзья. Мы хотим дать вам совет. Не нужно ездить в Америку. Там часто бывает плохая погода. Можно простудиться.
– А если я возьму таблетки от простуды? – пошутил он. Говоривший, не ожидая такого ответа, на мгновение запнулся.
– Лучше обратитесь к врачам. Они вправят вам мозги. И заодно напишите свое завещание, – зло бросил говоривший и повесил трубку.
Саундерс быстро набрал номер.
– Марк, это я. Вы слышали? Откуда звонили?
– Разговор был заказной. Из Парагвая.
– Хорошо, – положил трубку Ричард. «Однако довольно оперативно работают, – подумал Дронго. – Очень даже…»
Мадрид
14 ноября 1988 года
В комнате были зашторены окна, и только слабый свет лампы освещал лица сидевших за столом.
– Я же предупреждал вас, Грубер, – недовольным тоном говорил один из них, – с Интерполом шутки плохи. В результате вашей беспечности мы упустили Рубио и теперь вынуждены искать по всему свету, но, увы, его нигде нет. Хорошо еще, что инспектора Интерпола не вышли на нашего агента в шифровальном отделе. Мы внедряли его туда два года. А из-за вашего легкомыслия мы могли бы потерять ценный источник информации.
– Это наверняка упущение моих людей, мистер Торнер. Признаюсь, я недооценивал возможности Интерпола. Они слишком быстро вышли на след.
– Я уже начинаю беспокоиться и за нашего информатора в Интерполе. К его сообщениям следует теперь относиться крайне осторожно. Возможно, что Рубио сам подстроил свое «похищение». Просто решил выйти из игры. Но об этом я смогу навести справки. Мне должны скоро позвонить из Вены.
– Вы послали кого-то? – осторожно спросил Грубер.
Его собеседник неприятно усмехнулся:
– Это мое дело, я уже никому не верю. Если задуманная акция сорвется, мне и вам снимут голову.
– Не думаю, – тихо сказал Грубер, – насколько я знаю, предусмотрены все случайности. Операцию разрабатывал сам Россетти. По существу, это вызов всему цивилизованному миру.
– Вот-вот. Именно поэтому меня беспокоит этот Дронго. Мы предусмотрели все, кроме него. Он вполне может сорвать все планы. Что думаете предпринять?
– Пока не знаю. Для нейтрализации можно послать кого-нибудь из людей Вебера.
– Вы всегда были дураком, Грубер. Неужели вы еще не поняли, с кем мы имеем дело? Это лучший эксперт ООН, профессионал высшего класса. А вы хотите послать против него своих громил. Да он перещелкает их за одни сутки. И они вряд ли вернутся живыми.
– Я думал послать лучших людей, – обиженно парировал Грубер.
– Лучших, – презрительно хмыкнул говоривший, вытирая потные руки. – Знаю я ваших лучших. Уголовный сброд. Им бы только в безоружных политиков и журналистов стрелять. Вы помните, когда несколько лет назад нам нужно было уладить некоторые неприятности в Перу, мы вызвали Алана Дершовица?
– Конечно, помню, – оживился Грубер, – профессионал высокого класса. Можно пригласить его, если вас не устраивают наши люди.