Чингиз Абдуллаев – День Луны (страница 12)
– Хорошо, – обрадованно сказал министр, положив трубку. У него в кабинете сидел директор ФСБ.
– Кажется, хорошие вести? – холодно спросил директор.
– Отличные! – радостно воскликнул министр. – По-моему, все в порядке.
– Уже нашли твой контейнер? – презрительно спросил директор. Он только недавно вошел в кабинет, но по дороге в министерство ему успели доложить, что было совершено нападение на воинскую колонну и был похищен какой-то контейнер.
– Нашли, – хитро подмигнул ему министр, – и без твоих специалистов нашли. А то ты приехал ко мне и сразу меня за горло берешь, хочешь показать, как твои чекисты работать умеют. Мои не хуже работают.
Раздался звонок селектора.
– К вам поднимается министр внутренних дел, – доложил дежурный офицер из приемной, – он только что прошел проходную.
– Хорошо. – Генерал чувствовал себя на коне. – Когда он придет, дашь нам чаю. И варенье хорошее принеси. На той неделе было такое, брусничное.
– Слушаюсь.
В кабинет вошел министр внутренних дел. Короткая стрижка, всегда угрюмое лицо делали его отчасти похожим на тех зеков, с которыми ежедневно сталкивались его сотрудники. Ведь давно известно, что со временем хозяин и собака приобретают схожие черты. Очевидно, то же относилось и к милиции с ее контингентом.
– Доброе утро, – недовольно сказал главный милиционер. – Чего горячку такую порол? Искал меня повсюду. Зачем понадобился? – Он взял стул и сел напротив директора ФСБ. Под впечатлением хороших известий и присутствия в кабинете директора ФСБ и министра МВД хозяин кабинета почувствовал себя почти вице-президентом страны. И хотя такого поста уже давно не было в стране, тем не менее было очень приятно сидеть во главе стола, принимая таких влиятельных людей в своем кабинете.
– Так что случилось? – спросил министр внутренних дел.
– Нападение случилось сегодня утром на нашу колонну, – пояснил министр обороны, – было много убитых и раненых. И самое главное, что пропал контейнер из нашей лабора-тории.
– Что за контейнер? – как бы невзначай спросил директор ФСБ. Хозяин кабинета усмехнулся.
«Хитришь, стервец, – подумал он, – знаешь, что взяли, но пока не узнал, что там было внутри. И дурачка из себя строишь. Не выйдет».
– Да наш обычный контейнер с отходами из лаборатории, – махнул рукой министр обороны. – Конечно, ничего страшного быть не могло, но мы беспокоились, мало ли что. И потом столько убитых. Нападение почти в самой Москве. Это ведь самое настоящее ЧП. Поэтому я и приказал найти тебя, Евгений Алексеевич.
Министр внутренних дел хмуро кивнул головой. Он с неудовольствием подумал, что ЧП все-таки произошло и теперь нужно будет докладывать Президенту.
В этот момент в другом кабинете снова прозвучал звонок. Арзамасцев доложил Колесову, что автомобиль с контейнером изменил направление и теперь едет в другую сторону. Но приблизительное движение уже было зафиксировано. Теперь оставалось только взять контейнер, отбив его у террористов. Колесов снова поднял трубку аппарата телефона министра обороны.
– Мы установили точно, где находится контейнер, – немного торжественно сказал он, – мы готовы начать действовать.
– Начинайте, – разрешил министр, – и сразу сообщите мне о результатах.
Он с удовольствием подумал, как утрет нос министру внутренних дел и особенно директору Федеральной службы безопасности, который считал, что только специалисты его антитеррористического центра могут решать подобные вопросы.
«И все расследование заняло лишь несколько часов, – радостно подумал министр. – Вот как нужно работать».
Москва. 10 часов 29 минут
Они сидели, уже надев на себя свою тяжелую амуницию и приготовив оружие. Все четыре вертолета стояли на площадке, ожидая приказа на взлет. Рота состояла из четырех специальных отделений, каждое из которых было, по существу, самостоятельным тактическим подразделением, способным действовать в любой обстановке. Командир спецназа полковник Комаров стоял с рацией в руках. Он ожидал сигнала начать захват контейнера. Его уже предупредили, что груз чрезвычайной важности и не должен пострадать во время захвата.
Каждый из сидевших в вертолетах людей уже успел надеть бронежилет, каску, проверить оружие, средства связи. У сотрудников спецназа связь осуществлялась через каналы спутниковой связи, которые могли обеспечить достаточно устойчивую связь в любой точке Москвы. Кроме того, у офицеров спецназа были достаточно автономные и мощные средства топопривязки, позволяющие определять достаточно точно любые координаты в системе пространства во время действий их групп.
В эти минуты сидевшие в штабе Московского округа ПВО офицеры наблюдали на своих экранах за перемещением контейнера, перевозимого в автомобиле. На экранах довольно четко были видны не только автомобиль джип «Чероки», медленно въезжавший во двор, но и сидевшие в нем двое людей. Оба террориста вышли из автомобиля. У одного в руках был тот самый контейнер.
Изображение передавалось в Министерство обороны, где в одном из наблюдательных залов за террористами следили генералы Колесов, Семенов, Лодынин, Зароков, Лебедев. Начальник ГРУ все время хмурился. Ему не нравилась вся эта операция с самого начала. Ему не нравились эти поспешные действия генералов, этот легко обнаруженный контейнер, привлечение к его поиску группы сотрудников спецназа.
Террористы прошли через весь двор и вошли в дом. Начались стремительные съемки аппаратуры, увеличение фотографий террористов, еще одно увеличение. Лица обоих террористов. Данные немедленно поступали в компьютерную сеть. Сидевшие за пультом офицеры военной контрразведки сразу передавали данные в информационный центр МВД, откуда почти сразу стали поступать расшифровки на обоих террористов, вошедших в дом.
Колесов довольно кивал головой. На него приятно действовал весь этот хорошо отлаженный механизм. Семенов довольно улыбался. Масликов, уже осознавший, что все забыли о просчетах его людей, тоже начал улыбаться. Только Лебедев сидел на стуле, привычно не меняясь в лице. А Зароков все время звонил в хранилище, требуя приготовить экспертов для проверки герметичности контейнера, словно его уже захватили.
– Они вошли в дом, – доложил Арзамасцев, еще раз позвонив Колесову, словно они не видели всего этого на своих экранах.
– Пора, – сказал начальник Генерального штаба, испытующе глядя на начальника ГРУ. Колесова начало смущать негативное отношение Лодынина ко всему происходящему. Сам прекрасный штабист и хороший специалист, Колесов привык доверять специалистам, а Лодынин был, безусловно, лучшим в своей области. Но он был явно недоволен происходящим.
– Да, – сказал генерал, поднимая трубку телефона. На прямой связи с ним был полковник Комаров.
– Начинайте, – тихо сказал Лодынин и, все-таки не сдержавшись, прибавил: – Будьте осторожны.
– Есть начинать. – Комарова несколько удивили последние два слова обычно неэмоционального начальника ГРУ. Он не знал, что в Министерстве обороны включены динамики и его голос слышен всем присутствующим в кабинете генералам. Он махнул рукой своим, подбегая к первому вертолету.
– Пошли!
Вертолеты один за другим взлетали с площадки.
– Первый, я Третий, идем нормально.
– Третий, вас понял. Объект находится в доме по улице маршала Катукова. Они вошли в дом, и мы не знаем, в какой именно квартире они находятся.
– Вас понял, Первый. Проверим все квартиры в блоке. Какой дом?
– Дом номер шесть. Будьте осторожны, Третий, там на первом этаже расположена химчистка.
– Первый, повторите, что вы сказали. Я не совсем понял. При чем тут химчистка?
– Там могут быть разного рода химические вещества. Вы меня понимаете, Третий? Они могут легко гореть. Будьте осторожны. В доме находится контейнер.
– Учтем, Первый. Все понятно.
Вертолеты продолжали лететь к цели. Офицеры штаба Московского ПВО следили за полетом крылатых птиц, видя, как совмещаются точки на экранах дисплеев. Лодынин, нахмурившись, смотрел, как на левом экране появляется информация из МВД. Первый из вошедших в дом был Никита Маясов по кличке Мясник. На экране высвечивалась информация о трех его судимостях – за воровство, грабеж и снова воровство. Второй из вошедших был Сергей Шабанов, который был несколько раз осужден за мошенничество, сводничество и тому подобные преступления. Лодынин читал информацию, с возрастающим недоумением глядя на экран. Вертолеты зависли над домом. Из двух машин вниз были опущены веревочные лестницы. Третий вертолет завис недалеко от дома, и из него уже прыгали на землю сотрудники спецназа. Полковник Комаров спрыгнул вместе с ними. Двое ребятишек, игравших во дворе, с удивлением, смешанным с восторгом, смотрели на пробегающих по двору вооруженных людей, казалось, возникших из воздуха. Комаров показал на ребят одному из своих сотрудников, и тот, правильно поняв указание, остался во дворе, чтобы обеспечить безопасность проходивших мимо людей и не пускать никого в дом. Еще двое сотрудников взяли под наблюдение вход в блок и балконы на этажах. У полковника в руках был специальный прибор «Линок-С», который помогал обнаружению предметов высокочастотного излучения. Контейнер передавал все время сигналы, которые можно было уловить и на этом приборе. Они вошли в здание. Вертолеты замерли над домом. Лодынин продолжал читать сообщения, все еще не понимая, что его так волнует. Комаров поднимался вверх по лестнице. За ним осторожно шли спецназовцы. Первый этаж – ничего. Сообщение из МВД закончилось.