Чи Цзыцзянь – Белый снег, черные вороны (страница 16)

Всякий раз выходя на Китайскую улицу, Ди Фангуй шла на звук гармошки и бросала в банку Белова немного денег. Его игру было легко отличить от выступлений других гармонистов, те наяривали напористо, а его гармошка звучала со спокойной грустью. Для души Ди Фангуй игра Белова стала невидимым спутником: если долго не слышала, то начинала скучать по ней.

Помимо испытаний ливнем, порывами ветра, летящим снегом и другими погодными ненастьями уличные артисты порой подвергались и обидам от людей – например, от пьяниц, воришек или хулиганов. Однако эта братия редко приставала к Белову. Наверное, им казалось, что тронь они человека, который не может говорить, то Небо их накажет. Приставал к Белову только один персонаж – это был Ди Ишэн. Если он приходил на Пристань, то непременно подваливал к Белову, протягивал руку и выгребал деньги из его банки, затем покупал семечки и намеренно щелкал их, выплевывая кожуру прямо на музыканта, или же покупал сигареты и курил напротив Белова, выдыхая дым ему в лицо.

У лавки Розаева в постоянных клиентах состояли две китаянки, одна – Чэнь Сюэцин, а другая – Ди Фангуй. Их ноги ему были знакомы еще лучше, чем лица. Розаеву нравились ноги этих женщин, ведь среди китаянок их возраста немало имели маленькие забинтованные ножки, а у этих ступни были большие и здоровые. Розаев не выдерживал вида женщин с маленькими ножками, ему казалось, что они вот-вот упадут, и он бросался их поддерживать. Чэнь Сюэцин и Ди Фангуй обожали покупать обувь, но любимые цвета у них различались. Чэнь Сюэцин нравились холодные оттенки, черно-синий или коричневый. А Ди Фангуй любила розовый, бежевый, белый и серый, если не теплые тона, тогда нейтральные. Каждый раз в конце года старик Розаев лично брался за дело и тачал для них по паре сапожек.

Ди Фангуй чувствовала, что Розаев с ней заигрывает. Когда она примеряла сапоги, он всегда с влюбленным видом нежно сжимал ее лодыжки. Однажды зимой Цзи Юнхэ пришел в обувную лавку вместе с женой и все это заметил, а вернувшись домой, принялся метать громы и молнии: мол, похотливый старый козел захотел отведать нежной травки, какое бесстыдство! Он объявил Ди Фангуй, что даже за сто связок монет он не дал бы Розаеву с ней переспать! Ди Фангуй даже запереживала: как это человек, который печется только о корысти, вдруг стал врагом своего заработка, и спросила его о причине. Цзи Юнхэ сплюнул: «Если этот козлина тебя поимеет, то после него ни у кого удовольствия не будет! Сама подумай, какому мужику захочется в овчарню!»

Ди Фангуй надулась, открыла сейф, прихватила денег и отправилась в русский магазин одежды, где справила себе костюм, чтобы выглядеть как заморская дама. Она обрядилась в длинную шерстяную юбку, кожаные сапоги до колен, свободное пальто из овечьей шерсти, голову украсила серой фетровой шляпой с разноцветным гусиным пером. Дерзко покачиваясь, она вернулась в зерновую лавку. Издалека заметив Ди Фангуй, Цзи Юнхэ сначала подумал, что к ним явился новый покупатель, и с улыбкой на лице вышел навстречу. Обнаружив свою ошибку, Цзи Юнхэ сначала смутился, а затем пришел в ярость, повалил жену на сугроб, содрал с нее одежду, обозвал мотовкой и, схватив в охапку наряды, тут же отнес их в комиссионку. Продрогшая в снегу Ди Фангуй со слезами поднялась с земли и ушла в лавку, где набрала в черпак рис, гаолян и пшеницу, перемешала их и высыпала под вязами.

На следующее утро Цзи Юнхэ услышал, что вороны за окном шумят веселее прежнего, открыл двери и обнаружил под вязами целую стаю птиц, наслаждающуюся зерновым пиршеством! Цзи Юнхэ смекнул, в чем тут дело, он вернулся в дом и запер дверь в жилую комнату, закрыв внутри сладко спавшую жену. Целых три дня и три ночи он не давал ей ни зернышка риса! Сам он эти три дня спал на складе. Запертая в одиночку Ди Фангуй не шумела и вообще не издавала ни звука, в комнате было пугающе тихо. На четвертый день Цзи Юнхэ немного встревожился и через дверь громко спросил: «Ну, отведала голода, как тебе? Скажи мне что-нибудь доброе, и я тебя выпущу». Слабым голосом Ди Фангуй ответила: «Не стоит, подождем еще пару дней, одним махом все проблемы и решим, я освобожусь от бренной жизни. Ты наверняка пожалеешь денег для моего гроба, так на собаке утащи мой труп на отмель у реки, пусть меня там воронье расклюет». Цзи Юнхэ перетрухнул не на шутку и тотчас отпер дверь: ему не хотелось обрубить источник своих доходов.

Еще в прошлом году, чтобы навести на базаре порядок с торговыми местами, русские начали строить на берегу Сунгари Южный рынок, то есть новый базар, и распорядились, чтобы все торговцы до зимы туда переехали. Однако из-за наводнения, случившегося в летний сезон, у побывавших под затоплением строений отвалилась штукатурка, навесы покрылись плесенью, полы были сырые, многие лавки требовалось ремонтировать; опять же арендную плату на Южном рынке установили высокую, а жизнь там отнюдь не била ключом, поэтому мало кто из торговцев туда перебрался. Ди Фангуй больше всего переживала, что обувная лавка Розаева тоже переедет. Она ведь так привыкла к магазинчику с серыми стенами, спрятавшемуся в маленьком переулке, и к его нежно-розовой вывеске, висевшей над входом: только в таком антураже лавка трогала ее душу.

Возможно, из-за эпидемии в магазинчике Розаева не было ни одного покупателя. Едва войдя в лавку, Ди Фангуй учуяла запах спиртного. Розаев объяснил, что он только что вернулся с похорон, где на поминках выпил пару бутылок пива. Он поднял стоявшую у ног корзинку, сказал, что там блины и кисель, принесенные с поминок, и предложил ей угоститься. Ди Фангуй знала, что русские искусны в приготовлении киселя, и, не церемонясь, взяла кусочек блина. Разжевывая его, она поинтересовалась у Розаева, от какой болезни умер покойник? Розаев нарочито нахмурился и громко произнес: «От чумы». Увидев, что Ди Фангуй боится кушать, он улыбнулся и качнул головой: «Шучу». Только тогда женщина успокоилась. Сапожник сообщил, что сейчас весь город боится чумы, а что в ней такого страшного? Пока тебя не укусит блоха, чумой не заразишься. Ди Фангуй недоумевала: в чем связь между блохами и чумой? Розаев пояснил, что мыши сами по себе не могут распространять чуму, для этого им нужны блохи. Человек можно заразиться только после укуса блохи. Мыши просто обеспечивают наемных убийц всем необходимым. Если блоху сравнить с вооруженным злодеем, то держать дома кошек и собак очень небезопасно, ведь они переносят блох.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.