Чез Бренчли – Башня Королевской Дочери (страница 93)

— Мой отец рассказывал…

— Можно подумать, он у тебя всеведущий, — перебила менестреля Элизанда, заслужив сердитый ответный взгляд.

Менестрель помолчал и снова шагнул к стене.

— А кто его отец? — тихо спросила Джулианна.

— Очень милый старикан. Тебе бы понравился.

Редмонд медленно зашаркал к стене и встал рядом с Раделем. Он положил свои руки рядом с руками менестреля и сказал:

— Давай вместе.

Медленно, хором они произнесли все те же слова и наконец получили ответ. Стена заворчала так низко, что Джулианна не столько услышала звук, сколько почувствовала дрожь в костях. Ей показалось, что она увидела вспыхнувший вокруг мужчин красноватый свет, который тотчас исчез.

Редмонд сделал глубокий вдох, вытер пот с лица и произнёс:

— Там какой-то замок.

— Сам знаю. Иначе мы бы уже давно были внутри.

— Я имею в виду, что там ощущается какое-то сопротивление, какая-то сила, которая нам мешает. А слова мы говорим правильно. Элизанда, брось смеяться и помоги нам.

То ли оттого, что просьба — или приказ — исходила от Редмонда, а не от Раделя, то ли из-за серьёзности происходящего Элизанда смирила свой острый язычок и сразу же подошла к стене. Встав между мужчинами, она положила руки на камни и присоединилась к хору.

На этот раз рык был оглушителен и нестерпим. На краткий миг стена растаяла, а между камнями — или сквозь них — пробился свет. Джулианна увидела, что его отблеск, упав на лицо Маррона, придал ему бледно-землистый цвет.

Когда свет исчез, Маррон порывисто вздохнул. Джулианна быстро шагнула к юноше и коснулась его запястья. Оно было холодным и влажным от пота.

— Не бойся, — тихо сказала девушка, одновременно стараясь побороть бешеное биение собственного сердца. — Тайна всегда пугает, но страшна она лишь своей необъяснимостью.

Эти слова принадлежали её отцу, и Джулианна произнесла их не столько для Маррона, сколько для себя. Потом она добавила:

— Они знают, что делают.

И понадеялась, что окажется права.

— Я не боюсь. У меня просто болит рука, — ответил Маррон, сжав губы.

Ну самый настоящий мальчишка — ни за что не признается в собственном страхе, что угодно скажет, лишь бы только не ранить свою гордость. Джулианна кивнула ему, похлопала по плечу и оставила в покое.

— Давайте ещё раз, — велел Редмонд. — И побольше уверенности. Стена обязана подчиниться — это было заложено при её постройке.

И снова три голоса согласно и с силой произнесли — не прокричали — все те же слова. На этот раз Джулианна уловила сказанное, хотя и не поняла его. Теперь она смогла бы произнести слова вместе с троицей колдунов — если бы только это могло помочь.

Но помощь не понадобилась. Камни издали звук, похожий на ответные слова, и между ними вспыхнул свет неизвестного Джулианне цвета, даже названия которому она не знала. Он осветил весь двор и очертил дверной проём настолько ярко, что на него невозможно было смотреть.

Впрочем, нет, не дверной проём, а дверь. Редмонд положил на неё руку, и Джулианна, прищурившись, разглядела проходящее сквозь человеческую плоть сияние, высветившее исковерканные кости старческой кисти. Наткнувшись на невидимую преграду, Редмонд остановил руку и попытался надавить на светящийся барьер. До Джулианны донеслось его негромкое, но тяжёлое дыхание — старику приходилось нелегко.

— Ну-ка, брось, — велел Радель, а затем схватил Редмонда за плечо и оттащил прочь от стены.

— Почему? Внутри будет ничуть не легче. Лучше уж я начну приспосабливаться сразу, если, конечно, выдержу.

— Не морочь мне голову, приятель. Ты выдержишь что угодно.

— Ну и?

— Ну и будь поосторожнее. Может, там не только замок, может, дверь стерегут изнутри.

— Ладно.

Если после этого разговора Редмонд и стал осторожнее, Джулианна этого не заметила. Он вновь положил руки на сияющую дверь и нажал. Не сильно — сил у него было маловато, — но решительно, сконцентрировав все напряжение мысли. Под его руками дверь стала отходить назад. Она не поворачивалась на петлях, как обычно, а просто откатывалась прочь. По её краям выступил дым, а может, туман или сжиженный свет, растворявшийся в воздухе подобно чернилам в стакане с водой.

Казалось, любой шаг даётся Редмонду с трудом, с болью, которая усиливалась с каждым движением. Старик шипел, задыхался, вскрикивал от боли — но шёл. Не то дым, не то туман окутал его фигуру. Радель дёрнулся, скомандовал:

— Вперёд! — и рванулся к башне.

Элизанда отставала от него всего на шаг, на полшага. Она пыталась догнать Раделя, чтобы только не идти позади него.

На мгновение Джулианна почувствовала себя забытой и брошенной. У бежавшей впереди троицы были собственные планы, явно перевешивавшие желание подождать её. Девушка искоса взглянула на Маррона, готовая уже криво улыбнуться и протянуть ему руку, превращая все происшедшее в шутку. Юноша выглядел просто кошмарно — глаза его остекленели, а кожа блестела от пота, хотя в дворике было зябко, как ни палило солнце. Джулианна коснулась руки Маррона, нашла его дрожащие пальцы и ободряюще пожала их. Она догадывалась, что в тех немногих ужасных случаях, когда ей приходилось стоять наверху и смотреть вниз, в страшную глубину, у неё бывал такой же вид — бледность, лихорадочная дрожь, страх.

— Они забыли о нас, — произнесла девушка, стараясь, чтобы её голос звучал ободряюще, но сама почувствовала в нём фальшь взрослого, взявшегося утешать перепуганного малыша.

Да, о них забыли. Мерцающий свет, исходивший от загадочной двери, был едва виден за ярким сиянием, а силуэты вошедших в башню таяли позади сверкающей пелены.

До боли сжав руку Маррона, Джулианна решительно пошла вперёд и повела за собой юношу. Клочья туманного света обвивались вокруг ног, тел, рук и голов, мешая разглядеть проход в стене.

Джулианна почувствовала, что ноги её ступают уже не по истрескавшемуся камню двора, а по мягкой пружинящей поверхности. «Неужели я иду по воде?» — вздрогнула она, инстинктивно бросая взгляд себе под ноги. Но не увидела ничего, кроме клубящегося тумана.

Сделав над собой усилие, девушка подняла глаза. Что бы ни было у них под ногами, эта поверхность выдерживала и её вес, и вес Маррона без малейшей натуги. И потом, здесь уже прошли три человека, призрачные силуэты которых виднелись справа, рядом с дверью.

Послышался раздражённый голос Раделя:

— Побыстрее там, нам нужно закрывать дверь…

Джулианна потянула Маррона за руку и почувствовала, как он, запинаясь и тяжело дыша, поплёлся за ней. Он был перепуган до полусмерти и вряд ли понимал, что происходит.

При их приближении расплывчатые силуэты превратились в Элизанду и двоих мужчин. Лица всех троих были чуть подёрнуты медленно текущим туманом. Редмонд застыл, опираясь на плечо Элизанды, словно открывание двери забрало у него последние силы, как ни помогали ему товарищи. Радель протянул руку, коснулся вновь вспыхнувшей под его пальцами двери и пробормотал уже другие слова.

Чтобы открыть дверь, понадобились объединённые усилия троих колдунов, но закрыть её вполне смог один человек. Джулианна подумала, что дверь рванётся назад и запечатает вход, слившись со стеной, однако всё произошло иначе. Свет попросту начал таять в клубах тумана и исчез, растворившись в них. Оглянувшись, Джулианна поняла, что больше не видит залитого солнцем дворика. Путь назад был закрыт.

Оказалось, что клубы тумана светятся сами по себе — а может, попросту состоят из света. На лицо Элизанды легла зеленовато-голубая тень, придававшая лицу девушки нездоровый оттенок. Под взглядом Джулианны это подобие вуали вытянулось и свилось в верёвку, охватившую шеи Элизанды и Редмонда. Джулианне показалось, что верёвка начала затягиваться, и она протянула руку, чтобы сорвать её. Однако ещё до того, как девушка успела коснуться её, верёвка распалась, превратилась в пряди плавающего света, быстро смешавшиеся с такими же прядями вокруг.

— Где мы? — прошептала Джулианна.

— В Башне Королевской Дочери, — ответила, небрежно усмехнувшись, Элизанда. Правда, её смешок вышел несколько натянутым.

— Может быть, но…

— Ты стоишь на мосту, Джулианна. — Голос Раделя звучал приглушённо, однако отнюдь не мягко. Нет, голос у него был сильным, низким и рокочущим. — Это мост между двумя мирами: тем, что знаком тебе, и другим, похожим и одновременно непохожим на него. Мне не хотелось бы вести вас туда, потому что этот мир смертельно опасен. Впрочем, смертные могут ходить по нему — придётся и нам. Так что идите точно за мной, ни шага в сторону. Всем вам — и особенно тебе, Элизанда — придётся слушаться меня во всём и делать всё, что я прикажу. Только тогда у нас будет шанс уцелеть. Помните, любой неверный шаг, любое неверное слово могут оказаться роковыми. Ну, идём. Девушки, помогайте Редмонду и Маррону — они ранены и здесь им придётся нелегко.

Джулианна видела, что он прав, но не могла понять его слов. Редмонд стоял, неуклюже ссутулившись и низко опустив голову, а клубившийся вокруг туман словно цеплялся белесыми пальцами за его рясу. Маррона окружал туманный кокон, пульсировавший в такт с биением его сердца — этот пульс девушка ощущала пальцами, все ещё сжимавшими руку оруженосца.

Джулианна потянула Маррона за собой, и он покорно пошёл сзади. Элизанда обняла Редмонда за талию и повела его вперёд, шепча ему что-то на ухо. Казалось, каждое движение причиняло старику боль, и Джулианна подумала, что он ничего не слышит и все попытки Элизанды подбодрить его пропадают втуне.