Червонная Ксенья – Брызги Расплавленного Золота (страница 1)
Червонная Ксенья
Брызги Расплавленного Золота
Глава 1. Лишенный магии
«И налетели лости перед рассветом. Их бледные крылья закрыли небо, и копье каждого в руке его. А мы спали, беды не чуя, ослабленные вином, принесенном бескрылыми накануне. И спускались лости, уверенные в своей силе, а проклятая Идэвос танцевала на вершине горы, празднуя победу. Но тут проснулся прыгунчик – крошечный зверёк, любимец Змеи Паксавы – проснулся и заверещал на всю долину. И вскочили мы на ноги, и не успели лости кинуть смертоносные копья свои».
Звонкий голосок юной змеицы разносился по узкой тенистой межгорной Долине Собраний.
– Посмотрите на получившуюся таблицу, светочи мудрости! – отложив металлический лист с выгравированным на нём древним текстом, маленькая докладчица развернулась к отполированной обсидиановой скале и щелкнула когтистыми пальцами. По гладкой поверхности обсидиана разлетелись серебряные искры, сложились в слова, разбежались решеткой таблицы, являя итоговое сравнение древних текстов. – Как получилось, что только праотец Змей Кельме упоминает вино и прыгунчика, а остальные о них ничего не пишут? Зато Змея Ведявы говорит: «и бескрылые, вооружившись мечами, шли за лости». Уж о таком-то, кажется, сложно забыть! – змеица обвела увлеченным взглядом расположившихся в долине почтенных змеев. – Но больше никто о приходе бескрылых не написал!
– Ну, какая умница! – прошептала семисотлетняя змеица в первом ряду слушающих, и в ее золотистых глазах с черным вертикальным зрачком, блеснули слезы умиления.
– Ей ведь даже трех десятилетий нет? – подхватила её соседка, восемьсотлетняя змея, с зеленым отливом на черной чешуе.
Докладчица – юная змейка по имени Брызги Расплавленного Золота – нервно дернула черными кожистыми крыльями и перебросила их со спины на грудь. Больше всего ей сейчас хотелось подскочить к старушкам, затопать ногами и закричать: «Да отвлекитесь вы, наконец, от моего возраста! Я давно умею читать, я за последние годы изучила все древние тексты, которые удалось разыскать, и побольше вашего в этих текстах вижу!».
Но личная ученица матери змеев никак не могла позволить себе скандалить на научном симпозиуме, так что пришлось делать вид, что не слышит, заканчивать доклад и отвечать на дурные вопросы про родителей, ученичество, друзей и увлечения. Боги, так вот же её увлечения: сравнительные таблицы и древние тексты! Что еще хотят от неё эти странные змеи?!
Когда вопросы закончились (по существу так ни одного и не задали!), Брызги вернулась на своё место рядом с наставницей и села на землю, скрестив ноги.
Наставницей Брызгов была сама «матерь змеев» – пятисотлетняя правительница, змеица с золотистым отблеском на черной чешуе, небольшим золотистым гребнем и выростами на висках, напоминающими рога.
– Не переживай, – тихо произнесла наставница и протянула Брызгам фляжку с водой. – Ты проделала большую работу. Со временем, интерес к подобным исследованиям еще вырастет. Но сейчас для большинства светочей всё это истории, которые им в разных вариантах рассказывали в детстве…
– А я к тому же слишком молода, чтобы меня воспринимали всерьез, – буркнула Брызги.
– Уверяю тебя, это очень скоро пройдет, – улыбнулась матерь.
Между тем выступать начал новый докладчик – трехсотлетний целитель с бирюзовыми полосами на черной чешуе.
– Нет сомнений, что именно влияние моря на организм беременной привели к необратимым последствиям в развитие плода, вследствие чего произошла аномалия, и младенец был рожден без магии, – бубнил он. – Более тридцати лет наблюдений за пациентом, позволяют мне с полной уверенностью заявлять, что возвращение магии в его случае невозможно. В остальном молодой змей абсолютно здоров и ведет полноценную жизнь…
– Какие-то тридцать лет, – тихо фыркнула Брызги. – И ведь никто не скажет, что за два–три десятилетия никак нельзя прийти к однозначным выводам! А я, понимаете, слишком юна…
Змеица замолчала, осененная неожиданной мыслью: а что, если она попробует восстановить магию у «пациента»? Если удастся сделать то, что посчитали невозможным – никто из светочей не сможет больше отрицать её способностей! Тогда им придется её выслушать!
– Матерь! – зашептала Брызги. – А можно я посмотреть слетаю?
– Мальчика без магии? – улыбнулась властительница. – Слетай, конечно. Отдохнёшь от таблиц, развеешься…
***
Еле дождавшись перерыва, Брызги подошла к целителю и учтиво поинтересовалась, где же живет необычный мальчик.
Целитель отставил кованую тарелочку с жареными плодами дерева тумо и ласково улыбнулся змеице:
– Ученица матери змеев заинтересовалась моим докладом? Польщён-польщён. Правильно, искорка! Живые мальчики гораздо лучше старых мертвых текстов! Тем более все праотцы давным-давно улетели за море, и нам теперь не узнать, почему они написали так, а не иначе!
Брызги в ответ вежливо улыбнулась.
Она уже лет десять как оставила тщетные попытки понять, зачем взрослые, с каким-то маниакальным упорством, пытаются знакомить её с ровесниками. Что ей с ними делать?! Ни в статистике ничего не понимают, ни в сравнительных таблицах! Только и умеют, что играть, танцевать, да ковать браслетики. Скука смертная!
Зато дорогу к дому змея без магии целитель описал подробно, и Брызги, не дожидаясь окончания симпозиума, отправилась в путь.
Вылетев из тенистой долины, змеица с удовольствие подставила солнечным лучам гибкое тело, покрытое черной с золотисто-алым отливом чешуей. Как у всех змеев-инэгуев, в полете ноги девочки превратились в змеиный хвост.
Путь предстоял неблизкий, и Брызги магией воздуха создала себе попутный ветер.
А ведь без магии управлять ветрами невозможно, а, значит, мальчик летает на одной физической силе, как какой-нибудь цветочный дракончик. Брызгам даже немного жаль бедолагу стало.
Внизу проносились рыжие степи, заросшие жесткой травой, и скалистые горы жаркой змеиной земли. Вскоре Брызги добралась до реки Мерцающих Теней, о которой ей говорил целитель, и полетела вниз по течению. Судя по широкому руслу, когда-то река Теней была полноводной. Теперь же она скорее напоминала ручей. Брызги покачала головой. Неужели никто кроме матери змеев не понимает, к чему ведет изменение климата?! Наверное, во времена праотцов и в самом деле можно было радоваться потеплению, но сейчас… Почему взрослые настолько беспечны?!
По правому крылу Брызгов солнце опустилось к горизонту, окрашивая небо в багряно-красный. Углядев внизу высоченное – никак не меньше сотни метров – дерево келу, змеица решила заночевать под ним. Ей нравилась разноцветная, словно выкрашенная яркими красками кора келу. Но еще больше Брыгам нравились маленькие коричневатые коробочки с семенами, росшие на ветвях. Змеица рвала их горстями, насобирала целую горку, а после уютно устроилась между корней. Мелкие черные семена она высыпала на язык и съедала, запивая водой из реки.
Когда–то давно она часто так ночевала с отцом. Песчаный Вихрь всегда любил путешествовать. Но Брызги в последние годы предпочитала возиться с текстами и таблицами. Отец, наверное, обрадуется, узнав, что Брызги полетела на юг, к самому побережью… Брызги легла на спину, улыбнулась ярким разноцветным звездам и сонно подумала: «Странно, что змей без магии поселился у моря, которое виновато в его болезни… Интересно, а заточенную в море богиню Идэвос он видел?»
***
Все шестнадцать крылатых праотцов-инэгуев бесшумно неслись над облаками к гнездовью птиц. Ярко светили звезды, внизу простирались долины и горы юного мира, а сердца змеев сжимались от обиды и боли: как могли птицы и бескрылые предать их?!
Вот впереди сверкнули белые перья. Это летят инэгуям навстречу птицы-лости! Значит, не ошиблась морская богиня! И впрямь собрались белокрылые напасть на змеев под покровом ночи!
И закричали инэгуи, и заверещали инэлости, и оба отряда кинулись вперед, махая крыльями.
Змей Кельме выбросил вперед темную ладонь, с нее сорвался огненный шар и, рассыпая искры, полетел в лости. Но белокрылые не растерялись и сбили шар водяной струёй. Тогда змей Мастора ударил магией лавы. Огненная струя обратила в пар и воду и снег и лёд белокрылых, и лости с криками разлетелись. Тогда уже девять змеев ударили по птицам лавой. И лости Шувара не успел увернуться, и опалила лава его белые крылья, и огненным факелом он полетел вниз, и содрогнулись земля и небо от его крика.
И змеи растерялись, осознав, какую боль причинила лости их магия, не понимая, что делать дальше.
Несколько птиц бросилась вниз, надеясь спасти раненого. Другие швырнули в змеев длинные палки с заостренными камнями на концах. Змеи ответили, кто огнем, а кто ветром. Змея Паксавы просто увернулась. Но змей Мастора смотрел вниз на пылающего лости Шувара, и копьё, усиленное ледяной магией, вонзилось в его чешуйчатую спину, пробив насквозь и отбросив в сторону. Полилась на землю черная кровь инэгуя. Жена змея Мастора схватила мужа, не давая упасть, и окутала целительской магией. Но слишком страшна была его рана.
И закричали инэгуи и бросились было на лости, готовые магией и когтями растерзать обидчиков. Но в этот миг внизу раздался ужасный грохот. И крылатые, не понимая, что происходит, спустились из облаков к земле…
***
Распахнув золотые глазищи, Брызги вскочила на ноги и чуть не упала, споткнувшись о корни келу. Сердце билось так сильно, что змеица с трудом вдохнула прохладный ночной воздух и закашлялась.