Черненко Галина – Моё такси. Вход и выход (страница 4)
Вечер прошел замечательно. Потому что замечательным был мальчик Сережа. Возраст очень много значит. И хоть мы были не очень ровесниками, но как-то ближе, чем с первым Серёжей. Меня с вечера предупредили, что заедут за мной в семь тридцать, и я ничего не имела против. Мальчик Сергей был обязательным, поэтому ждать мне не пришлось. Оказывается, он приехал вовремя за тем, чтобы начать день с поцелуя. Я напомнила ему, что через полчаса мы должны быть на работе, но он сказал, что времени у нас вагон, и мы все успеем. Спорить я не стала и подставила губы. На работу мы не опоздали, и я пошла мыть свои машины, последний день.
Ну, когда третий день делаешь одно и то же, то это надоедает. Ты уже знаешь, что и как делать, сколько денег тебе накидают и сколько даст Тоня. Единственного не знаешь. Кто тебя повезет домой. Напрягаться я не хотела, не на красивых мальчиках, ни на красивых дяденьках. Но у меня в таксопарке работал сосед, дядя Петя. Я увидела часов в семь, его на входе. И переодевшись пошла его искать. Вечером искать было намного проще чем днём. Все администраторы и управленцы разошлись, остался рабочий люд. Поэтому я нашла его в курилке. Удивлению всех курящих не было предела. Красивая девочка пришла к лысому старперу.
А у нас с дядей Петей было давнее знакомство. Ещё будучи школьницей, я снюхалась, как говорил мой папа, с его сыном. И любовь у нас была шире полотенца! Платоническая любовь, обратите внимание. Он почему-то не позволял себе лишнего, а я его не стимулировала, потому что боялась принести в подоле. Но сейчас его сына готовился стать папой, потому что, а дядя Петя чувствовал себя виноватым. Поэтому домой меня повез без лишних вопросов. Или мне так показалось? Доехали мы на удивление быстро, потому что дяде Пете было 45 лет. Но подъехав к моему подъезду, он вдруг захотел со мной пообщаться. Но я была не готова, и умчалась домой. Но дядя Петя был настойчивым, он вернётся ещё к этому разговору.
Утром я, окрылённая, накрасилась, волосы уложила, надела все лучшее сразу, посмотрела на себя в зеркало, сама себе понравилась и пошла охмурять таксистов. Но кроме этого мне было интересно то место на которое меня сегодня посадят, и деньги, которые пойдут плюсом к зарплате. Я точно знала, что Женя достаточно хорошо зарабатывает. А зарплата диспетчера, старшего диспетчера, была 127 рублей. А у Женечки было трое детей, и дублёнка с барахолки. Я уж не говорю про сапоги и шапку из норки. Она это все на зарплату купила? Вряд ли. Я вышла из подъезда, и увидела, как во двор заезжает такси. Я даже задумываться не стала, я знала, что это за мной.
За Женечкой приехал молоденький любовник. Я тогда даже не задумывалась о возрасте. Да и гендерные отношения меня как-то не интересовали в тот момент. Мне всего на тот момент хватало. А что мне нужно то было? Денежек, чтобы всегда были, и побольше мужских восхищённых взглядов. Зачем мне эти взгляды, я не знала, но я от них просто кайфовала. Мы приехали. Ну Женя то была звезда, а я просто рядышком. Поэтому, кое-что из утренних приветствий, я присвоила себе. Особенно приветствия двух Серёж. Мы прошли в свой вольер, за перегородку, переоделись и Евгения оценила мой внешний вид.
– Галка, ты сегодня к вечеру точно найдешь приключений на задницу.
И мы пошли работать. Когда я вспоминаю работу тогдашних диспетчеров, и диспетчеров 21 века, это просто небо и земля. Диспетчера в нулевых и путевки писали, и тарифы считали, и таксистов на работу выгоняли, и после смены деньги принимали, и отчёты писали. Диспетчера советского такси выдавали уже написанные путевки. Вечером считали долг таксиста и эту путевку принимали, все это заносили в журнал под роспись этих же таксистов и писали отчёт примерно такого содержания:" 1 колонна. На смену вышло 57 таксистов, больничный 8 таксистов. Отработали 610 заявок за смену, тариф с 8.00 до 20.00 такой-то." Ляпота! Четыре диспетчера на четыре колонны.
Мы с Женей сели в свой уголок к окошечку. Ночной диспетчер пошла сдавать документы в кассу. И началась наша смена. Таксисты брали путевочку, и оставляли диспетчеру мелочевку. Мелочевка зависела от характера таксиста. Ведь всегда есть щедрые и есть жадные. Короче, в то утро самое щедрое подаяние был полтинник. Работа мне нравилась. А Женька, осознав, что я влилась в рабочий процесс, решила покинуть меня.
– Галь, ну все, кто в день уже прошли. Может ещё человек десять будет. Потом ещё после обеда немного народу выйдет и вечерние. А дальше можешь чай пить, можешь в карты играть, можешь книгу читать. Только из диспетчерской не уходи никуда. На обед и в туалет. Девочки только с виду красивые и добрые. Не успеешь оглянуться, как сожрут. А я пойду, ладно? Очень надо. Начальника предупредила.
– Жень, деньги свои забери.
– Сегодня это твои деньги, я пошла
Господи, как я любила деньги. Хотя тратить их было некуда. Но они очень грели мне душу! Женя, ты настоящий друг! В ящике стола, в который Женька скинула деньги было двенадцать рублей с копейками! И ничего не надо мыть! Ура!
Ну так как все-таки повествование про такси, я решила маленько написать про таксистов. Было их в том таксопарке человек шестьсот. Может чуть меньше, но вряд ли больше. Потому что были четыре колонны в две смены. Если посчитать, то в смену в каждой колонне работали 75 человек таксистов. В общем, как можно догадаться триста человек на город, в идеале. Если никто не заболел, и все машины на ходу. Но это фантастика! Такого не может быть, потому что это жизнь. Ну и сегодня смешно представить такую цифру на большой город. Но было именно так. И ничего с этим не поделаешь. Заявку можно было сделать только предварительную, за трое суток, ляпота и забота.
Таксисты были всякого возраста. Самому маленькому было 21. И про него я точно знаю, что попал он в этот таксопарк, благодаря своему папе, который работал здесь лет пятнадцать. Остальные герои труда сюда попали либо по блату, либо по знакомству, либо были лучшими и попали сюда по набору. Они были всякими, толстыми и тонкими, высокими и маленькими, молодыми и старыми. Но внешний вид у них у всех был на пять баллов. Брюки со стрелками, стрижки идеальные, щеки без малейшего намека на щетину, обувь блестела как в магазине. В те времена я не задумывалась, а почему это так. А позже пришла к выводу, что так было заведено изначально. Те, кто привык ходить неряхой, тем просто было стыдно, и они равнялись на большинство.
Начальником отдела эксплуатации был Анатолий Михайлович Вулых. Он отвечал за свой огромный отряд и диспетчеров и водителей. Я, наверное расскажу о нем отдельно. Он этого заслуживает. А сейчас просто пару слов. Это был очень интересный мужчина. Ему на тот момент было лет сорок. И по имени отчеству его звала только я. Потому что была самая маленькая в том коллективе. Остальные его звали просто Толя, и говорят он вышел из таксистов. Если говорить сегодняшним языком, то более харизматичного человека я в своей жизни не видела. Если Вулых где-то появлялся, не важно, что это было, диспетчерская, гараж, мойка, все внимание переключалось на него, потому что он просто был зажигалкой.
Начальники колонн все вышли из таксистов. Когда-то я знала и помнила все фамилии, а сейчас помню только одну, Шолохов. Понимаете почему. Я не слышала их голоса где-то рядом с диспетчерской. Но если зачем-то шла мимо гаража, где таксисты самостоятельно ремонтировали свои машины, за начальниками колонн можно было писать. Это был непередаваемый таксистский фольклор. А вид у них, у этих начальников был такой добродушный, что, если ты своими глазами не увидишь, как он прищепил таксисту голову багажником, ни в жизнь не поверишь, что он может это сделать. И так же не в жизнь не поверишь, что он просто может говорить матом, вообще не употребляя русских слов. Потому что в общении с диспетчерами он такой лапушка, слов нет.
Теперь, наверное, про ремонт. Все мы знаем, что в советском такси моих лет ездили Волги, двадцать четвертые. Ну и я догадываюсь, что ломаться они начинали в тот момент, когда выезжали с конвейера. А у таксистов, время, деньги. Им не нужен простой. Потому что никому это не выгодно. Ни таксисту, ни начальству. Ну и новую Волгу прямо сразу загоняли на яму. Посмотреть, оценить состояние, подкорректировать какие никакие косяки. И только потом она выезжала на линию. И конечно новые машины давали передовикам производства. А передовики там были все, поверьте мне. Значит машины доставались чемпионам среди передовиков.
Но были же и те, кто накосячил. Потому что. Как бы я красиво не описала таксистов, они все были живые люди. И косячили они все, но с разной частотой, потому что пассажиры разные, потому что нервы у них не канаты, и потому что просто приходило время накосячить. Мелкие косяки никто не считал, а за крупные жёстко наказывали. Знаете как? Таксисты шли в механики. Вернее, их туда отправляли по приговору суда. А этим судом был Толя Вулых. Если он решил, помилования не будет. Будешь крутить гайки до тех пор, пока Толя не поймет, что ты исправился. Ну скажу про косяки. Первый и главный, это хамство с пассажирами. Хотя пассажиры в тот момент не сильно жаловались, все равно были герои, которые не хотели, чтобы за их деньги их же обругали. Если с тобой это случилось, сам разреши ситуацию, не доводи до жалобы. Но не у всех были такие таланты, поэтому многие шли на Голгофу.