Чери Прист – Костотряс (страница 44)

— И тем меньше останется рядом с нами, — пробормотала Брайар.

— На это вся надежда. Дайте-ка я сперва осмотрюсь наверху на всякий случай.

Он придавил ножищей самый нижний ящик, и тот с хлюпаньем ушел в грязь на пару дюймов. Убедившись в его устойчивости, Свакхаммер перенес вторую ногу и не спеша полез наверх. Металлические обручи, придававшие конструкции жесткость, ответили пронзительным скрежетом, который в глухой утробе подземелья казался громче всяких выстрелов.

Все невольно поежились и притихли. Только Люси спросила:

— Слышишь что-нибудь?

— Нет, — ответил Свакхаммер, — но нужно еще оглядеться.

Брайар заерзала и высвободила подошву из грязи, однако быстро вернула ее на прежнее место. Ничего более-менее твердого поблизости не нашлось: куда ни поставь ногу, сразу же начинало засасывать в вязкую, раскисшую землю.

— А что вы там высматриваете? Трухляков?

— Ага. — Свакхаммер привалился плечом к крышке люка и прижал колени друг к другу. — В восточном туннеле их было пруд пруди. Мы прошли на восток прямо под ними, но я не уверен, все ли они остались позади. А теперь всем молчок.

Дешевые сосновые ящики застонали под его ногами, грязь отвратительно зачавкала, угрожая обрушить всю груду. Однако конструкция выдержала, а Свакхаммер спохватился и стал двигаться еще тише, стараясь поднять люк без лишнего шума.

— Ну? — буркнул Хэнк чуть громче, чем надо бы.

Люси шикнула на него, но и в ее взгляде, устремленном на бронированного великана, читался тот же вопрос.

— Кажется, чисто, — произнес Свакхаммер.

Уверенности в его голосе не чувствовалось, но до сгрудившейся внизу кучки не доносилось ни шарканья, ни царапанья, ни стонов — так что все сочли тишину за добрый знак.

Свакхаммер опустил крышку и заговорил с ними, до предела понизив голос — насколько позволял усилитель в маске:

— Мы в аптеке старого Пита на Второй авеню, прямо над нами подземный склад. Насколько мне известно, напрямую этот подвал с баром не сообщается. Люси, ты ведь знаешь, как добраться отсюда до Хранилищ?

— Один квартал прямо, один направо.

— Замечательно. Теперь послушайте меня… вы, миссис Уилкс. По пути никаких перенырок не будет, так что не отставайте от других и бегите со всех ног, если вдруг какая беда.

— Перенырок?

— Входов в подполье. В убежища. Ну, вы поняли. Как только выйдем на улицу, то никуда уже не будем заходить до самых Хранилищ. Это самое безопасное место и ближайшее к нам. Не считая «Мейнарда». А туда мы теперь сможем наведаться не раньше чем через день-другой.

— Черт-те знает что! — проворчала Люси. — А я ведь только-только навела порядок после прошлого раза.

— Не волнуйтесь на этот счет, миссис Люси. Мы вам поможем все восстановить. Но пока что нужно уйти в подполье и переждать. Надо еще разобраться, как они так быстро к нам пробились.

— Нет, — замотала головой Брайар. — Нет, не могу я больше нигде штаны просиживать. Мне нужно найти сына.

Неестественно твердая рука Люси с щелканьем легла ей на плечо.

— Милая, если вы так уверены, что ваш парнишка вынюхивает дорогу к Костотрясу, то в Хранилищах вы будете к нему ближе всего. Может быть, там его кто-нибудь видел. Вот как придем туда — порасспросим людей, о нем начнут говорить. Но вам лучше держаться с нами, если хотите дотянуть до встречи с ним целой и невредимой.

Брайар хотела возразить, но сдержала себя и в знак согласия кивнула Свакхаммеру. Большего здоровяку и не требовалось: он сразу же поднял крышку люка и полез в отверстие.

Один за другим осиротевшие завсегдатаи «Мейнарда» взбирались по хлипкой горе из ящиков и стульев и попадали из плесневелых земных недр в подвал старой аптеки.

Огонек в фонаре Свакхаммера уже подрагивал и готов был потухнуть, но Фрэнк с Уиллардом очень кстати раздобыли где-то парочку свечей, так что остаться в темноте им не грозило. Каждую разломили пополам, чтобы света было побольше, однако Люси предостерегла соратников:

— Держите свечи повыше, ребята. В старых ящиках полным-полно боеприпасов, переложенных опилками. Если какие-то из них не отсырели, то хватит и одной-единственной искры, так что глядите в оба. Все в сборе? — спросила она в завершение.

— Все, мэм, — отозвался Хэнк, шедший последним, и захлопнул за собой люк.

— С масками у всех порядок?

По кругу прошла волна кивков. Кто-то проверил застежки, кто-то потуже затянул ремешки, кто-то поправил линзы. Брайар достала из сумки шляпу и нахлобучила ее поверх маски, а «спенсер» перекинула через плечо. Перчатки — хвала небесам! — и в самом деле были в карманах. Не защитив кожу, на улицу лучше не соваться.

Пока Брайар натягивала перчатки на замызганные руки, Свакхаммер прокрался по лестнице к выходу из подвала и потрогал засов на двери. Отодвинул его и тут же взял револьвер на уровень груди. Дверь немного приотворилась; здоровяк просунул голову в проем, поглядел налево, затем направо, заключил, что путь свободен, и поделился выводом с поджидавшими внизу спутниками:

— Не мешкаем, не шумим, не высовываемся. Окна тут заколочены тяп-ляп, какой-нибудь трухляк может взять и заглянуть в щелку. Не давайте им на себя полюбоваться. — Он первым вошел в аптечную подсобку и отступил в сторону, давая пройти остальным. — Живей, живей. Так, внимание: сейчас все идут дальше, я прикрываю сзади. Нам нужно добраться до черного входа. Видите дверь? Вон, за прилавком. Старайтесь не поднимать головы выше его уровня. А свечи попрошу загасить. Ну да, мы их только что зажгли, но я не знал тогда, что окна толком не прикрыты, а рисковать теперь нельзя. Если нас засекут, убежать уже не успеем. Так что свечки тушим и прячем по карманам. Потом они нам еще пригодятся. Ну как, готовы?

— Готовы, — прошелестел хор голосов, приглушенных тревогой и фильтрами.

— Ну тогда пошли.

Первой двинулась Люси, замыкал цепочку Свакхаммер. Револьверы он держал наготове, на спине подпрыгивала Глушилка.

Скрючившись, почти ничего не различая вокруг себя, Брайар чуть ли не на корточках пробиралась через заброшенную лавку.

Света в аптеке, по сути, не было: запыленные окна покрывал слой грязи. Свакхаммер расстался со своим фонарем, все свечи, кроме одной, были потушены и скрылись с глаз. Единственный тусклый огонек теплился у Люси на груди, но тьмы он разогнать не мог. Однако Брайар то и дело ловила блики на раскуроченных прилавках: поблескивала влага, которой в заброшенном здании было предостаточно. Доски пола и оконные рамы давно перекорежило от сырости и вездесущей Гнили, год за годом вонзавшей в древесину ядовитые зубы, разъедавшей все и вся.

— Люси, ты у двери? — шепнул здоровяк, хотя так его голос и звучал ненамного тише обычного.

Кивнув, женщина взялась за большой деревянный засов, навешенный на дверь, и склонила голову:

— Ничего не слышу.

— Хорошо. Расступитесь. Я иду.

Согнувшись в три погибели, он обошел цепочку с фланга и встал у двери, во главе отряда. Люси шагнула в сторону.

Свакхаммер еще разок взглянул на друзей и произнес:

— Если сильно прижмет… — И кивком показал на Глушилку, торчавшую у него за плечом. — Но сначала попробуем по-тихому — может, и выгорит. Тут всего два квартала.

— Два квартала, — механически повторила Брайар.

Сглотнув, сказала себе, что делает успехи. Цель уже близка. Сейчас ее поведут в район, в котором мог оказаться и ее сын. А значит, это шаг в верном направлении.

Забрав у Люси свечу, Свакхаммер потянул на себя дверь. Всем стоявшим за ним пришлось отступить на полшажка, иначе ему не хватило бы места.

Мир за порогом был черен как смоль.

Брайар могла бы догадаться и раньше, но искренне полагала, что в заполонившей аптеку темени повинны окна, заваленные всяким хламом, и немытые стекла. У нее и в мыслях не было, какой теперь час.

— Ночь, — изумленно выговорила она.

Люси сжала ее плечо и зашептала:

— К этому не сразу привыкаешь. Под землей за временем не так-то легко уследить, а зимой, Бог свидетель, дни у нас короткие. Веселей, солнышко — сейчас еще суббота… формально по крайней мере. А нам сейчас вперед, на горку. Может, в Хранилищах кто-нибудь видел вашего сынишку. Только для начала нам еще надо туда попасть. Все по порядку, верно я говорю?

— Верно, — согласилась Брайар.

Свакхаммер нехотя взялся за фитиль последней свечи и затушил его. Когда он отворил дверь пошире, Брайар затаила дыхание и принялась ждать. Сейчас ночь хлынет сюда и проглотит всех до единого.

Однако ничего не происходило.

Здоровяк вытолкнул своих подопечных за дверь и с еле слышным щелчком притворил ее. Затем обернулся и пророкотал таким низким тоном, что его едва можно было понять:

— Держитесь рядом друг с дружкой. Возьмитесь за руки, если не противно. Миссис Уилкс, вы с вашей винтовкой замыкаете колонну. Только не надо сразу палить. Лучше обойтись без шума.

Она кивнула, и шуршания ее шляпы Свакхаммеру было достаточно, хотя он и не видел ее как следует. Брайар перешла в конец цепочки и сняла с плеча «спенсер», чтобы, в случае чего, тот был наготове.

Перед ней плелся Хэнк и, похоже, засыпал на ходу. Она старалась поглядывать и в ту, и в другую сторону, но пьянчуга постоянно терял темп и выпадал из цепочки; приходилось водворять его обратно.

Он ужасно отставал, а Брайар не могла себе позволить такой роскоши. Сама она дороги не нашла бы, а ночью, в темноте, и подавно, потому что не различала даже силуэтов тех, кто шел впереди. Никакого неба над головой — не видно было даже желтых труб, которые наверняка торчали тут на каждом шагу; и только если она изо всех сил прищуривалась, в заляпанных линзах неуклюжей старой маски начинали проступать неровные очертания крыш и шпилей, чернеющих на фоне туч.