Чэнь Цюфань – Мусорный прибой (страница 46)
– На кого ты работаешь? – спросил Скотт, сдавливая левой рукой горло шпиона. У того выпучились глаза, покраснело лицо и вспухли жилы на лбу.
– Простите! Простите! – повторял шпион, будто заводной.
– Говори!
Скотт ударил шпиона под колени, и тот рухнул на пол. Продолжая держать его левой рукой, Скотт стукнул его головой о дисплей. На лице шпиона заиграли разноцветные огни. Скотт подвел горячий силиконовый диск к самому его лицу. Пленка с узором в виде сердца в середине шипела от жара. Ощутив этот жар, мужчина перепугался, по его лицу покатились капли пота. Он перестал говорить по-английски и что-то быстро затараторил на тополекте Кремниевого Острова.
– Как зовут! – рявкнул Скотт. Даже ему было некомфортно от жара, исходящего от силиконового диска, его рубашка намокла от пота.
Шпион сопротивлялся изо всех сил, извиваясь, и диск коснулся его левой щеки. Раздался звук, какой обычно бывает, когда еду в разогретую фритюрницу кидают. Скотт ощутил запах горелого мяса, хорошо знакомый, и изо рта шпиона вырвался неестественно высокий визг, перешедший в подвывание вперемежку с судорожными вдохами, будто он был чипированным псом, которому приказали сидеть под палящими лучами солнца.
Диск отсоединился с резким чмоком, похожим на звук поцелуя. Шпион ослаб и осел на пол крохотной кабинки площадью в пару квадратных метров. На его левой щеке алело огромное новехонькое сердечко.
Скотт обыскал его. Нашел нож и старенький мобильник. Для верности с силой треснул ему ногой в грудь. Шпион издал стон, но не пошевелился. Пригнувшись, Скотт вышел из будки, выкинул нож в кусты, убрал телефон в карман, поправил промокшую от пота одежду и пошел в назначенное место встречи.
– Ради всего святого, мистер Брэндл, что с вами случилось? Вы просто взмокли, – сказал Синь Ю, который ждал его уже некоторое время. – Вот ваш заказ с морским ежом.
Скотт взял у него небольшую холодную коробочку и вытер пот со лба.
– Давно не тренировался, так что решил пробежаться.
– Пробежаться? На Кремниевом Острове? В такую погоду?
Синь Ю неуверенно поглядел на Скотта.
– Видимо, это и есть то, что называют культурным барьером.
Соединение… соединение установлено… шифрование включено.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: – Чисто?
ЧАН ФЭНША: – Да.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: – Как успехи?
ЧАН ФЭНША: – Операция у Кайцзуна прошла хорошо, он выздоравливает. Инцидент дал нам неожиданное преимущество в переговорах.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: – Не уверен, что мне нравится эта тенденция.
ЧАН ФЭНША: – Ха! Не беспокойся. Гарантирую, контракт будет подписан раньше, чем я умру.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: – Если узнаешь о дополнительных рисках, будь добр, свяжись со мной немедленно.
ЧАН ФЭНША: – Ну раз уж ты об этом заговорил… есть кое-что.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: —?
ЧАН ФЭНША: – SBT-VBPII32503439. Я проверил все серийные номера продукции SBT, в том числе экспериментальные прототипы, и не нашел ни следа. Совершенно очевидно, что это не «небольшая случайность», о которой ты сказал. Это даже не для человека было сделано. В данный момент это бомба с часовым механизмом. Я не знаю, когда она рванет, и не хочу знать, как она может повлиять на проект на Кремниевом Острове.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: —…
ЧАН ФЭНША: – Я понимаю, что экономический киллер, выполняя дополнительное задание, выданное «Арасё Фаундейшн», не имеет права знать все подробности. Однако я не обязан принимать на себя дополнительные риски. Если ты продолжишь молчать, я найду, с кем еще поговорить.
ХИРОФУМИ ОТАГАВА: —…это очень долгий разговор.
ЧАН ФЭНША: – На Кремниевом Острове ночь только началась. Обещаю тебе, что не усну, пока все не выслушаю.
13
ЧЕРНИЛЬНЫЙ ЦВЕТ НОЧНОГО НЕБА ЕЩЕ НЕ НАЧАЛ СВЕТлеть, улицы все еще были ярко освещены, и освещение выхватывало из темноты очертания побережья. На земле были лужи, оставшиеся от ночного ливня, в которых едва отражалось небо цвета индиго. На горизонте появилась тонкая красно-золотистая линия, которая становилась все шире и ярче. Вскоре яркий рассвет озарит небо на востоке, будто горящий занавес. Деревья стояли недвижно, все еще темные, с повисшими ветвями. Начинался еще один безветренный жаркий летний день.
Скотт лежал на кровати, одетый, глядя, как за окном постепенно светлеет. Он знал, что ему надо поспать, по крайней мере, его сердце нуждалось в отдыхе, но сна у него не было ни в одном глазу. Под напором его угроз связной с тихоокеанского побережья США, «Хирофуми Отагава», раскрыл ему часть головоломки, но полученные ответы лишь породили еще больше вопросов. Его пытливый ум будто превратился в поле игры в «песочницу». Он мысленно рисовал в своем сознании сложнейшие лабиринты, потом одним движением смахивал их и рисовал новые, и так без конца.
Скотт ощущал, что его нервная система зациклилась. Надо выйти на улицу и прогуляться.
Когда он проходил мимо выставленных в витринах предметов роскоши, один из них привлек его внимание. «Дукати Монстр 1000 ЭВО «Дизель», ограниченная серия 2015 года.
В отличие от других мотоциклов этого модельного ряда, «Дукати «Дизель» был выполнен в классическом стиле, сочетание полированного металла с матовым зеленым и угольно-черным, от колес и до кончиков выхлопных труб. Он напоминал гигантского жука, приготовившегося к взлету.
Скотт ощутил просветление в голове. Слишком долго он пробыл в заточении в этой зоне с ограничением скорости доступа; черепашья скорость Сети и задержки в проекте утомили его так, что ему, казалось, стало трудно дышать. И он внезапно понял, чего он хочет. Скорости. Беззаботного ощущения себя, когда несешься по дороге, словно молния, пусть даже это и означает, что ты ставишь хрупкие кости и плоть человека на лезвие ножа. Могучее желание поглотило его, он жаждал прижаться телом к этому холодному металлическому чудовищу, ощутить, как оно дрожит, рычит и летит вперед, неостановимо.
Спустя десять минут, снова использовав всемогущее заклинание в виде имени Директора Линя Йи-Ю, он уже держал в руках ключи, очки, шлем, перчатки и карточку на бесплатную заправку.
Ответственный за аренду молодой мужчина опасливо, но настойчиво перечислял всевозможные меры предосторожности. Скотт отмахнулся.
Двигатель L‐Twin с воздушным охлаждением и рабочим объемом 1078 кубических сантиметров развивал мощность в 100 лошадиных сил, выбрасывая выхлоп через сдвоенные угольно-черные трубы по одной стороне машины. Звук мотора походил на храпение разъяренного быка. Скотт наклонился вперед, седлая мотоцикл и наслаждаясь идеальной эргономикой. Поправил очки и шлем, слегка повернул ручку газа и полетел вперед по пустынной улице, на спине гигантского жука.
Было еще совсем рано, грузовики, привозящие электронные отходы, еще не выехали на дороги; обитатели Кремниевого Острова еще дремали, лишь по обочинам дорог валялись редкие пьяницы в розовых, еще теплых лужицах рвоты. Уборочные машины под аккомпанемент электронной музыки в стиле восьмибитного ретро медленно подметали улицы, свистели и гудели выходящие в море рыбацкие суда и лодки, будто древние чудища в тумане. Свет дюйм за дюймом оттеснял тьму, и наконец рассвело.
Скотт несся сквозь все это, будто порыв ветра. Картины окружающего мира смазывались и искажались в его глазах, будто широкие мазки постимпрессионистов. Он едва сдерживался, чтобы не завыть от радости, оставляя за собой лишь шум обтекающего его воздуха. Переключил скорость пониже, усиливая крутящий момент, ощущая телом, как механический зверь меж его ног сливается с ним. Казалось, какой бы ни была дорога, машина все равно ощутит его желания и превратит их в движение.
Загадочный протез с серийным номером SBT-VBPII32503439 предназначался для замены задней части теменной кости, между венечным и лямбдовидным швами, включая в себя фрагменты теменной и затылочной костей. Но он был изготовлен не для человеческого черепа. Заметный гребень посередине должен был повторять сагиттальный гребень, свойственный черепам горилл, шимпанзе и орангутанов.
После того как Проект «Мусорный Прибой» был закрыт, военные передали более трехсот относящихся к нему патентов вновь основанным коммерческим фирмам, работавшим в разных сферах. Ключевые технологии достались СБТ и «ТерраГрин Рисайклинг».
Однако на самом деле Проект «Мусорный Прибой» не прекратил свое существование. Скрыто, децентрализованно он был внедрен во все сферы осваиваемых человечеством технологий, изменив направление развития всего мира. После нескольких этапов финансирования, образования дочерних компаний, слияний и поглощений, стоящие за «Арасё Фаундейшн» военные эффективно скрыли свое участие в этих компаниях, однако сверхсекретные исследовательские проекты продолжали выполняться втайне от общественности.
Одним из этих проектов была разработка методов лечения, которыми занималась в последние годы жизни профессор Судзуки, – использование генномодифицированных вирусов для восстановления мускариновых рецепторов, поврежденных КНБ. Однако цели исследования полностью сменились. Вирус, известный под названием «штамм Судзуки», подвергся дальнейшим изменениям с целью воздействия на иные нейронные структуры. Было создано несколько вариантов с потрясающими перспективами коммерческого использования.