Челси М. Кэмерон – Все по-настоящему (страница 16)

– Все в порядке.

Джетт прислоняется к дереву, я тоже. На улице зябко, и воздух немного обжигает легкие, но здесь все же лучше, чем внутри.

– В такие моменты я бы не отказался от сигаретки.

Что? Я и не знала, что он курил.

– Я бы не стала возражать.

У меня вся семья курящая, и я выросла в доме, провонявшем табачным дымом.

– Нет-нет. Если опять начну, то не смогу остановиться. Ты замерзла?

Я дрожу и через пару секунд точно начну стучать зубами.

– Немного. Но мы можем остаться тут, если хочешь.

Джетт качает головой.

– Давай вернемся. Эй, а может, и хорошо, что мы сюда пришли. Они, наверное, решат, что я вытащил тебя для быстрого перепихона под деревом.

Интересно, в этом и состоял его основной план?

– Ну, если мы собираемся сыграть этот спектакль, то нам стоит сделать его правдоподобным.

Наклоняю его голову вниз и запускаю руки ему в прическу, наводя там небольшой хаос. Потом то же самое делаю со своими волосами. Заставляю его снять куртку и привожу нашу одежду в беспорядок, словно мы одевались впопыхах. В качестве последнего штриха обновляю на губах помаду и немного помады размазываю по его губам. Губы у него на удивление мягкие, как для парня, но я все же чувствую их твердость. Точеность.

– Ну как? – спрашиваю я, разведя руки в стороны, чтобы он оценил мою взъерошенность.

– Идеально.

Он убирает волосы с моего лица, на несколько секунд задержав ладонь на моей щеке. Потом берет меня за руку, я прислоняюсь к его плечу, и мы возвращаемся в хаос вечеринки.

Глава 8

Сделать вид, что мы по-быстрому перепихнулись на природе, – просто гениальная мысль. Джетт получает порцию похлопываний по спине и многозначительных взглядов, а до меня доносятся перешептывания парней, что я безотказная девчонка. Подумаешь! Мне плевать на мнение кучки пьяных членов братства. Все равно они завтра ничего не вспомнят.

Зато Хавьер ведет себя так, будто я сделала нечто, что нужно отпраздновать. Он «покупает мне выпивку» (то есть достает новый стакан и наполняет его из бочонка) и заявляет, что если я когда-нибудь надумаю бросить Джетта и «перейти на темную сторону», то он будет более чем счастлив «ввести меня в курс дела». Ощущение, словно все, о чем он говорит, обязательно надо брать в кавычки.

Джетт не выпускает моей руки, а я жмусь к нему поближе. Уже поздно, и я опьянела, и все, чего мне хочется – свернуться под одеялом и провалиться в сон.

Допиваю пиво, которое мне «купил» Хавьер, и Джетт тут же спрашивает:

– Ну что, готова ехать?

Киваю, и мы идем собирать остальных. Как я и думала, Дейзи нигде нет, а когда я посылаю ей SMS, она отвечает быстро и немногословно, из чего я делаю вывод, что она собирается остаться. Тэннер пьян в хлам. Он допился до состояния, когда не может ни сфокусировать взгляд, ни поднять голову, ни вспомнить своего имени. Я, Джетт и пьяная чуть-менее-чем-в-хлам Джордин непонятно как дотаскиваем Тэннера до машины, запихиваем его на заднее сидение, и Джордин залезает к нему, положив его голову себе на колени.

– Чувак, если ты нассышь или блеванешь в моей тачке, я из тебя все дерьмо вышибу, – обещает ему Джетт.

Чувствую себя виноватой за то, что навязала ему своих друзей. Так и знала, что этим все закончится.

– Мгашш гашшс агишш, – доносится с заднего сидения. Ну или что-то вроде того.

– Ш-ш-ш, все в порядке, детка, – успокаивает Тэннера Джордин, гладя его по голове. – «Макдональдс» уже недалеко.

– Он это сказал? – удивляюсь я.

– Ну, мне так кажется, – отвечает Джордин.

Сажусь в машину и слышу, как сзади начинает о чем-то плакать Тэннер. Супер. Эмоциональный пьянчуга. Но Джордин утирает его слезы, утешает и укачивает его, как ребенка.

Облегченно вздыхаю, когда мы доставляем Джордин и Тэннера к ней. Ее машина осталась у моего дома, но не думаю, что ей или ему можно за руль. Джордин сможет прийти за машиной завтра.

Джетт помогает ей втащить всхлипывающего Тэннера по лестнице и оставляет их в целости и сохранности в квартире.

– Совсем ей не завидую. Когда я закрывал дверь, у него был такой вид, будто его стошнит прямо там же, – вернувшись, говорит Джетт.

– Мне так жаль, что тебе пришлось нас везти и мучиться с ними.

– Тебе надо перестать извиняться, Шен. Все в порядке. Я могу с этим справиться, – нежно говорит он мне, но его тон намекает, что тема закрыта.

В итоге мои мысли перескакивают на кое-что другое, и я тут же начинаю паниковать.

Джетт проведет ночь. В моем доме. На полу, но все же. Он будет там спать, а это одна из самых интимных вещей, которые можно делать рядом с другим человеком. Что, если он храпит? Я вряд ли храплю. Хейзл бы мне об этом сказала, правда? Она никогда не стеснялась говорить мне о таких вещах. Да, она бы мне по-любому сказала.

Джетт выключает зажигание, поворачивается и смотрит прямо на меня.

– Ты уверена, что хочешь, чтобы я остался?

Под автоматически включившимся на крыльце фонарем его глаза блестят, как звезды.

– Мы сделаем все от начала и до конца, Липовый Парень, – отвечаю я, показывая больше уверенности, чем чувствую.

Подходим к входной двери, и я открываю ее безо всяких паролей. Кладу сумочку на стол.

– Ты что-нибудь взял с собой на ночь?

– Черт, да. В машине.

Джетт выходит и возвращается с рюкзаком. Боже, надеюсь у него там какая-нибудь одежда.

Наливаю для нас обоих по стакану воды. Мне она точно нужна. Достаю пузырек с аспирином, вытряхиваю на ладонь несколько штук и запиваю водой.

Почти два часа ночи, и мне правда ничего не хочется, кроме как завалиться в кровать, но я удивительно напряжена. Словно перепила кофе.

– Пойду, наверное, почищу зубы, – говорит Джетт и уходит, забрав с собой в ванную рюкзак.

Пока его нет, натягиваю пижаму. Самой собой, оставляю на месте лифчик, даже несмотря на то, что будет жутко неудобно. Сверху надеваю штаны с футболкой, разрисованные смайликами, которые родители подарили мне на Рождество пару лет назад. Знаю, папа с мамой меня любят, но они понятия не имеют, какая я на самом деле и какие пижамы мне нравятся.

Натягиваю футболку через голову, когда слышу шаги Джетта в кухне. Быстро одергиваю ее и проверяю, не видны ли соски сквозь двойной слой ткани. Потом выхожу из спальни.

Ради всего святого.

– Эй, у тебя есть чай или что-нибудь еще?

Моментально застываю, не говоря ни слова. Я слишком занята, пялясь на его руки и ключицы. На нем черная майка и очень обтягивающие серые спортивные штаны.

Ни. Хрена. Себе.

Не уверена, но, по-моему, татуировка на руке Джетта – это на самом деле переплетение двух драконов, красного и синего. Красный пересекает его грудь, а синий – спину. Хвост синего дракона уходит вверх и заканчивается, обернувшись вокруг шеи. Волны на второй руке Джетта безумно красивы, и я могу разглядеть детали, которые до этого не заметила. Посреди бушующего океанского хаоса качается на волнах утлая лодочка. Интересно, что это значит? Я наконец-то отрываюсь от разглядывания его татушек, и когда наконец возвращаю взгляд к его лицу, понимаю, что Джетт ждет от меня ответа на вопрос… какой-то. Судорожно копаюсь в голове, пока не вспоминаю. Чай. Он попросил чаю.

– Да, в шкафчике слева.

Джетт разворачивается, и на его спине мелькает синий дракон. Мне очень хочется попросить его снять майку.

Он достает две чашки, наливает в них воду и ставит в микроволновку. И никак не комментирует мой наряд. Подозреваю, потому, что я выгляжу как идиотка. Супер.

Я люблю пить чай с медом, так что направляюсь к шкафчику, где стоит мед. И тут раздается сигнал микроволновки, Джетт делает шаг, чтобы достать чашки. Мы врезаемся друг в друга на полном ходу.

– Извини, – хором выпаливаем мы, и отодвигаемся, хотя его руки остаются на моей талии.

Джетт смеется, я тоже начинаю хохотать, но в голове бьется лишь одна мысль. Его руки на моем теле.

Микроволновка снова подает сигнал, но он доносится откуда-то издалека, хотя я стою совсем рядом.

– Извини, – тихо повторяет Джетт.

Он с трудом сглатывает, и я смотрю, как дергается кадык у него на шее.