ЧБУ – Президент планеты (страница 64)

– Всё потому, что он поскупился на страховку, – ответил Серджио.

– Мне не нужна была страховка. Я хотел взять кредит и потратить его на следующий день. Кто ж знал, что мой поход банк произойдёт ровно в чёрный четверг, когда хакеры положили банковскую сеть.

– Это был Клаус Беккер? – спросил Дарвин.

– Не знаю, – ответил Гарет. – Мне сказали, это были хакеры. Банк повесил их воровство на меня, и доказать, что я к этому не причастен, оказалось невозможным.

– Кто ж ещё, – усмехнулся Серджио. – Никто, кроме учёных, сейчас банки не взламывает. В мире тысячи хороших хакеров, но известен лишь он один. Будто у него дома волшебная палочка, а не компьютер. Он ею махнёт, и система защиты ложится, как по команде. Ходят слухи, что он может взламывать даже компьютеры, не подключённые к Сети. Как по волшебству. Но ты этому не верь, люди любят приукрашивать.

– Не хакеры виноваты в моих бедах, а банки. Они высосали из меня все деньги и вынудили бежать. Они должны были взять на себя потери денег из-за взлома банковской системы, но решили свалить всё на простого человека. Знали же, что я ничего не смогу им сделать.

– Какой у тебя долг на данный момент? – спросил Дарвин.

– Больше ста тысяч, должно быть, – задумался Гарет, а потом засмеялся: – Только они их не получат!

«Сто тысяч долларов, – подумал Дарвин. – Иногда я за день тратил больше».

– Сейчас мы зайдём в банк и откроем там анонимный счёт, – сказал Руди, когда в зоне видимости появился фасад нужного им здания. – На него мы сбросим все твои девяноста четыре доллара с вычетом налога, и сможешь тратить их как хочешь. Тебе даже не надо подходить к окошку с кассиром, просто возьмём одну из безымянных карточек.

На крыше банка располагались огромные буквы, светящиеся изнутри по ночам. Надпись гласила: «Траст Фаунд Банк. Отделение номер шестьсот семьдесят один». У входа в здание стояла огромная толпа людей. Она начиналась у самых дверей и тянулась в обе стороны тротуара. Чтобы отстоять такую очередь, понадобилось бы несколько часов.

– Очередь за кредитами, – печально произнёс Гарет. – Всем им откажут.

Тут стояли люди всех возрастов: от мамочек с детьми на руках до стариков, ожидающих своего часа на лавочках. Было что-то неправильное в этом месте, не должны были люди стоять вот так и надеяться, что всемогущая сила извне даст им средства к существованию. Мировой финансовый кризис оставил людей без работы, и им ничего не оставалось, кроме как ждать спасения.

– Почему финансовый кризис не заканчивается? – спросил Дарвин. Ему стало неловко при виде того, как живут обыкновенные люди, в то время как он долгие годы наслаждался всеми благами.

– Выйти из него легче лёгкого, – ответил Серджио. – Теоретически. Практически – невозможно.

– Из-за чего?

– Не надо опять начинать, – вставил Руди. – Каждый раз твои идеи заканчиваются тем, что все вокруг такие тупые.

– Нет, не все вокруг тупые. Все вокруг жадные и честолюбивые. Есть очень простой способ выйти из кризиса: выделить средства, которые государства выплачивают банкам для поддержания их на плаву, новым банкам без долговых обязательств. Это обновит экономику и приведёт к банкротству всех существующих банков. Вот только этого никогда не произойдёт. Тот политик, который предложит эту идею, совершит политическое самоубийство. Его избирательная кампания будет загублена на корню. Поддерживать это и вовсе никто не станет. И это лишь один из путей, я даже не говорю о налоге на имущество и отрицательных кредитах.

– Послушай его чуть дольше, и он перейдёт к теориям заговора.

– Да, перейду, – ответил Серджио, со злостью сжимая в кулаке нож, который висел у него на поясе. Видимо, это приносило ему спокойствие. – Но это не теории о том, что нами правит сверхсекретная организация ящеров-инопланетян. Я лишь хочу сказать, что этот кризис уж слишком сильный и поддерживается искусственно. Причём не тхари – им нужно, чтобы простые люди работали и тратили деньги. Финансовый кризис не выгоден ни одному слою общества. Но он даже не думает заканчиваться, значит, есть некто, кому он выгоден. Какая-то организация, в которой должна состоять по меньшей мере тысяча влиятельных человек. Чуть меньше, и у них не хватит возможности поддерживать этот кризис.

– Вот оно и началось, – ответил Руди. – Сначала он говорит, что ящеров-инопланетян не существует, а потом, оказывается, их больше тысячи, и они правят миром. Может, заодно расскажешь, где находится эта тысяча неизвестных сущностей и как она оказывает влияние на экономику?

– Нет никаких сказочных существ, повторяю, – всё больше злился Серджио, его низкий голос звучал грозно. Казалось, небеса сейчас разверзнутся и молния ударит в того, кто посмел с ним спорить. – Мне кажется очень необычным, что кризис не заканчивается, и у меня есть ощущение, что его поддерживают искусственно. Кто это, я не знаю. Это и не бедняки, и не тхари, кто-то третий приложил к этому руку.

– Значит, это тайный ящер-император?

– Хватит об этом, давайте разберёмся с банком по-быстрому, – перебил их Гарет с тревогой. Он боялся, что с помощью нейросети его опознают и приговорят к принудительным работам до конца жизни. – Не хочу оставаться здесь.

Внутри здания было на удивление свободно: в первом помещении стоял терминал электронной очереди. Талон в нём можно было получить, находясь на расстоянии, при помощи телефона, но были и те, кто приходил за талоном лично. Чуть в стороне стояли диваны для ожидающих. На них едва помещалось пятнадцать человек, остальные ждали на улице. В следующем помещении находилось восемьдесят семь столов для приёма посетителей. Туда можно было входить, только если дошла очередь – из-за этого помещение банка выглядело просторным и почти пустым.

Холл был выполнен в строгом, но неброском стиле. Основными клиентами были люди со средним доходом, поэтому никого интерьером здесь удивлять не собирались. Сделали наиболее подходящий, простой и достойный. Высокие потолки, лампы без изысков, несколько колонн без декоративных элементов.

Люди внутри сидели с такими же хмурыми лицами, как и снаружи. Никто не был рад тому, что пришёл сюда. Даже те, кто только устроился на работу и пришёл открыть зарплатный счёт. Это место навевало тоску одним своим видом. Все присутствующие обернулись посмотреть на четверых бездомных, зачем-то появившихся в банке, но тут же потеряли интерес. Проблемы других здесь уступали место собственным.

К удивлению Дарвина, Руди не направился за талоном на приём. Он подошёл к полке с рекламными буклетами и взял там одну из картонок. В ней была вырезана готовая пластиковая карточка с чипом. На ней не было ни номера, ни даты, даже кода на задней стороне, значит, ею невозможно было совершить покупку в интернете. Имени владельца на ней также не было.

С этой карточкой Руди направился к терминалу, вставил её и предложил Дарвину придумать для неё пин-код.

– Тридцать шесть, шестьдесят четыре, – тут же ответил Дарвин.

– Так быстро придумал, ничего себе. Я бы полчаса вспоминал какое-нибудь важное для меня число.

– Это шестёрка и восьмёрка в квадрате, а в сумме получается квадрат десятки.

– Умно, – похвалил его Руди.

– Нет в этом ничего умного, – возразил Гарет. – Нельзя придумывать одинаковые пароли для своих карточек.

На терминале Руди нажал функцию пополнения карточки, приложил к считывателю свои часы, подождал, пока к нему на телефон придёт сообщение с подтверждением перевода, и отправил на новую карточку восемьдесят четыре доллара и девяносто пять центов, честно заработанные Дарвином во время игры. Ещё девять долларов и сорок три цента Руди отдал бездушному банкомату в виде налога на пожертвование.

– Вот она, твоя сумма, можешь тратить как хочешь. Устроим пирушку? Или хочешь потратить её на себя?

– Подожди, – сказал Дарвин с задумчивым видом. Сердце у него в груди стучало: то, что он задумал, было очень рискованно.

– В чём дело? – спросил Руди. Волнение Дарвина передалось и ему, хотя он не понимал, по какому поводу стоило волноваться.

– Эту карточку можно отследить?

– Нет, конечно. Ею пользуются все: от сутенёров и наркоторговцев до руководств высших банд города. Она каждые несколько секунд меняет свой номер, и даже сотрудники банка не могут узнать, где и как с неё совершаются платежи. Банки ввели их, чтобы чёрные средства бандитов находились у них, а не в офшорных счетах частных банков на Луне. Этой карточкой может расплачиваться серийный убийца, которого ищет весь мир. Верно, Серджио?

– Заткнись, – ответил Серджио.

– И никто её не отследит, – продолжил Руди.

– Значит, если я сейчас переведу на неё деньги с личного счёта, то я смогу ими воспользоваться и никто меня не найдёт?

– Так ты богат? – спросил Гарет, в нём проснулась подозрительность. Он смотрел на Дарвина так, словно тот признался, что лично украл у него шестьдесят тысяч долларов и заставил жить на улице.

– Вы даже не представляете.

– Тебя ищет много человек? – спросил Серджио.

– Очень много, – ответил Дарвин.

– Очень-очень много?

– Очень-очень-очень много.

– Это плохо, – прокомментировал Руди. – Я бы не советовал тебе сейчас совершать перевод.

– Если твой официальный счёт отслеживается, то сразу после перевода к этому банку приедет полиция, – произнёс Серджио, в нём заиграл интерес. Он только сейчас почувствовал, что вокруг происходит что-то, достойное его внимания. – Поэтому уходить придётся через подземный город. Они посмотрят камеры видеонаблюдения и смогут отследить маршрут, которым мы сюда добирались, – сейчас же камеры по всему городу. Увидят, что мы вышли из подземного выхода в Гефест-парке. Просканируют наши лица с помощью нейросети. Кроме того, по одежде они поймут, что мы бездомные, и количество мест, где стоит начать поиски, уменьшится.