ЧБУ – Президент планеты (страница 54)

Теперь он понял, как устроена иерархия внутри сообщества людей – она сложнее, чем у львов или гиен. Наверху расположены доминантные особи, самые сильные из всех, следом идут человеческие особи послабее, они передают приказы вниз ещё более слабым. Чтобы доминировать, надо делать зарядку по утрам и заниматься физкультурой, тогда станешь самым сильным и будешь отдавать приказы, как это делал генерал Вильямс в «Атаке на Землю» – тот был невероятно большим и суперсильным. Никто не мог победить его в кулачном бою.

Вскоре санитар с кривым носом принёс воды, и Артур продолжил смотреть передачи про животных. Так продолжалось до самого утра, пока в палату не заглянул третий санитар и не издал громкий пшик. Жвачка с другом проснулись и мигом выбежали из палаты, наверное, время завтрака началось.

Через минуту послышался шум шагов и нескольких голосов. Он приблизился, стал громче, и Артур увидел за окнами, ведущими в коридор, полтора десятка старцев с идиотскими улыбками. Они смотрели на него, как на диковинное животное за решёткой зоопарка. Некоторые из них махали ему рукой, ждали реакции, и Артур показал в ответ средний палец.

Сразу стало ясно, кто из наблюдателей был доминантным самцом. В самой середине толпы стоял толстый седой мужчина лет пятидесяти, с таким болезненным лицом, словно находился при смерти. Казалось, весь прошлый год он прожил под землёй и питался одними крысами. На его лице застыло выражение недовольства. На плечи поверх идеально сшитого костюма, скрывающего его огромное брюхо, он накинул белый халат.

Остальные люди раболепствовали перед ним, хоть и было непонятно, почему этот человек стал вожаком. Он не выдержал бы ни одного поединка насмерть.

– Проходите, не бойтесь, вы увидите, как изменился наш пациент, – сказал появившийся доктор и провёл остальных в палату. Все вошли, снаружи остался лишь один человек, крупный, с подстриженной бородой и короткими волосами. Это был охранник альфа-самца, его личный телохранитель. – Он теперь умеет разговаривать и ведёт себя как разумный человек.

– Ты меня помнишь? – спросил болезненный альфа-самец, глядя в упор, голос у него был низкий и скрипучий, словно тот пережил несколько операций на голосовых связках. – Я Чарльз, давний друг твоей семьи.

– Итак, коллеги, – произнёс доктор. – Сейчас вы сами всё увидите. Артур, как твои дела?

Артур не отозвался, он даже не понял, к кому обращаются. За целый день никто ему не сказал, как его зовут. Он лишь буравил врача злобным взглядом.

– Прошу прощения за заминку, – с явным переживанием сообщил главврач. – Мы едва успели научить его языку, детали своей биографии он ещё не знает. – Он вновь повернулся к нему: – Тебя зовут Артур, тебе семнадцать лет…

«Какое дурацкое имя, – подумал Артур. – Слишком слабое». Это было имя не альфа-самца. Ему бы больше подошло Читемо – так звали опытного гида, который сопровождал съёмочную группу по африканским землям. Это имя означает «топор» и может принадлежать только сильному мужчине с непререкаемым авторитетом. Это имя ведущего, а не ведомого. Или Гектор, как звали военного в фильме про обезвреживание атомной бомбы.

– Как ты себя чувствуешь, Артур? – спросил главврач нарочито громко.

– Это у тебя такое чувство юмора, кретин? – спросил Артур со злостью. В нём опять заговорили герои боевиков. – Просто умора, обхохочешься. Вы видели моё лицо? Любой ребёнок из пластилина сделает красивее. Не знаю, что со мной произошло, но это катастрофа. Вам стоит уволить тех врачей, которые сделали это со мной.

– Мы лишь избавили тебя от ожогов, – ответил врач с показной дружественностью. Если бы они были наедине, тот бы не говорил так мягко. – Позже мы сделаем тебе пластическую операцию, если захочешь.

– Что он помнит? – спросил мужчина, назвавшийся Чарльзом. Он вызывал неприятные впечатления одним своим видом – это был живой мертвец, готовый высосать жизнь из всего лишь прикосновением.

– Как я и говорил, ничего из того, что произошло с ним до операции. Эта часть гиппокампа утрачена и никогда не будет восстановлена. Его память сейчас – чистый лист. С сегодняшнего дня и до конца жизни он будет помнить абсолютно всё. Но до этого момента он ничего не вспомнит.

Слова доктора словно молотом ударили Артура по голове. Он даже не задумывался, что существовал несколько лет до сегодняшнего дня. Это была такая простая мысль, что даже удивительно, как она не пришла к нему раньше. Если судить по собственному росту и комплекции, ему никак не меньше четырнадцати лет. Даже семнадцать, если верить словам доктора. Вместе с этим Артур почувствовал несправедливость. Другие люди рождаются младенцами, растут и впитывают знания об окружающем мире с раннего детства, а он родился уже взрослым.

– Как твоя голова? – спросил доктор.

– Зубы на месте, уши в порядке, – ответил Артур стандартным ответом племени масаи на вопрос о самочувствии.

– Нет, я имел в виду твой мозг.

– Мозг? – удивился Артур. Данного слова он не встречал ни на канале про животных, ни в многочисленных боевиках. – Впервые слышу это слово. Что оно означает?

– Он весь день смотрел передачи про животных, – пояснил главврач собравшимся. – Его словарный запас ограничен лишь тем, что произнёс диктор за эти несколько часов.

– Эй, я задал вопрос, – разозлился Артур. Если альфа-самца игнорируют, он должен показать, кто тут главный, иначе быстро потеряет уважение. – Что такое мозг? Отвечай, живо!

Не поворачиваясь к Артуру, главврач махнул рукой, как бы отгоняя назойливую муху:

– Мозг позволяет тебе думать.

Вот это открытие! Оказывается, есть отдельный орган, чтобы думать, сам бы он никогда не догадался. У людей есть ноги, чтобы ходить, попа, чтобы сидеть, язык, чтобы говорить, и мозг, выполняющий самую важную функцию в организме. Интересно, где он находится? Артур решил прислушаться к своему телу, чтобы понять, из какой части идут его мысли.

– …потенциально эта разработка перевернёт мир… – без перерыва тараторил главврач и этим очень мешал Артуру слушать своё тело.

Где-то в груди стучало, из-под рёбер доносился равномерный барабанный ритм, видимо, это и был мозг. Подумать только, есть отдельный орган, отвечающий за самосознание. Если бы не врач, Артур продолжил бы думать, что способность мыслить даруется вместе с телом, как бесплатный бонус от природы.

– Его память как жёсткий диск: запоминает информацию в том виде, в каком она поступила с рецепторов. В отличие от настоящего мозга чип не интерпретирует, а записывает в точности. Поэтому даже через десять лет пациент не сможет ошибиться насчёт того, красный у него был шарфик или зелёный. И где он его видел в последний раз.

– Его уже можно забрать? – спросил Чарльз.

– У нас по графику пластическая операция, – попробовал возразить доктор. – Полагаю, для человека в его состоянии это обязательная процедура.

– Сделаете ему операцию позже, а пока он отправится со мной.

Живой мертвец щёлкнул пальцами, и телохранитель зашёл в палату. Это был человек внушительной комплекции, ничем не уступающий ни одному герою фильмов, которые Артур смотрел всю прошлую ночь. Его национальность определить и вовсе было невозможно: в нём смешалась и европейская, и арабская, и африканская, даже азиатская кровь. Он походил на человека всех национальностей, и в каждой стране мира его приняли бы за своего. Несмотря на огромные размеры, старые шрамы на шее и лоб, способный пробить бетонную стену, у телохранителя были необыкновенно мягкие глаза. При взгляде на них трудно было предположить, что этот человек способен обидеть кого-либо.

– Отведи его в машину и сопроводи домой, – приказал телохранителю Чарльз. – Жду тебя вечером в своём кабинете.

– Хотите его забрать прямо сейчас? – удивился доктор и тут же замялся: он не хотел спорить с альфа-самцом. – Если подумать, то мы сделали с ним всё, что планировали. Для дополнительных медицинских процедур не обязательно стационарное лечение. – Стараясь сохранить достоинство, он повернулся к присутствующим и произнёс как можно более непринуждённо: – Как видите, результат оказался успешен, это уже девятнадцатый пациент с чипом. Более полные отчеты о результатах я подготовлю в течение этой недели. А теперь прошу на выход, у нас есть ещё два кандидата с плохой памятью.

Старики во главе с доктором стали выходить из кабинета по одному, а телохранитель помог Артуру собрать все его немногочисленные вещи и повёл его по коридору к лифтам прямо в больничном халате.

Только снаружи он заметил, что у телохранителя нет правого уха. Оно напрочь отсутствует, а на его месте лишь кривая дырка. Такого уродства не было даже на лице Артура – оно хоть и обгорело, но уши остались на месте.

В голове у Артура бурлила смесь всех возможных чувств. Ему надоело лежать в больнице, и одновременно было грустно покидать это место. Артур поскорее хотел вернуться в свой дом и боялся этого. Его знания об окружающем мире ограничивались лишь тем, что видел в телевизоре и из окна палаты. Город вокруг был не лучшим местом для жизни, Артур это понял по звукам выстрелов, доносившимся со всех сторон прошлой ночью. И одновременно с этим он дрожал от нетерпения. С телохранителем Артур чувствовал себя в безопасности. Ничто не может случиться в этом городе с героем боевиков.