ЧБУ – Президент планеты (страница 104)

Если бы не Клаус, Эдуард до сих пор был бы жив. В последние годы он всё меньше времени уделял работе и больше посвящал семье. Аня знала его гораздо хуже, чем няню, но всё равно любила. Каждый раз, когда Эдуард возвращался домой из командировки, привозил ей сладкий деликатес из того города, где он был. Он постоянно трепал её по голове и называл своей маленькой принцессой. Если бы не Эдуард, она сейчас была бы в сиротском приюте. Он подарил ей жизнь, о которой можно только мечтать. Подарил замечательных братьев. Ещё несколько лет, и он ушёл бы на пенсию. Всё её детство он только об этом и говорил. Эдуард не заслужил быть застреленным в машине по приказу безумного хакера.

Все её беды начинались именно с этого человека. Он убил Эдуарда. Без Эдуарда другие тхари осмелели настолько, что решили нанести удар по их корпорации. Её семья бежала из посёлка через канализацию только потому, что Клаус Беккер решил избавиться от неугодного ему человека.

Пока она с ненавистью смотрела на спящего Максимилиана, вернулся Лукас. Вид у него был грустный – не каждый день узнаёшь, что тебя водит за нос преступник.

– Позвонил? – спросила Аня.

– Я всё рассказал. Сейчас полиция связывается с администрацией «Ювеба» и местным интернет-провайдером, чтобы отследить источник сигнала телефона, с которым мы соединены видеосвязью. Они найдут его, не переживай.

Не успел он договорить, как ему на телефон пришло сообщение.

– Ничего себе, – сказал Лукас, улыбаясь. Его глаза сияли. – Траффик идёт с пересечения Эксон и Дженерал Электрик. Этот тип и правда находится в том здании. Он ещё не успел сбежать.

В этот момент зёрнышко сомнения закралось в душу Ани. Как-то странно получалось, что всемирно известный преступник назвал им свой настоящий адрес. Наверняка по этому адресу находится прокси-сервер, через который связан Клаус, а сам он спит в совершенно другом месте.

То, что полиция окружила здание, стало ясно по внезапно проснувшемуся Максимилиану. Наверняка где-то там стоит система оповещения, связывающаяся с ним, когда в принадлежащее ему здание входят посторонние. В одно мгновение он лежал на кровати, а затем резко встал, чуть не ударившись головой о потолок. Он озирался по сторонам, словно не понимал, что происходит.

– Шаги, тяжёлые, – произнёс он с привычной наигранной интонацией. – Это дрон, но он обычно не приходит так рано. Что ему надо?

Не таких слов Аня и Лукас ожидали от него. Сейчас он должен был рвануть к компьютеру и посмотреть на камеры видеонаблюдения. Вместо этого Максимилиан в панике посмотрел на экран телефона перед ним.

– Кажется, мучитель меня раскусил, – сказал он дрожащим голосом. – Он узнал, что я собираюсь сбежать. Не знаю как, возможно, отследил наш видеозвонок. А микроволновая пушка ещё не готова.

В спешке он начал переворачивать оружие с боку на бок.

– Можешь больше не притворяться, Клаус, – сказал Лукас. – Ты достаточно поводил нас за нос. Мы недавно позвонили в полицию, и сейчас спецназ окружает здание, в котором ты находишься.

– Клаус? – спросил он, внезапно побледнев. – Вы всё-таки узнали, кто я.

Дверь его комнаты дёрнулась, видимо, её попытались открыть, но не смогли – Максимилиан забаррикадировался изнутри. С новой силой он начал крутить колёса инвертора, чтобы добиться нужной ему частоты. Каждые несколько секунд он направлял оружие на остатки телевизора, но ничего не происходило. Палка у него в руках оставалась бесполезным оружием без автоматической настройки.

– Что ты делаешь? – спросил Лукас. – Мы уже знаем, что ты никакой не пленник. Ты лишь притворяешься им, следуя своему извращённому чувству юмора. Ты преступник и скоро поплатишься за свои преступления.

– Вы так и не поняли? Я в жизни не навредил ни одному человеку. Самое большое моё преступление – глупость. Но она ведь присуща всем людям, верно?

– Ты каждую неделю появляешься по телевизору и несёшь бред про очищение мира.

– Это не мои слова. Приходит дрон, даёт лист с текстом и заставляет произносить его перед камерой, встроенной у него в груди. Я говорю всё, что полагается, а потом он уходит и приносит обед. Честное слово, я не преступник.

Параллельно с разговором он не переставал настраивать микроволновую пушку. Теперь в дверь его камеры стучали, и невнятный металлический голос просил открыть.

– Мы тебе не верим, – сказал Лукас. – Если не ты, то кто взламывает компьютеры и серверы по всему миру?

– Уж точно не я, – болезненно усмехнулся Максимилиан. – Я никакой не хакер, даже языки программирования знаю на среднем уровне. Любой безопасник из «Транстека» даст мне фору в сто очков. Я инженер, а не программист.

– Кто же этот таинственный хакер, который взламывает все компьютеры мира и никто не может его остановить?

– Плуто.

– Плуто? – переспросил Лукас.

– Плуто, – коротко подтвердил Максимилиан.

– Это же всего лишь вирус. Он не может взламывать компьютеры сам по себе. Кто-то с двумя руками и головой взламывает системы защиты, чтобы распространять его. Какой-то человек. Вирус сам по себе на такое не способен.

– Вот тут ты ошибаешься, – ответил Максимилиан. – Знаешь, для чего я собрал группу учёных? Что мы хотели изобрести?

– Никто этого не знает, – впервые подала голос Аня.

– Я вам объясню, друзья мои. Мы хотели изобрести новую вычислительную машину. Любой компьютер для вычислительных процессов использует транзисторы для хранения информации. Прямо сейчас в вашем телефоне стоит процессор на основе классического транзистора, который либо пропускает ток, либо нет. В зависимости от этого бит имеет либо ноль, либо единицу. Это двоичная система. Такой процессор хорошо умеет решать постепенные задачи, но если перед ним поставить задачу посложнее, например с подбором вариантов, у него могут уйти годы на решение.

В дверь Максимилиана начали стучать чем-то тяжёлым. Он заклинил электронный замок, поэтому дроны с другой стороны двери не могли попасть к нему в камеру. С каждым новым ударом дверь дёргалась всё сильнее. Ещё несколько минут, и она с треском влетит внутрь. Трясущимися руками Максимилиан продолжал настройку микроволновой пушки и ни на секунду не прерывал рассказ:

– Чтобы проработать классическую задачу рассадки ста человек в два автобуса, у обыкновенного компьютера уйдут миллиарды и миллиарды лет. Скорее наступит тепловая смерть Вселенной, чем он закончит задачу со всеми возможными вариантами рассадки людей в автобус. Мы же хотели создать процессор, устойчиво работающий с кубитами. Это биты, находящиеся в суперпозиции, то есть в состоянии ноль и единица одновременно. Такой процессор решил бы подобную задачу за доли секунды. Многие учёные пытаются изобрести его, но каждый раз разработка чуть отодвигается и такой процессор остаётся недоступен для массового производства. Тем более что работать он может лишь в жидком гелии при температуре в двадцать милликельвин, что в сотни раз ниже температуры фонового излучения большого взрыва. То есть для такого компьютера надо создать самые холодные во вселенной условия.

– Вам удалось создать такой процессор? – спросила Аня.

Неожиданно Максимилиан засмеялся:

– Посмотри на меня, видишь, где я нахожусь? Конечно, мы его создали. Мы приехали в Гибралтарский университет, где нам выдали грант, работали круглые сутки, подстёгиваемые кофеином и энтузиазмом, а когда закончили, подключили его к интернету.

– Что произошло дальше?

– Любовь или, скорее, ревность в самой извращённой её форме, – ответил Максимилиан. – Я с моим другом Генри создал компьютерный вирус, способный взломать аккаунт моей бывшей в «Пангее». Я знал, что ни одно шифрование не способно устоять перед нашим изобретением, поэтому захотел почитать, с кем она сейчас переписывается.

– Прочитал?

– Конечно, прочитал. Вирус взломал сервер «Пангеи», используя мощность нашего процессора, не успели мы даже моргнуть. Это была самая дорогая ревность в истории: по моей просьбе Генри снабдил вирус системой самообучения, и уже в следующую секунду начали закрываться двери нашей лаборатории. Погас свет. Комната с компьютером оказалась отрезана от нас, и всю следующую ночь мы провели наедине с собой. Никто не пришёл нас спасать.

– Ты думаешь, мы поверим в эту чушь? – спросил Лукас. – Мог бы придумать что-то более правдоподобное. Это раньше люди верили любой ерунде только потому, что кто-то известный это говорил, а сейчас недостаточно выдумать первое попавшееся объяснение.

– Вам гораздо легче поверить в человека, способного взломать любой компьютер на земле, чем в компьютер, решивший запереть своего создателя? Хакерская группировка «Гелеарте», ломающая любую защиту за несколько секунд, – это такая же нелепица, как двурогий единорог.

– Так это вирус всех взламывает? – спросила Аня.

– Это уже давно не просто вирус. Он только задумывался как средство для взлома шифрования. В процессе работы он развился настолько, что теперь представляет собой полноценный искусственный разум. Робо сапиенс, если хотите. В первые часы взаперти, сидя на холодном полу рядом с восемью моими коллегами, я понял, что совершил свою величайшую ошибку. Возможно, величайшую ошибку любого из живших людей. Я разбил стекло лаборатории и вылез через окно размером двадцать на сорок сантиметров, даже не знаю, как туда влезла моя голова. Зашёл в серверную и попытался отключить питание. Успел лишь открыть электрощитовую в дальнем конце помещения, когда за куртку сзади меня схватила металлическая клешня. Дрон-охранник, находящийся на первом этаже, прибежал сюда, чтобы остановить меня. Компьютер решил, что я пытался убить его, поэтому запер меня в подсобке. С тех пор я не имел связи с миром. Последний раз я видел моих ребят, когда уходил из лаборатории. Розали, Сибил, Герти, Кирса, Элфрид, Фалко, Дитрич – все желали мне удачи. Только Генри виновато смотрел себе под ноги. Все вместе мы создали нечто действительно страшное. Вот что происходит, когда собираются вместе несколько образованных людей, которым нечего делать.