Чайный Лис – Янтарь и Лазурит - Чайный Лис (страница 46)
— Сюаньму, — тихим голосом поправил монах, но девушка как будто не расслышала его, а вновь обратилась к нуне: — А вас как зовут?
Нуна замешкалась.
— Это дева Кон, служанка Хеджин и евнух Квон, — пришёл к ней на помощь генерал и представил всех остальных.
— Генерал Ю, а как же Дзадза?
Каса-обакэ успел прийти в себя: поднявшись с земли, он прятался за ногами нуны и наблюдал за диалогом. Точно также вела себя вторая незнакомка, стоя за спиной болтливой сестры Джинхёна и Джинги. Нуна поспешила исправить недоразумение и пояснила:
— Это добрый и хороший каса-обакэ Дзадза, путешествует вместе с нами. Вы тоже не представились.
— Фня?
Казалось, живой зонтик понял, что речь зашла о нём. Странно, что нуна не вспомнила про мышонка Джика, который прятался где-то у генерала Ю.
— Ой, что это я! Меня зовут Джинмин, Ким Джинмин, а это моя подруга и соученица Нам Юна-онни*.
* Онни (кор. 언니) — обращение девушки к старшей сестре.
— У Джинхёна фамилия Ким?!
— Это странно?
— Нет, просто вы одна из известнейших семей Сонгусыля, а Джинхён и Джинги просто владеют лавкой свитков и чернил…
— Эти псы сбежали в Сонбак и бросили меня одну!
— Как они посмели? — нуна поддержала её возмущения и активно закивала головой.
— А господин и госпожа Ким заставляют Джинмин учиться у многих мастеров, так мы и познакомились, — в разговор внезапно влезла молчаливая девушка Юна, в лучах солнца в её волосах блестела серебряная заколка в форме бамбука.
— Да, господин Нам лекарь. Моя семья хочет, чтобы младшие умели всё и сразу, поэтому орабони и меня куда только ни отправляли — и заниматься боевыми искусствами, и обращаться с оружием. Когда меня заставили шить, а братцев моих — сослали на гончарное дело, они вдруг взяли и сбежали, только письмо оставили со словами: «Джинмин-а, не скучай, мы сами прорвёмся в жизни без помощи семьи». Вы не представляете, что я чувствовала, когда должна была рассказать об этом родителям! — она вдруг сорвалась на крик, а на её глазах выступили слёзы.
— Тише, Джинмин. — Юна погладила девушку по спине.
— Мне так жаль вас, — нуна сочувствующе смотрела на неё. — Джинхён никогда о вас не рассказывал… Я даже представить себе не могла, что у них с Джинги есть младшая сестра! А вы при этом всё о нас знаете. А, кхм, свои романы он вам не присылал?
Догадавшись, о каких «романах» шла речь — перед глазами Сюаньму всё ещё стояли изображения с голым драконом и девушкой, — монах отступил на несколько шагов назад.
— Конечно, присылал! — Джинмин вдруг хитро улыбнулась. — Я их здесь перерисовываю и продаю.
Сюаньму в ужасе отпрянул и отошёл ещё подальше, как вдруг заливистый смех нуны разлился по округе.
— У Джинхёна талант, конечно.
Как только она успокоилась, в воздухе ненадолго повисла тишина, которую нарушила Джинмин:
— Знаете, он ведь не только вам обо мне не рассказывал, но и мне о вас не писал, дева Кон. Ни Джинхён-орабони, ни Джинги-орабони. Кто вы ему? Возлюбленная?
В её голосе не прозвучало никакого осуждения, лишь искреннее любопытство. Только Сюаньму вздрогнул и почувствовал тяжесть внутри, словно съел что-то не то — токпокки наконец-то подействовал? Нуна зажмурилась, широко улыбаясь, и свела свои брови, в то время как глаз генерала Ю нервно подёргивался.
— Нет… Просто знакомая.
— Вы только сегодня в Анджу приехали, получается? Может, показать вам город?
— Если вас не затруднит, дева Ким, то было бы замечательно, — ответил генерал Ю, чуть опустил голову и, выразительно глядя на Джинмин, улыбнулся. Она и так смущалась от разговора с незнакомцами: хоть оказалась болтливой и даже первой диалог завела, но постоянно отводила взгляд, в чём Сюаньму замечал с ней сходство, а здесь ещё и генерал смутил не только своими словами, но и достаточно близко подошёл.
— Не затруднит, — тихо ответила она и повернулась к своей соученице. — Онни, ты пойдёшь с нами?
— Сначала надо занести травы отцу.
— О… — Джинмин взглянула на мешок в руках Юны. — Давайте начнём нашу прогулку по Анджу с хижины Якчук.
— Делать им больше нечего, как по лекарям ходить.
Должно быть, вторая дева с серебряной заколкой в форме бамбука не желала тратить время только прибывших из Сонбака на что-то неинтересное. Поскольку на неприличные темы уже давно не разговаривали, Сюаньму всё-таки подошёл к остальным и заметил, как генерал Ю чуть изогнул одну бровь, посмотрел вверх и вновь перевёл взгляд на Юну, ответив:
— Почему же? Очень даже интересно прогуляться с юными девами и поглядеть на эту вашу хижину Якчук.
Джинмин схватилась ладонями за щёки, которые ещё сильнее налились краской, и отвернулась. В этот момент к ним подошёл евнух Квон, ведя за поводья вороного коня.
— Генерал Ю, ваша лошадь.
— Сходи пока со служанкой и займи комнаты на постоялом дворе, заодно Пунсоля накормите.
— Мы не оставим деву Кон, — попытался возразить евнух, но под взглядом генерала сжался и обернулся за подмогой. — Правда, Хеджин?
— Ещё успеем присоединяться к господам.
Изящным, но резким движением пальцев служанка забрала поводья из рук евнуха Квона, нежно погладила коня со странным именем* по лбу, кивнула нуне и незамедлительно отошла от остальных. Пухлый юноша в зелёном был вынужден последовать за ней. Сюаньму стоял на месте и не знал, куда ему податься: тоже отправиться на постоялый двор или составить компанию остальным?
* Пунсоль (кор. 풍설) — буран.
Он посмотрел на нуну, которая сразу поймала его взгляд и мило улыбнулась, но её отвлёк Дзадза, цепляющийся за ноги и издающий невнятные звуки. Нуна наклонилась и подхватила каса-обакэ, из-за чего Сюаньму вздохнул — он же такими темпами привыкнет передвигаться исключительно у неё на руках и откажется ходить самостоятельно. Может, Сюаньму и не до конца понимал повадки дружелюбной нечисти, но этот зонт уже вёл себя капризно.
— Монах Шуаньму, вы чего стоите в стороне от нас и молчите? — внезапно обратился к нему генерал Ю, оставив торговцу уличной едой ещё несколько монет.
Но Сюаньму считал, что и так достаточно близко к остальным находился. Пришлось подойти ещё на несколько шагов, на что генерал ответил:
— Другое дело, — затем он обернулся к Джинмин и Юне. — Показывайте путь, юные девы.
Первая вновь засмущалась, а вторая — недовольная на вид — вздохнула и перехватила мешок с травами.
— Благодарим за чудесную еду! — крикнула нуна торговцу, помахала ему рукой и поспешила за девушками из Анджу.
— Заглядывайте ещё, — он гостеприимно улыбнулся.
Сюаньму всё это время продолжал держать в руке деревянную палочку, на которую до этого был нанизан токпокки. Но от лепёшки уже ничего не осталось, а куда надо было деть палочку — не знал, специальной посуды для мусора не наблюдал. Не бросать же её на землю.
Генерал Ю поравнялся с нуной и обернулся:
— Монах Шуаньму, вы идёте?
Пришлось спрятать грязную палочку в тканях своего шэньи. Талисманам не страшно, если они перепачкаются, но Сюаньму всё равно привык выкидывать мусор сразу, а не носить с собой.
Хеджин и евнух Квон ушли достаточно далеко, что цоканье лошади перестало доноситься до остальных, но Сюаньму даже не мог надеяться прогуляться в тишине. Каждый раз в его окружении находился кто-то шумный и болтливый, будь то ненадоедливая нуна или же молодая госпожа Ли, а теперь стеснительная, но общительная Джинмин. Он мысленно поблагодарил Юну, что хотя бы та не перекрикивала свою соученицу, а большую часть пути молчала.
Ещё издалека Сюаньму заметил стволы бамбука, растущие вширь на горизонте. Вместе с ними до него донёсся слабый, но странный аромат какого-то густого травяного запаха — в носу резко зачесалось, и монах чихнул. Нуна, всю дорогу болтавшая с Джинмин, чей разговор Сюаньму совсем не слушал, обернулась и обеспокоенно посмотрела на него:
— Рури, ты не заболел под дождём?
— Нет.
В этом он не сомневался.
Чем ближе они подходили к бамбуковой роще, тем сильнее становился травяной запах — теперь он напоминал горькое лекарство. Подобным Сюаньму поили во время болезней.
Генерал Ю чуть склонил свою голову вбок, притормозил свой шаг и поравнялся с монахом. Он приоткрыл рот и собрался что-то сказать, как его перекричала нуна:
— Джинмин-а, — Сюаньму не успел заметить, в какой момент девушки сблизились и начали фамильярничать, — а какие у вас в Анджу самые необычные, а лучше даже опасные места? А может, есть местные легенды про страшных духов?
— Фня?
— Дзадза, ты не страшный!
Нуна со всеми умудрялась найти общий язык: будь то её слуги, или Джинхён и Джинги из лавки свитков и чернил, или генерал Ю, или болтавший на непонятном языке каса-обакэ, или даже молодая госпожа Ли, с которой первые дни они непрерывно ругались, и теперь вот девушки, с кем она познакомилась только сегодня. Даже с нелюдимым Сюаньму нуна спокойно разговаривала и не раздражала его.
— Надо подумать, онни… — задумчиво произнесла Джинмин и приподняла голову кверху. Она не носила шпильки и украшения, как её соученица, но в её косу были вплетены настоящие цветы, однако они уже начинали подвядать и лепестками осыпаться по земле.