Чарльз Весс – Королева Летних Сумерек (страница 49)

Мамаша Хэйнтер незаметно сжала руку Джанет в своей и чуть заметным кивком заставила умолкнуть. Затем с нелегкой душой Бутылочная Ведьма повернулась к Королеве:

– Моя госпожа, она всего лишь бренная, и не привычна изъясняться манерами твоего двора. Так что прости ей ее опрометчивость.

Беспомощная во власти своего гнева, Джанет вырвала руку из хватки ведуньи и процедила:

– Эта сучка мне должна, и я свое взыщу!

Не дожидаясь ответа, мамаша Хэйнтер продолжила, спокойно и рассудительно, понимая, что новоиспеченная Королева пока не в состоянии призвать былые опытность и мудрость, которые вскоре к ней вернутся:

– Госпожа, в то самое время, что мы находимся в этом саду, Повелитель Тьмы топчется возле твоих ворот. Сейчас новолуние, а с его наступлением ты обещала ему аудиенцию при твоем дворе. И он ждет не дождется разговора с тобой.

Не желая отвлекаться от блаженства своей мелкой тирании, Королева прошипела:

– Но эта гордячка вывела меня из себя…

Ведунья, предусмотрительно встав между Королевой и Джанет, заговорила снова:

– Госпожа, тебе предстоит еще многое сделать и постичь, а времени на обучение крайне мало, если ты хочешь всерьез подготовиться к визиту Темнейшего.

Королева Летних Сумерек смерила Джанет ледяным взором, после чего с пренебрежительным взмахом своей изысканной руки повернулась и направилась обратно во дворец, сопровождаемая ведьмой и двумя лисичками.

Наверху короткого лестничного пролета она обернулась:

– Томас, ко мне. Мне понадобится мой Рыцарь Розы, и подозреваю, весьма скоро.

Видя, с какой покорностью Том выполняет указание, Джанет с трудом сдержала закипающий гнев. Она уже сжала кулаки и напряглась, как вдруг неожиданно ощутила прикосновение мягких пальцев к своей щеке. Обернувшись, она увидела подле себя мать, смотрящую на нее ясными, любящими глазами.

Пронзительно вскрикнув, Джанет заключила мать в объятия и бурно зарыдала.

33

На сей раз, когда Повелитель Тьмы ступил в город Королевы, никто не чинил ему препон. С собою он привел не войско теней, а лишь единственного спутника – последнего охотничьего зверя, который крадучись шествовал рядом, одетый в затейливую сбрую из лоснящейся черной кожи.

Толпа в тронном зале хоть и испытывала облегчение от присутствия Королевы, которая могла обеспечить им хоть какую-то защиту, они все же трепетали, вспоминая время, проведенное в темнице коварного Повелителя.

Однако для огромного темного чудища с извилистыми рогами публики вокруг, казалось, вовсе не существовало. Не обращая внимания на лопочущую орду фэев, он со своим охотничьим зверем прошествовал по залу, видя перед собой лишь Королеву Летних Сумерек.

Облаченная в блистательную мантию и изящную корону из серебра с изумрудами, с резным золотым скипетром на отлете, Королева Всех Летних Сумерек восседала на своем огромном высоком троне. Ступенькой ниже, на своем привилегированном месте, стоял Рыцарь Розы Томас Линн в новеньких доспехах из красной кожи; распущенные волосы ниспадали на тяжелый красный плащ длиной до самых пят. С тревожным сердцем он наблюдал, как к трону подступает Повелитель Тьмы.

Чуть в сторонке от рыцаря стояла мамаша Хэйнтер. Судя по виду, она готова была находиться где угодно, только не здесь – пусть даже в своей лачуге, лепящейся к стене городища Темнейшего. Беспокойно косясь на Джанет и ее мать двумя ступеньками ниже, она пробормотала двум чернобурым лисичкам, терпеливо сидящим у ее босых ног:

– Что ж, дорогуши, конец нынешней истории я чую наперед. И пусть все завершится так, как было задумано.

Аэллин и Делиан жались друг к дружке теплыми боками, вероятно, стремясь хоть как-то успокоить ведунью.

Одетые в длинные балахоны, более подобающие королевским придворным, две бренных женщины стояли, взявшись за руки, словно этим придавали друг другу сил вынести то, что может произойти. Замерев от волнения, они наблюдали, как рогатый со своим зверем остановились у подножия трона.

Повелитель Тьмы угодливо поклонился, словно приветствуя желанную живую драгоценность:

– О, моя Королева.

После неловкой затянувшейся паузы она нетерпеливо спросила:

– Так зачем ты здесь и о чем хотел поговорить со мной?

Подняв голову, а вместе с ней два торчащих изо лба изогнутых рога, Темнейший осклабился:

– Моя госпожа. Я принес подарок, который, надеюсь, будет воспринят с великой радостью.

В приватных покоях мамаша Хэйнтер в подробностях описала новоявленной Королеве наружность и свойства даров, которые Повелитель Тьмы преподносил ей в прошлом. Теперь, припоминая те описания, Королева непроизвольно передернула плечами:

– Как, опять? Снова те гнусные подношения?

– Увы, моя госпожа, сей подарок не для вашей красоты, а скорее принадлежность вашего Рыцаря Розы. Ибо кто он есть, как не отражение вас и вашего двора? И кто он без клинка, который вы сами ему даровали, дабы он отстаивал им вашу честь от всех опасностей и поползновений, могущих грозить вам в стране, коей вы правите уже не первый век?

В своей длинной когтистой лапище Повелитель Тьмы держал тонкий клинок явно эльфийского происхождения.

С лукавой улыбкой Темнейший проурчал:

– Сей клинок был взят некоторое время назад, возможно, против воли его обладателя, одним моим подданным, и я бы охотно вернул его вашему Рыцарю Розы со всеми благими намерениями.

С гримасой нетерпения Королева кивнула, взглядом указав своему Рыцарю спуститься по лестнице, чтобы принять клинок.

Приближаясь к Повелителю Тьмы, Томас заслышал низкий грозный рык, исходящий от охотничьего зверя, что прохаживался возле ног своего хозяина. Он подошел уже настолько близко, что чувствовал зловонное дыхание зверя. Отсюда Томас разглядел то, чего не могли видеть другие – кулон с розой, когда-то врученный им Джанет, теперь висел на ошейнике зверя.

Рыцарь Розы чопорно поклонился, прежде чем протянуть руку в перчатке за предложенным мечом.

– Это был действительно заветный подарок, и его потеря наполняла мое сердце печалью.

По-прежнему удерживая клинок, Повелитель Тьмы поднял взгляд:

– Госпожа. Смею, однако, просить вас взамен о всего лишь одном мелком одолжении.

– Что ж, изволь. У меня есть еще минута, которую я могу потратить на пустяки.

Огромная рогатая фигура указала на Джанет, стоящую всего в нескольких шагах от него.

– Эта вот бренная не на шутку меня разозлила.

– Разозлила, тебя? Это чем же?

– Она забрала то, что принадлежало мне, и опорочила тех, кто был у меня в подчинении.

На губах Королевы заиграла тонкая улыбка.

– И ты бы хотел, чтобы я?..

– Отдали ее мне. Дабы я преподал этой негоднице урок, чего по праву заслуживают ее проступки.

Томас резко обернулся к властительнице, что восседала на тронном возвышении, как раз в ту секунду, когда в неподвижном воздухе раздались ее льдистые слова:

– Что ж, мне она больше не нужна. Возьми ее, если таково твое желание… Да, пожалуй, и эту старую бренную в придачу.

– Нет! – выкрикнул Рыцарь Розы и, вырвав эльфийский клинок из лапы Темнейшего, прыгнул вперед, пытаясь встать между рогатым чудищем и двумя бренными женщинами.

Но тут, преграждая ему путь, вперед одним прыжком выскочил охотничий зверь и остановился, царапая когтями мраморную ступеньку. В отверстой пасти обнажились клыки, подобные зазубренному стеклу. Спустя мгновение зверь прянул прямо на рыцаря в красных доспехах. От удара Томас полетел на пол, и их тела сомкнулись, разметав испуганных зрителей; их, но не Повелителя Тьмы. Было видно, как он спокойно взирает на кровавый поединок, исход которого казался предрешенным. Рыцарь тоже не обращал внимания на тех, кто за ним наблюдает.

Том понимал, что эта схватка для него роковая. Когда зубы зверя прорвали его кожаный доспех и вонзились в руку с мечом, он закричал. Клинок выпал из обвисшей руки и заскользил по полу, остановившись только тогда, когда встретился с раздвоенным копытом Повелителя Тьмы. Тот с ухмылкой поставил одну ножищу на рукоять, чтобы рыцарь больше не смог его поднять.

Джанет, стряхнув оцепенение, воззвала к Королеве:

– Твое обещание… Ведь ты мне обещала! Поклялась!

В это мгновение ее за руку схватила Бутылочная Ведьма, прошипев:

– Тихо, девонька! Сейчас не время тратиться на пустые россказни. Это достойный вызов меж двумя соперниками!

– Но этот зверь…

– Дитя, быть посему! – прикрикнула ведунья. – Твой Томас закован в доспехи и кабы не обладал незаурядным мастерством, его не нарекли бы Рыцарем Розы. Он поквитается с этой гнусной тварью. Если понадобится, ему помогут.

Внизу, перекатываясь по мраморном полу, никто из противников никак не мог получить преимущества в схватке. Доспехи Тома защищали тело от большей части разъяренных бросков, однако когти и природная свирепость давали зверю преимущество.

Они катались и сражались по залу с неистовой первобытной жестокостью, нарастающей с каждой новой раной. Вот Томас, отстранившись телом, с мучительным криком поднялся на ноги. Зверь припал к земле и, шипя от ярости, кружил вокруг человека.

Никто во всем огромном тронном зале не мог оторвать взгляда от этой жестокой борьбы, а большинство и не желало. Все, кроме той, что метнула тонкий стилет, больше пригодный, чтобы перерезать им горло, чем для охоты на огромную хищную кошку. Вылетевшее из рукава мамаши Хэйнтер узкое острие сверкнуло, описывая дугу в воздухе и, со звоном подскочив на мраморной тверди, развернулось и замерло рядом с двумя фигурами, сцепившимися в смертельной схватке. Это был явно не меч, но любой клинок был уже преимуществом. Том в очередной раз увернулся от зверя и прыгнул, чтобы схватить стилет. При этом он грянулся о кафельный пол и перекатился на ноги, где намеренно замер, готовый встретить следующий бросок монстра.