Чарльз Линт – Зверлинги. В тени другого мира (страница 59)

Рико с трудом поднялся и обрушил кулак на системный блок. Тот почти развалился пополам. Дисковод, провода, материнская плата брызнули в разные стороны.

– Хватит, наисследовались, – бормотал он. – Пусть теперь попробуют все восстановить…

Наверное, мне стоило оставить его в утешительном неведении, но это было бы подло.

– Данные все еще там, – сказал я. – Они должны быть записаны на жестких дисках.

– Каких еще дисках?

Меня трудно было назвать гиком, но даже я знал, как выглядит жесткий диск. Да и как этого можно не знать в современном мире? Я указал на пол.

– Вот таких. В системнике должны быть еще два. Но это неважно. У них наверняка есть резервные копии.

– Дерьмо!

Взгляд Рико стал совершенно безумным. Подняв с пола жесткий диск, он запустил его через всю комнату. Затем вырвал из системника другие два и швырнул следом. Диски ударились о стену с такой силой, что буквально взорвались фонтаном пластиковых и металлических осколков. Наверное, если бы тела исследователей не остались в лаборатории, Рико схватил бы скальпель и принялся их кромсать.

Наконец он остановился и, тяжело дыша, опустил голову. Когда наши глаза снова встретились, безумие не исчезло, но отступило, затаившись где-то в глубине зрачков.

– Ладно, – сказал он. – Мы ничего не можем с этим поделать. Даже не можем ее нормально похоронить. Надо убираться.

Рико пошел к двери, и я принялся судорожно прикидывать варианты. Что мне делать? Идти с психованным убийцей, который превращается в гремучую змею? Или остаться здесь – и будь что будет?

Мой взгляд снова остановился на мертвой девочке.

– Тик-так, – пропел Рико.

Я с тяжелым сердцем направился к двери. Через несколько секунд мы уже неслись по коридору, выглядывая лестницу наверх, – Рико сказал, что лифт станет для нас ловушкой. Плечи ломило от напряжения, кожу покалывало. Босые ноги звонко шлепали по полу. Я каждую секунду ждал воя сигнализации, но его все не было. Почему? Здесь же повсюду камеры.

Выход на лестницу обнаружился в конце коридора. Рико сунул в щель карточку, и дверь послушно распахнулась. Однако не успели мы преодолеть и десятка ступеней, как над головой взвыла сирена. Уши мгновенно заложило.

– Надо выбраться на цокольный этаж, – на бегу бросил Рико.

Я не успел спросить, почему: он припустил вперед со всей возможной прытью Зверлинга.

Мне оставалось лишь следовать за ним.

Марина

Едва мы перебежали дорогу, как в кармане зазвонил телефон. Я мысленно чертыхнулась, что забыла его отключить, но тут же увидела на экране номер Барри.

– Погодите! – окликнула я ребят.

– О боже, – сказал Барри, когда я взяла трубку. – Немедленно возвращайтесь. Вы должны это увидеть.

– Увидеть что?

– Просто вернитесь.

Я бросила на Каторжника вопросительный взгляд, зная, что они с Элзи и Кори слышали каждое слово.

– Кто это? – спросил Дезмонд.

Каторжник вздохнул.

– Скажи, что мы сейчас будем.

– Наш хакер, – объяснила я Дезу, пока мы переходили дорогу обратно.

– Чего хотел?

– Он не сказал.

И мы рысцой припустили к изгороди, так что Дезмонд быстро остался позади.

– Надеюсь, у тебя хорошие новости, – сказал Каторжник, присаживаясь рядом с Барри и его ноутбуком.

Признаться, я в этом сомневалась – так сильно от него разило страхом.

– Все вышло из-под контроля, – ответил Барри, выводя на экран изображение с какой-то видеокамеры. – Смотрите.

– Что это? – нахмурился Кори.

– Прозекторская.

Бывшая прозекторская, подумала я, присмотревшись к картинке. Пол усеивали обломки оборудования, хотя я не смогла бы сказать, чем они были раньше.

Затем Барри указал на металлический стол посреди комнаты. Я наклонилась к экрану – и тут же отвернулась. Желудок болезненно сжался.

– Она была совсем ребенком, – пробормотал Кори.

Во рту сгущался противный вкус желчи. Я бы все отдала, чтобы стереть эту картину из памяти, – но знала, что она останется там навсегда.

Барри кивнул.

– Это еще не самое худшее. Я увидел, что наши парни долбят компы, и включил запись из лаборатории – посмотреть, как им удалось выбраться. А там…

Он ввел на клавиатуре пару строк кода и тихо выругался, когда на экране появилось какое-то фойе.

– Секунду.

Еще несколько команд – и мы увидели ту странную комнату со стеклянными кубами, только с другого ракурса. Эта камера давала лучший обзор.

– Это же?.. – начал Дезмонд.

– Джош, – кивнул Барри. – Ему сбрили дреды.

Бедный Джош. Он так долго их отращивал и уж точно не стал бы стричься по доброй воле. Приглядевшись, я заметила, что Джош не один. Позади него неуклюже балансировал на одной ноге незнакомый парень.

– Ладно, – сказал Каторжник. – Значит, это точно он. Теперь мы можем верну…

Фраза повисла в воздухе. Дверь в дальнем конце лаборатории открылась, и Джош со вторым парнем замерли, глядя на вошедших. Высокая женщина, низенький мужчина. Не успели они сделать и нескольких шагов, как одноногий мальчик с неожиданной прытью подскочил к противоположной стене и обрушил на нее кулак. В ту же секунду Джош превратился в пуму и бросился вперед.

– Вот дерьмо, – только и сказал Каторжник.

Барри не соврал. Дальше было хуже. Мы в шоке наблюдали, как стеклянная стена рухнула под весом пумы. Затем Джош одним движением лапы свернул женщине шею. Под изгородью воцарилась мертвая тишина. У картинки на экране не было звука, а Дезмонд, который в других обстоятельствах наверняка не удержался бы от комментариев, словно проглотил язык.

Барри откашлялся.

– Я позвонил вам, когда… Когда Джош изменился, а потом началось все это…

На нем не было лица, пальцы дрожали. Должно быть, он еще раньше догадался про Джоша, но только теперь осознал, что сидит в окружении Зверлингов, которые теоретически обладают такой же силой. Учитывая, что у него на глазах только что убили двух человек, я была удивлена, почему он еще не сбежал с воплями.

Что до меня, я едва держалась на ногах. Колени стали резиновыми, голову будто набили ватой. Я не знала одноногого парня, но почему Джош не смог совладать с пумой? Перед глазами снова встала девочка из прозекторской. Может, с Джошем собирались сделать то же самое? И у него не было другого выхода? Прежний – мой – Джош никогда бы не решился на такой поступок.

– И правильно сделал, – сказал Каторжник. – Где они сейчас?

Барри потряс головой, будто пытаясь очнуться от наваждения.

– В последний раз я видел их в прозекторской. Тот чувак расколотил оборудование, и они ушли. Не знаю, куда. Я сразу бросился вам звонить.

– Выруби камеры, – велел Каторжник. – Вообще все.

– Все? Даже не знаю…

– Прямо сейчас. Попробуй…

Он не договорил, потому что в здании «ВалентиКорп» оглушительно взвыли сирены. По крайней мере, оглушительно с точки зрения Зверлинга.