Чарльз Буковски – Как любят мертвые (страница 66)
- а про Кинга ты что думаешь?
- ссыкливые дела - как и все покушения от Юлия Цезаря до наших дней.
- так ты думаешь, черные правы?
- я не думаю, что достоин смерти от рук черного, хотя, наверное, и есть больные фантазеры среди белых, которые так думают, в смысле, ХОТЯТ умереть от рук черных. но мне кажется, самое лучшее в Черной Революции это то, что они ПЫТАЮТСЯ; мы же, белые слюнтяи, уже забыли, как это делать, включая меня. какое отношение это имеет к 3 штукам?
- ну, мне сказали, что у тебя "свои" есть, а мне хлебушка надо, но я все-таки думаю, что ты псих.
- ФБР?
- прошу прощения?
- ты из ФБР?
- у тебя паранойя? - спрашивает он.
- конечно. а у какого здравого человека ее нет?
- псих ненормальный! - он повидимому разозлился, отпихивает ногой табуретку и выходит наружу. Тедди, новый хозяин, подходит еще с одним пивом.
- кто это был? - спрашивает он.
- какой-то парень мне говно вешал.
- вот как?
- ну. поэтому я навешал ему в ответ.
Тедди отходит, не выказав ни малейшего удивления, но таковы все бармены. я допиваю пиво, выхожу на улицу и иду в этот мексиканский бар огромный амбар с перилами из литой меди. там меня хотели убить. когда напивался, я был плохим актером. хорошо чувствовать себя белым, чокнутым и легким. вот - подходит.
официантка из бара. я помню такое лицо. оркестрик заводит "Счастливые Дни Вернулись Опять". они меня в жопу посылают. это получше финки будет.
- мне мои ключи нужны.
она засовывает руку в карман передника (в переднике она смотрится хорошо; все женщины в них хорошо смотрятся; как-нибудь выебу тетку, чтобы только передник был. В смысле - НА НЕЙ) и припечатывает ключи к стойке. вот они все - от машины, от квартиры, от изнанки моего черепа.
- ты сказал, что вернешься вчера вечером.
я оглядываюсь, 2-3 парня просто валяются на стойке. в отрубе. мухи кружатся у них над головами, бумажники давно исчезли. пахнет малинкой. что ж, гринго сами этого просят - кроме меня. а мексиканцы четкие: мы сперли у них землю, а они просто внаглую нас разводят. и я отвечаю:
- я забыл вернуться.
- я угощаю.
- ладно, сделаем вид, что я Боб Хоуп и рассказываю солдатам анекдоты на Рождество. одну малинку и покрепче.
она смеется и идет смешивать мне яд. я отворачиваюсь, чтобы не смущать ее. она ставит стакан прямо передо мной.
- ты мне нравишься, - говорит она. - я хочу снова с тобой поебаться. для старика ты знаешь неплохие трюки.
- спасибо. все дело в твоем седом парике. я же маньяк: мне нравятся молодые женщины, которые притворяются старухами, и старухи, которые делают вид, что они еще молоды. мне нравятся пажи, высокие каблуки, узенькие розовые трусики, все эти скабрезные прибамбасы.
- у меня есть одна сцена, где я крашу манду в седой.
- изумительно.
- пей свой яд.
- о да, благодарю тебя.
- на здоровье.
я выпиваю малинку, но накалываю их: сразу выхожу и - везет же - вижу такси прямо через дорогу на Закатном Бульваре, сидит себе в лучах заката, я влезаю, и к тому времени, как он довозит меня до дому, я еле-еле в состоянии заплатить ему, открываю дверь, закрываю дверь и тут меня парализует. седая манда. да, ей же хотелось меня выебать, нормально. я доползаю до кушетки, и меня примораживает, только одна мысль шевелится: ах да, 3 штуки, кому они помешают? к чертям проценты и окончательная расплата. 35 дней. скольким людям выпадало 35 дней свободы в жизни? а потом стемнело - да так, что я сам не смог ответить на свой вопрос.
ух-хуух.
Юг без севера
Одиночество
Эдна шла по улице с кульком продуктов. На газоне стояла машина. В боковом окне виднелась надпись:
ТРЕБУЕТСЯ ЖЕНЩИНА.
Она остановилась. К окну притулилась большая картонка, и к ней было что-то приклеено. Напечатано на машинке, по большей части. С тротуара не разобрать.
Эдна видела только крупные буквы:
ТРЕБУЕТСЯ ЖЕНЩИНА.
Дорогая была машина и новая. Эдна шагнула на траву прочесть то, что отпечатано:
Мужчина 49 лет. Разведен. Хочет встретиться с женщиной с целью женитьбы. Должна быть в возрасте от 35 до 44. Любит телевидение и художественные кинофильмы. Хорошую еду. Я – бухгалтер-калькулятор с надежным местом работы. Деньги в банке. Мне нравится, чтобы женщина была полновата.
Эдне было 37, полновата. Прилагался номер телефона. А также – три фотографии господина, ищущего женщину. В костюме и при галстуке он выглядел достаточно степенно. А еще – скучно и немного жестоко. Как деревянный, подумала Эдна, как из дерева вырезан.
Эдна отошла прочь, улыбаясь про себя. Она испытывала отвращение. Пока она дошла до своей квартиры, он совершенно вылетел у нее из головы. Только несколько часов спустя, сидя в ванне, она вспомнила о нем снова – и на сей раз подумала, каким поистине одиноким он должен быть, если решился на такое:
ТРЕБУЕТСЯ ЖЕНЩИНА.
Она представила, как он возвращается домой, вытаскивает из почтового ящика счета за газ и телефон, раздевается, принимает ванну, телевизор включен. Затем вечерняя газета. Потом на кухню, приготовить. Стоит в одних трусах, смотрит на сковородку. Забирает еду, подходит к столу, ест. Пьет кофе. Потом опять телевизор. И, может быть, одинокая банка пива перед сном. По всей Америке таких мужчин миллионы.
Эдна вылезла из ванны, вытерлась, оделась и вышла из дому. Машина стояла на месте. Она записала фамилию мужчины – Джо Лайтхилл – и номер телефона. Прочла напечатанное объявление еще раз. “Художественные кинофильмы.” Странное словосочетание. Сейчас люди говорят “кино”. Требуется Женщина. Смелое объявление. Тут он оригинален.
Добравшись до дому, Эдна выпила три чашки кофе прежде, чем набрать номер.
Телефон прозвонил четыре раза.
– Алло? – ответил он.
– Мистер Лайтхилл?
– Да?
– Я видела ваше объявление. То, что в машине.
– Ах, да.
– Меня зовут Эдна.
– Как поживаете, Эдна?
– О, со мной все в порядке. Такая жара стоит. Такая погода – это уже слишком.
– Да, от нее труднее живется.
– Что ж, мистер Лайтхилл…
– Зовите меня просто Джо.
– Ну, Джо, хахаха, я себя такой дурой чувствую. Вы знаете, зачем я звоню?
– Видели мое объявление?
– Я имею в виду, хахаха, что с вами такое? Вы что, женщину найти не можете?
– Полагаю, что нет, Эдна. Скажите мне, где они все?