Чарли Ви – Вернуть семью любой ценой (страница 8)

— Я папа, — повторил по слогам. — Папа.

— Па-па? — словно поняла, повторила она.

Да, чёрт возьми. Папа. Твой папа.

И теперь никто и никогда не отнимет тебя у меня. Ни Вика со своими истериками, ни полиция, ни её проклятый родственник. Я сделаю всё, чтобы ты была в безопасности. Чтобы у тебя было всё, чего я был лишён в детстве.

Я достаю телефон. Первый звонок — юристу. Второй — агенту по подбору персонала. Третий... я смотрю на Машу... третий звонок будет завтра, в лучшую частную клинику, чтобы провести тест на отцовство. Хотя я и так знаю правду. Но для суда нужны официальные доказательства. А ещё мне надо позвонить Майорову и поблагодарить его за помощь.

Маша уже не плакала, а просто смотрела на меня большими, изучающими глазами, в которых ещё стояли слёзы. Я одной рукой осторожно поддерживал её спинку, а другой набирал номер.

Первый звонок — Матвею Сергеевичу, моему адвокату. Трубку взяли почти сразу, несмотря на поздний час. — Матвей, это Максим. Мне нужна срочная консультация и подготовка документов, — сказал я, глядя на дочь. Она потянулась маленькой ручкой к блестящему корпусу телефона. — Ситуация: я установил местонахождение моей несовершеннолетней дочери. Мать, Виктория Одинцова, скрывала ребёнка от меня более года. Сегодня вечером я забрал ребёнка, так как имеются основания полагать, что мать не может обеспечить её безопасность. Оставила одну в квартире ночью. Мне нужно подать на определение места жительства ребёнка со мной и лишить её родительских прав.

Матвей засыпал меня уточняющими вопросами. Я кратко и чётко отвечал, не сводя глаз с Маши. Она устало зевнула, и её головка опустилась мне на грудь. Что-то тёплое ёкнуло внутри и заполнило грудь нежностью.

— Хорошо, Матвей. Жду черновики исков утром, — я положил трубку.

Маша уже начинала дремать. Я медленно, боясь её потревожить, набрал второй номер — в надёжное агентство по подбору персонала. — Алло, Ирина? Максим Одинцов. Мне срочно требуется няня для годовалого ребёнка. С безупречными рекомендациями, опытом и готовностью к проживанию. Лучше из бывших медсестёр. Да, прямо на эту ночь. Деньги не имеют значения.

Пока я говорил, Маша окончательно уснула, её ровное дыхание щекотало мне шею. Я сидел неподвижно, боясь пошевелиться.

Третий звонок был Арсению Майорову. — Арсений, — сказал я тише, когда он взял трубку. — Спасибо. Твой следователь сработал быстро. Я нашёл её. И... я забрал дочь.

В трубке послышался низкий свист. — Серьёзно? Ну ты даёшь, Одинцов. И как она? Я посмотрел на спящее личико, прижавшееся ко мне. — Спит. Всё в порядке. Спасибо ещё раз. Буду должен. — Пустое, — отмахнулся Арсений. — Рад, что помог. Если ещё что-то понадобится — звони.

Я положил телефон на стол рядом с собой. Тишина в доме была теперь не пугающей, а наполненной. Её нарушало лишь тихое, доверчивое дыхание Маши.

Осторожно, с невероятной для меня бережностью, я поднялся с дивана и понёс её наверх, в спальню, которая ждала её уже года два точно. Уложил в кроватку, накрыл одеялом. Она всхлипнула во сне и повернулась на бочок.

Я стоял и смотрел на неё. Этот маленький человек, моя кровь. Украденное время нельзя было вернуть. Но будущее... будущее было теперь моим. Я сделаю её жизнь идеальной. Огражу от всех бурь, от всех неприятностей. И от её матери в первую очередь.

В голове снова всплыло Викино лицо. Искажённое болью.

«Чудовище!» — я никак не мог выкинуть из головы это слово и её взгляд.

В глубине души, под всеми этими холодными расчётами, шевелилось одно-единственное, невыносимое признание, которое я гнал от себя прочь: видя, как она бьётся в истерике, с каким упрямством продолжала биться за дочь, я не чувствовал триумф. Неприятное, мерзкое, липкое чувство вины шевелилось внутри. И мне хотелось, что бы оно навсегда замолчало.

Глава 12

(Вика)

Когда полицейские ушли, оставив меня с формальными обещаниями «разобраться», во мне что-то переключилось. Их фразы о «конфликте родителей» и «не наделайте глупостей» прозвучали как издевательство. Они не видели похищения. Они видели лишь ссору бывших супругов.

Я стояла посреди гостиной, и отчаяние начало кристаллизоваться в холодный, беспощадный расчёт. Глупостей? Нет. Отныне — только чёткий план.

— Они не помогут, — осознание пришло ясно, не оставляя сомнений. — Для них он — отец, пусть и не указанный в документах. А спор отцов и матерей — это не их юрисдикция.

— Закон в таких ситуациях часто встаёт в тупик, — заметил Демид. Его спокойствие теперь не успокаивало, а подстёгивало к действию. — Особенно на начальном этапе.

— Тупик? — я резко обернулась к нему. — Он силой унёс моего ребёнка! Он даже юридически не является её отцом! Свидетельства о рождении у него нет! И в свидетельстве и в остальных документах, он не вписан как отец!

— Именно это и усложняет ситуацию для полиции, — пояснил он. — Нет официального документа, доказывающего его отцовство, но нет и документа, лишающего его прав. Правовая неопределённость.

— Так что, ты предлагаешь мне сдаться? Оставить ему дочь? — вся злость, которую я не успела выплеснуть на Максима, сейчас перенаправилась на Демида. Его логика, его спокойствие теперь раздражали. Да и вообще кто он такой? Незнакомец, который взялся из ниоткуда.

— Нет, я не говорю тебе, чтобы ты сдавалась. Просто к этому делу надо подходить с умом и расчётом. Если начать действовать, не составив план, можно наломать дров.

— Хорошо. Я так и сделаю, — кивнула я. — А тебе уже пора.

Мы попрощались с Демидом. Он оставил свою визитку, сказал звонить ему, если понадобится помощь. Я кивала, обещала, что позвоню, но сама уже знала, что не сделаю этого. С некоторых пор я перестала быть доверчивым человеком. Уж слишком странным и неожиданным мне показалось его появление. Много ли можно встретить неравнодушных людей, которые, бросив все дела, будут помогать незнакомой девушке. Эта мысль не давала мне покоя.

Нет, лучше я буду одна. Составлю план, должен же хоть кто-то мне помочь.

Как только за Демидом закрылась дверь, я осталась в полной тишине. Не помню, когда такое было.

Когда появилась Маша, я наконец-то почувствовала, что кому-то нужна. Не за красивые глаза и не за потому, что быть со мной выгодно, просто нужна как воздух. И Машу я любила безгранично, направив всю нерастраченную любовь на неё. Теперь самое сложное было заставить свой мозг мыслить. Не поддаваться панике и отчаянию. Надо было выключить все чувства, как когда-то я их выключала, превращаясь просто в куклу. Не думала, что это снова повторится.

Это было невыносимо. Но именно эта боль заставила мой разум проясниться. Я не могла позволить себе роскошь истерики. Маше нужна была холодная, расчётливая мать, а не обезумевшая от горя женщина.

Я села за кухонный стол, взяла блокнот и ручку. Рука дрожала, но я сжала пальцы сильнее. Нужен был план. Пошаговый и безошибочный.

Первым делом мне надо будет завтра обратиться в опеку и прокуратору.

Они были моим главным оружием. Максим не вписан в свидетельство о рождении. Юридически он для Маши — чужой мужчина. Я напишу заявление не о «конфликте родителей», а о «противоправном удержании несовершеннолетнего ребёнка посторонним лицом, не имеющим на то законных прав».

Это совершенно другая статья. Я подробно опишу все его угрозы, его агрессию, то, как он буквально вырвал её из кроватки. Одно дело — спор отца и матери. Совсем другое — действия мужчины, чей статус отца не установлен.

Да, я сознавала, что он первым делом сделает тест на отцовство. Поисковик выдал информацию, что стандартный тест ДНК делается от 3 до 14 рабочих дней. Но зная Максима, я была уверена, что он закажет срочный, который делается за сутки. Получается, у меня было не так много времени. И действовать надо было быстро. Именно поэтому я собралась подключить телевидение.

Это будет настоящая информационная война.

Максим всегда дорожил своей репутацией. А сейчас тем более. Что, если обратиться в новости? И рассказать про бизнесмена Одинцова, который выкрал ребёнка. И даже этого мало.

Надо найти номер самого рейтингового ток-шоу или программы, специализирующейся на скандалах. Я расскажу чудовищную историю: «Уважаемый бизнесмен, воспользовавшись своим физическим превосходством, выкрал из дома годовалую дочь». Я покажу его фотографию. Назову его имя. Пусть весь город узнает, на что способен «успешный» Максим Одинцов.

А ещё... надо было обратиться к Арине. Готова ли она воспитывать чужого ребёнка? Как она отреагирует на то, что у Максима появилась дочь от бывшей жены? Сможет ли он совмещать их? Мысль о том, чтобы обратиться к ней, вызывала отвращение, но я была готова на всё.

План был жёстким. Я собиралась растерзать его жизнь: официальными проверками, публичным скандалом, ударом по личным отношениям.

Я отложила ручку и подошла к окну. Ночь была тёмной и беззвёздной. «Ты хотел играть по-крупному, Максим? — мысленно обратилась к нему. — Что ж, получай. Ты отнял у меня дочь. Я отниму у тебя всё остальное: репутацию, покой, иллюзию контроля. И когда ты будешь окружён со всех сторон, ты сам привезёшь её обратно».

Глава 13

Первая ночь в роли отца обернулась кошмаром. Идиллическая картина со спящей на моей груди дочерью рассыпалась, как только я попытался переложить её в кроватку. Маша проснулась с испуганным плачем, который вскоре перерос в настоящую истерику.