Чарли Ви – Развод. Уходи к другой (страница 39)

Думать я сейчас не могу. Сердце молотами стучит в висках, разрывая черепную коробку. Боковые стёкла затемнены, и мне почти ничего не видно. Только мечущегося Жору видно хорошо. Вижу, как он замирает, видимо, когда замечает Деда. Несколько тихих выстрелов и Жора уже валится на землю. Закрываю лицо руками.

Нет. Я не мог на такое смотреть. Как бы он меня ни обижал, чтобы не хотел со мной сделать, я не могу бесчувственно смотреть на то, как умирает другой человек. Это больно, страшно и безвозвратно.

Время замирает, а я боюсь убрать руки с глаз, пока не слышу, как открывается багажник и что-то тяжёлое приземляется в машину. Я понимаю, что что-то это Жора. Конечно, Дед забрал его, что не оставлять улик.

– Ну всё, Оль. Можешь возвращаться в свою палату. Больше на тебя никто охотиться не будет, – заглядывает в машину Дед. Уличный фонарь освещает его светлую, густую бороду.

– А Захар где?

– У него дела.

– Какие?

– Оль, для тебя не должно быть это важным. Как сделает, так сразу приедет к тебе., – упрямо отвечает Дед.

– А ты сейчас куда поедешь? К Захару?

– На кудыкину гору.

– Вези меня к Захару, я в больницу не хочу, – смотрю на него, не отрываясь и не уступая.

Дед тяжело вздыхает.

– Ты понимаешь, что в больнице будет? Кипишь поднимется. Возвращайся. Не заставляю меня тебя высаживать.

– Только попробуй. Я Захару расскажу. Вези меня к нему.

– То есть готова в преступлении участвовать. ЕСли поймают меня, тебя тоже загребут.

– Пускай. Это была самооборона. Если бы не ты его, то он бы нас точно не пожалел.

Дед смотрит на часы, вздыхает.

– Ладно. Поехали. Некогда мне тебя уговаривать. Сама будешь с Захаром объясняться.

Я киваю.

Дед садится за руль и выезжает с парковки.

Мчимся по ночному городу, а на душе так спокойно. Будто не было сейчас убийства на моих глазах и труп не лежит в багажнике.

Останови нас сейчас ДПС с таким грузом, загремим с Дедом за решётку, я даже в этом не сомневаюсь. Долго едем по городу, петляем. И примерно через час выезжаем на окраину города. Я здесь никогда не была. Старая стройка, заброшенная. Бетонные плиты попадали, где построены были два и три этажа. Но Дед идёт к яме с разрушенным фундаментом. Обходит её, здесь за деревьями стоит маленький кирпичный домик.

А внутри на старом диване сидит Захар.

– Оля? – он сразу встаёт, как только видит меня. – Зачем ты приехала?

Апатия, неуверенность, страх – всё это пропадает. Вышло из меня так же, как лекарства через мочу.

Я рада его видеть, безумно рада. Бросаюсь к нему навстречу. Обнимаю за талию.

– Господи, я так скучала, – шепчу, прижимаюсь щекой к его твёрдой груди.

– Оля, дурная. Ну зачем? ЗАчем? Я бы завтра сам к тебе приехал.

– После всего, что было, я больше не хочу ждать.

– Кх-кх.

Позади меня раздаётся смешок, похожий на карканье вороны.

Поворачиваюсь и вижу Ксюшу. Она пристёгнута наручниками к стулу ,но даже в таком виде усмехается, глядя на нас.

– Дура ты, Оля. Самая последняя дура. Всё проебала. А могла бы жить с мужем с деньгами на Бали или Мальдивах. А теперь ни хрена у тебя не будет. Тебя всё равно убьют. Ради таких денег любой убьёт.

– Вот кто, кто, а дура, это ты! – отстраняюсь от Захара и смотрю на Ксюшу не мигая.

Я будто её в новом свете увидела. Лживая, завистливая, порочная. Как в одном человеке может быть столько грязи и предательства?

Она задирает свой подбородок, глядя на меня свысока.

– Я и без этих денег смогу жить хорошо. А вот ты осталась вообще без всего. Без своей крыши, без Жоры, без денег. А самое страшное знаешь, что?

Она не отвечает словами, только пренебрежительно поднимает бровь.

– Жизни ты своей тоже лишилась. Навсегда.

Глава 48

Дед вытаскивает из-за пояса пистолет и направляет на Ксюшу. В её глазах промелькивает страх. Неужели это я решила её участь?

Захар тянет меня за талию.

– Идём, Оля.

Я отворачиваюсь и иду вслед за Захаром, немного растерявшись оттого, что они так быстро решили привести в действие мои слова. Мне достаточно было увидеть в её глазах страх, и сердце подло заныло. Она бы меня не пожалела, а мне её жалко.

Вот как так? Она ведь подлый человек, она заслужила наказание, а мне её жаль.

– Захар…– замедляю шаг, смотрю ему в глаза. – А может, не надо убивать?

Он не усмехается и не качает разочарованно головой ,как это сделал бы Женя. Просто смотрит молча.

– Ты хочешь, чтобы она жила и опять пакостила тебе? Такие люди не меняются, Оля.

– Я знаю.

– Оля, Оленька. Прости меня, – пищит Ксюша, заметив, что мы остановились. – Оля, я знаю, ты не такая. Ты намного добрее и дашь мне шанс всё исправить.

Оглядываюсь на неё, снова смотрю на Захара.

– Решать тебе, – говорит он. – Я могу сдать её в полицию. И она когда-нибудь всё равно выйдет.

Бывают в нашей жизни моменты, когда ты осознанно совершаешь зло во благо светлого будущего. Правильно это или нет… не знаю. Но я обещала себе, что больше никогда не дам себя в обиду. Обещала Захару не сдаваться. У Ксюши был шанс и не один раз помочь мне…но она не помогла.

– Делай, как считаешь правильным, – отвечаю Захару, запрятав свою жалость. Лучше я приберегу её для других. Для тех, кто это оценит.

Захар смотрит на ДЕда и кивает ему.

А когда мы выходим из комнаты и отходим к машине, раздаётся тихий звук выстрела.

Для меня он звучит как точка в этом безумном приключении.

– Теперь я надеюсь всё?

Захар опирается о машину, складывает руки на груди и качает головой. Смотрит себе под ноги, будто специально избегает моего взгляда.

– Садись в машину, я тебя в больницу отвезу.

– Захар.

– Ты трясёшься.

Обхватывает мои плечи, руки у него горячие, как всегда. Снимает с себя куртку и накидывает на меня, всё так же избегая взгляда.

– Захар! Посмотри на меня! – и, к моему удивлению, он слушается. Смотрит. А взгляд грустный, чувство такое, будто прощаться хочет навсегда.

– Что не так? Почему ты изменился? Я…я…просто скажи, пожалуйста, то, что было между нами…всё закончилось? Я всё придумала себе, да?