Чарли Ви – Развод. Уходи к другой (страница 30)

Приказывает Жоре и тот неохотно подчиняется. Берёт меня рукой за шею и толкает вперёд, к дому.

– Не трогай меня!

– Побрыкайся ещё. Не посмотрю на твоего мужа, выдеру так, что мало не покажется.

– Может, мужа и не боишься, но и Циклоп тебя за это по голове не погладит.

– О, какая ты осведомленная. Поверь, я найду что ему сказать.

И хоть меня распирает от злости и ненависти, я всё же решаю немного помолчать, пока не увижу этого треклятого Циклопа. Столько разговоров о нём, все боятся, лишь разговорами нагоняют страх.

Мы поднимаемся на второй этаж. Дом намного богаче, чем тот, в котором держали меня.

Как только за мной захлопывается дверь, бросаюсь к окну. Но все ручки сняты, окна не открыть. Пластиковые пакеты я вряд ли смогу разбить. В комнату не так много мебели. Двуспальная кровать, комод , прикроватные тумбочки. Обыскиваю каждый ящик, может, мне повезёт, и я наткнусь на что-то острое. Было бы отлично отомстить им за Захара: и Жене, и этому одноглазому циклопу. Но в ящиках лежит какая-то мелочь. Несколько книг, рамка для фотографий пустая. Зато стекло от рамки, самое настоящее. А если её разбить…Главное, чтобы сломалось не вдребезги, а на тонкие куски.

Сдёргиваю с кровати подушку и покрывало ,вынимаю стекло из рамки и кладу его на покрывало, а сверху накрываю подушкой, чтобы никто не слышал, звук битого стекла. После нескольких попыток разбить стекло , мне всё-таки это удаётся.

Теперь надо найти, чем обмотать конец, чтобы можно было спокойно держать в руках и не пораниться. Отрываю кусок простыни, навожу порядок. Не знаю, такие ли заточки делают в тюрьмах, но ничего другого я придумать не могу. Да и времени нет. У меня будет время только на один удар. Надо будет целиться в шею.

*** ***

(Захар)

Просыпаюсь от громкого шёпота. Из соседней комнаты доносятся голоса.

– Вот зачем ты его притащил? Жить надоело. А если и нас пристрелят, – шепчет женский голос.

– Да, Люда. Не начинай. Мне чё надо было смотреть на него, как он в петле дёргается?

– Ну, спас и спас, а тащить то к нам зачем надо было?

– Эх, молчи, а! Перед человеком неудобно. Мужик хороший.

Поднимаюсь с кровати, горло ещё болит ,и голова пульсирует. За окном уже темно. Это же сколько я времени потерял. Что теперь с Олей и где её искать?

Выхожу на кухню, где за столом сидят хозяева дома. Андрей сразу же подскакивает.

– О, пришёл в себя, а мы тебя будить не стали. Сон – лучшее лекарство, – тараторит он. – Есть, наверно, хочешь? Ты садись, Люда накормит. А в город сегодня уже не уехать. Завтра с утра только.

Сажусь за стол, желудок действительно скручивает от голода. Люда ставит передо мной отварную картошку, сковороду с жареным луком и салат из помидор и огурцов.

Ем молча, обдумываю, что делать завтра. Как найти Олю? Её, скорее всего, увезли к Циклопу. Надо заехать в полицейский участок. Нет, сначала Стаса найду. С ним поговорить надо. Если в отделе стукач, но мне там лучше не показываться.

– Может, сто грамм? – спрашивает Андрей.

– Нет. На завтра мне нужна ясная голова. А вы, Люда, не переживайте, – поворачиваюсь к хозяйке дома, которая ногтем царапает дырочку в клеёнке на столе.

– Они к вам не придут. Им нужна только та девушка. Они её получили, за мной не вернутся. Тем более они же думают, что я умер. Просто не болтайте об этом, и всё будет хорошо. И за помощь я вас тоже отблагодарю , как в город приеду.

– Да ничего не надо, – отказывается Андрей. – Я же по доброте душевной. Уж очень ты порядочным мне показался.

– Спасибо, Андрей! Но я тоже хочу по доброте отплатить. Очень уж вы вовремя появились.

– Ну давай, тогда за доброту и хороших людей. Горло своё продезинфицируй, легче станет.

Он наливает несмотря на мой отказ, рюмку водки, и я опрокидываю её залпом, чтобы не обидеть хозяина.

Глава 37

Утром просыпаюсь в восемь и идём с Андреем к его соседу договориться насчёт машины. Молодой парнишка деловито начинает торговаться. И хоть сумма значительно выше, чем оно того стоит, я соглашаюсь.

Мне просто надо попасть в город. Это волнует меня больше всего.

До города добираемся за час, а утром в десять я уже стою на пороге больницы, где, по словам коллеги Стаса, он и лежит.

– К Орлову не пускаем, – говорит медсестра, словно злобный цербер при входе в чистилище.

– Я его друг. Мне срочно надо увидеть его.

– Зачем? – смотрит на меня поверх очков.

– А зачем навещают больных в больнице?

– Ну если вы с ним поговорить хотите, то не получится, у него челюсть сломана. А также у него множественные гематомы, несколько рёбер сломано, и ему нужен покой.

– Я с ним прыгать не собираюсь. Мне просто надо кое-что узнать, а для этого достаточно, чтобы он моргнул.

– Молодой человек, вы что, русских слов не понимаете?

– А вы?

– И грубить мне не надо, – медсестра отворачивается, полностью потеряв ко мне интерес.

– Не пустите вы, значит, пустит глав врач.

Достаю телефон из кармана, ещё не знаю, кому буду звонить, но несколько знакомых высокопоставленных человек в здравоохранении у меня есть.

И к моему удивлению, даже последней фразы, подкреплённой уверенностью и телефоном в руке, хватает, чтобы медсестра сразу изменила своё решение.

– Халат наденьте и бахилы.

Недовольно бурчит она, протягивая мне халат.

– Что за мужики пошли, хуже баб, чуть что, сразу жаловаться бегут.

Пропускаю последнюю фразу мимо ушей. Уж очень мне не хочется сцепляться языком с этой вечно недовольной дамой.

Следую за ней в отделение реанимации. В палате тихо. Стас лежит с закрытыми глазами. Единственный целый глаз подтверждает, что это действительно мой друг. Другой глаз у него заплыл, всё лицо словно один большой синяк. На шее белый поддерживающий воротник. Голова перемотана бинтом.

Вид избитого друга вызывает во мне ещё большую злость. После того как они меня повесили, я понимаю, что Стас ещё легко отделался, могли бы и насмерть совсем забить. Теперь у меня нет ни капли сочувствия, буду бороться с ними теми же методами.

–У вас есть пять минут, – предупреждает меня медсестра и выходит.

– Стас, – зову его тихо, вижу, как ресницы дрожат, и он открывает здоровый глаз, несколько секунд смотрит на меня.

По взгляду понимаю, что узнал. И то хорошо, с амнезией было бы сложнее найти Олю.

– Привет. Это как тебя так угораздило?

Понимаю, что ответить он не сможет, но хоть кто-то из нас должен сейчас говорить.

–Тебя кто-то сдал из своих? Ты моргни, если да.

Веко медленно опускается и снова открывается.

– Они и до нас добрались. Рассказали про тебя. Олю забрали. Ты же сам понимаешь, после того как она передаст им все акции, от неё избавятся.

Стас снова моргает: значит, я прав. Он шевелит правой рукой, и мне приходит идея.

– Сможешь написать на телефоне адрес, куда её увезли?

Он моргает, и я поднимаю его руку, чтобы он не напрягался, держу телефон перед его глазами. Стас медленно печатает название улицы и номер дома.

Это за городом. Адрес знакомый, где-то я его видел. Не могу вспомнить, где именно.

– Спасибо, Стас, за всё. Ты прости, но мне придётся взяться за это дело самому. Так что посадить Циклопа вряд ли получится. Слишком много причин, чтобы не доводить это дело до суда.

Стас моргает, соглашаясь со мной. Показывает взглядом на телефон. Я опять подношу телефон.