Чарли Ви – Горький вкус измены (страница 2)

Не зря моё сердце болело последний месяц, не зря ёкало каждый раз, когда он задерживался на работе. Я чувствовала, что он изменился. С того самого дня, как она появилась, он изменился. А я…я просто гнала мысли о предательстве. Старалась верить, когда он говорил, что всё хорошо, что любит.

Слёзы застилают глаза.

Что делать?

Я не знаю.

Внезапно я чувствую себя абсолютно беспомощной. Сколько раз приходили женщины ко мне на консультацию. Выговаривались об изменах мужей, сколько раз я слушала о той боли, которую они испытывали, но только сейчас в полной мере я чувствую эту боль. Меня будто выжигает изнутри ядовитой ревностью.

– Насть, ты только не обижайся, что прислала это фото. Просто думаю, ты бы для меня сделала то же самое, – пишет Ира.

– Да. Спасибо, – набирают пальцы машинально.

А я всё сижу в кресле и продолжаю смотреть на фото. Отрешённо разглядываю, как он нежно держит её за талию, а её ладонь лежит на его груди.

Так и хочется ей крикнуть: “ Это мой муж. Мой!”

И неожиданно я понимаю, что должна сказать ей это. Я не готова отдавать Андрея. И хоть мы в браке десять лет я всё так же нежно его люблю. Он мой воздух, моя половинка. Я всегда так думала. Благодарила бога за то, что мы встретились.

Срываюсь с места, накидываю пальто, ботильоны и несусь вниз на первый этаж. Моя машина припаркована недалеко от дома. Сажусь в неё, сердце колотится, отстукивая по рёбрам бешеный ритм.

Куда ехать?

В центр, к кафе? Но они уже наверно ушли.

Беру телефон, набираю номер Андрея, несколько секунд медлю, прежде чем нажать на дозвон.

Он берёт почти сразу.

– Да, малыш. Что случилось?

Господи, голос такой любимый. Обожаю его хрипотцу, и говорит так, будто ничего не случилось. Но не брат-близнец же там на фото. Горло сдавливает, я не могу ничего выдавить из себя. Ещё немного и разревусь прямо в трубку.

– Насть, если ты что-то говоришь, то я тебя не слышу.

Прикусываю указательный палец, чтобы привести себя в чувство. Боль запускает выброс адреналина, и спазм проходит.

– Андрей…ты где? – наконец, выдыхаю из себя.

– Как где? На работе. Ты же знаешь.

– Я сейчас приеду.

– Зачем?

– Надо поговорить.

Бросаю трубку. Завожу двигатель и вжимаю педаль газа в пол.

Визг шин об асфальт громко разносится по улице. Мне плевать. Я всегда была уравновешенной. Учила жизни других, говорила о позитивном настрое и как важно себя любить. И ведь не только говорила, сама всегда была такой. Я не ныла, не пилила мужа, хвалила его, говорила, как сильно люблю. Следила за собой. Не раз девочки на работе говорили, что у меня хороший вкус. Да я и сама знала, что выгляжу хорошо.

Значит, этого мало?

И совсем не в этом секрет счастливой семейной жизни?

До санатория долетаю за полчаса. А ощущение будто секунда пролетела. Я не знаю, что буду ему говорить. Думала, отрепетирую в машине, но в голове такой сумбур, что я едва могу соображать. Сижу несколько минут в машине, чтобы успокоиться. Не хочу, чтобы персонал видел меня в таком виде. Заглядываю в зеркало. С виду всё хорошо. Щёки только мокрые от слёз. Вытираю их и выхожу из машины. Иду в кабинет Андрея.

Он стоит лицом к окну, скрестив руки на груди, когда я захожу, поворачивается.

– Что-то случилось Настя? – снова этот вид будто всё хорошо. А у меня ощущение, что я с ума схожу. Разве можно так прикидываться и врать.

– Да. Случилось! Вот это.

Подхожу к нему и протягиваю свой телефон с открытой фотографией, где он целует Светлану.

Глава 3

Андрей несколько секунд смотрит на фото, не поднимая глаз.

– Уже, значит, кто-то донёс, – отвечает сдержанно.

– А тебя только это волнует? Да?

– Нет.

Снова отворачивается. Холодный как ледяная глыба. Не узнаю в нём своего Андрея. Он никогда не был таким.

– Андрей…неужели ты не хочешь мне ничего объяснить. Неужели я не заслужила правды? – слёзы текут так обильно, что перед глазами всё размывается. А в сердце боль дыру прожигает.

– А что тут объяснять? Ты и сама всё видишь, – отвечает всё так же холодно, даже немного с раздражением.

– Почему? – шепчу еле слышно, не хватает воздуха говорить громче. – Что в ней есть такого?

– Я не знаю, Насть. Не хочу оправдываться. Да и незачем. Ты и сама видела.

– Не могу поверить, что ты с ней…– голос срывается, и я замолкаю.

Мне даже страшно подумать об этом, а произнести ещё страшнее. Будто сказанное мгновенно исполнится, если произнесу вслух. А так хотя бы есть надежда. Крохотная, но есть.

Муж смотрит в пол, играет желваками, сжимает кулаки в карманах брюк.

– Я виноват. Согласен…– наконец, произносит он и добивает.– Нам лучше разойтись, чтобы больше не мучить друг друга, – поднимает голову и смотрит на меня совсем не так, как раньше. Очень холодно и равнодушно.

А у меня сердце обрывается и летит в пустоту.

Лучше бы злился, так я хотя бы чувствовала, что ещё не всё потеряно.

Но я должна знать. Должна услышать от него.

– Вы спали? – выдыхаю с трудом, будто сами слова причиняют боль. – Посмотри на меня Андрей. Я заслужила знать правду. Вы спали?

– Да.

Короткое слово, словно выстрел, разбивает моё сердце на куски. И даже услышав его, мозг отказывается верить. Ведь я так люблю его. Всем сердцем, всей душой. Мы клялись любить друг друга всю жизнь. Он сам обещал, что никогда не предаст и не изменит. И сам же нарушил клятву.

Как ты мог? – кричит моё сердце.

Хочется ударить его, сделать так же больно как и мне сейчас, но как бы я его ни ударила, я знаю, что физическая боль не сравнится с душевной.

Воздуха в лёгких становится всё меньше и меньше. Перед глазами появляется тёмная пелена, последнее, что чувствую лёгкость, будто лечу куда-то и голос Андрея.

– Настя!

*** ***

– Андрей Русланович, вот вода, – слышу женский голос сквозь сон.

Открываю глаза, передо мной испуганные глаза мужа. Я лежу на боку, на диванчике в его кабинете. Он стоит передо мной на коленях.

– Как ты? – спрашивает меня, обтирает лоб влажным платком.

Воспоминания лавиной обрушиваются на меня. Ещё секунду мне было так хорошо, а теперь снова становится больно.

– Не трогай меня, – шепчу ему и хочу встать, но Андрей придавливает меня рукой.

– Сначала приди в себя.

– Мне уже лучше.