Чарли Ви – Бес (страница 4)

— Я не знаю, что он там тебе наговорил, но слушай меня сюда, — шипит, словно змея. — Костя — мой, и даже не пытайся к нему в кровать забраться. Поняла? Так что вещи собирай свои и вали отсюда. А я скажу ему, что ты решила уйти. Иначе я тебе такую жизнь устрою, мало не покажется.

Смотрю на девушку, слышу шум воды из ванной. Значит, пока Костя в ванной, решила разделаться с конкуренткой. Хотя какая я ей конкурентка?

— Ну чего встала? Вещи свои забирай и вали.

Приседает и поднимает мой рюкзак с пола, швыряет мне его в руки.

— Ты что, глухая?

— Нет. Не глухая.

— Тогда топай отсюда, — указывает мне рукой в сторону коридора.

Первый порыв, сорваться с места и сбежать, но тут же останавливаю себя. Подбородок упрямо стремится выше.

Я столько хамства уже видела по отношению к себе. И если раньше сразу реветь начинала от несправедливости, со временем у меня выработался защитный рефлекс — я просто делала всё поперёк.

— Меня привёл сюда Костя, он меня и будет из квартиры выставлять.

Незнакомка с бешеной злобой в глазах бросается на меня. Я даже отреагировать не успеваю, как её рука хватает меня за волосы.

— Я сказала, пошла вон, — шепчет она и тащит меня к выходу.

Мне бы извернуться и врезать ей по ноге, но кожа на голове так больно, что мне кажется, если я отпущу её руку, то она снимает мне скальпель вручную.

— Что за бабы пошли наглые. Вылезла из какой-то помойки, и всё туда же. Будто кроме Беса, мужиков не осталось.

— Отпусти! — рычу я.

Когда она останавливается перед входной дверью, я бью её по колену ногой.

— Ты что, совсем сдурела? — уже не сдерживаясь, орёт она. — Ты мне ногу сломала! Аа, моя нога.

Она падает на пол, обнимает больное колено. Я в ужасе смотрю на истеричку и ужасную актрису. Ни слезинки у неё, а рыдания зато слышны, похоже, не только в квартире.

Из ванной на шум выходит Костя. Придерживает белое полотенце на узких бёдрах.

— Карина? Что случилось?

— Где ты взял эту ненормальную? Она напала на меня.

Костя поднимает удивлённый взгляд на меня, а я и ответить ничего не могу, от шока. Нет. Мне много людей мразей попадалось, но эта Карина в своей подлости перещеголяла всех.

— Аня, что случилось? — спрашивает Костя.

— Я же тебе уже ответила, что случилось, — перебивает его Карина. — Она меня ударила. Пнула по колену. У меня даже что-то щёлкнуло. Она мне ногу сломала.

Снова начинает причитать Карина, поглаживая больное колено.

— Я не хотела так сильно, — наконец, отвечаю я.

Костя приседает перед ней на колено.

— Ну-ка, дай посмотрю.

— Не надо! Вызови скорую, — воет Карина.

— Карина, прекрати истерику. Не думаю, что Аня могла ударить тебя с такой силой, чтобы сломать ногу. Дай посмотрю.

Карина убирает руки от колена. Невооружённым взглядом видно, что с коленом всё нормально. Нет ни припухлостей, ни покраснения.

— Можешь встать? — Костя протягивает ей руку, но она снова начинает хныкать.

— НЕ могу. Я боюсь на ногу вставать.

— Карин, не прикидывайся. Нормально у тебя всё с коленом, — говорю я, пытаясь перекрыть Каринины стенания.

— Тебе-то откуда знать? Ты маньячка, — огрызается Карина и всё так же продолжает сидеть на полу. Косте приходится поднять её на руки и нести до дивана.

Обидно до глубины души, что таких ещё и на руках носят. Она же всю сцену специально разыграла, чтобы меня обвинить во всём. Теперь неизвестно, что про меня Костя подумает.

— Кость, извини. Я не специально. Она меня за волосы схватила больно, хотела выставить…

— Нет, ты только посмотри тварь какая! Я ей чай предложила, по-доброму отнеслась. А она меня покалечила ещё и врёт нагло.

Поднимаю совершенно ошарашенный взгляд на Костю. Тот смотрит на меня. Я лишь качаю головой.

— Костя, это неправда, — шепчу я, но меня неслышно из-за воплей Карины. — Я бы никогда так не поступила.

— Карина, заткнись уже, — не выдерживает Костя и прикрикивает на свою подругу. — Сейчас скорую вызову, если тебе так больно.

Глава 5. Друзья

После резких слов Кости Карина, наконец, затихает.

— И что ты ей даже ничего не скажешь? — спрашивает она Костю и бросает на меня взгляд, полный ненависти.

— Нет, Карин. Я ведь не дебил, каким ты меня хочешь выставить. Собирайся.

— Костя, но…

— Никаких “но”. Не знаю, с чего ты решила, что можешь здесь командовать. Я тебе сразу говорил, что никаких серьёзных отношений. Ты согласилась. Какие претензии?

— У меня нет претензий.

— Такси я вызвал, — холодно бросает Костя и уходит в комнату, придерживая полотенце, которое так и норовит сползти.

— Сволочь! — цедит Карина сквозь зубы. — А ты не радуйся. С тобой будет то же самое. Трахнет пару раз и бросит.

Мне даже жалко становится её. Зато Костя открылся с другой стороны. Оказывается, за красивой улыбкой и сексуальным телом скрывается жёсткий характер. Не каждый может выставить девушку из квартиры, пусть даже она была на одну ночь, вот так решительно и грубо.

Через десять минут Карина безмолвно исчезает за входной дверью. И квартире становится очень тихо. Из спальни выходит Костя в джинсовых шортах и с обнажённым торсом. Его, видимо, совершенно не смущает ни произошедшая ситуация, ни собственная нагота.

— Надеюсь, она тебя не сильно испугала?

— Ну как сказать. Я в лёгком шоке.

— Да, не обращай внимания. Всё равно ты больше её не увидишь. Идём лучше завтракать.

— Вы расстались? — удивлённо спрашиваю его и иду на кухню. Кружечка кофе сейчас бы не помешала.

— Мы и не были вместе. Так, просто пару разу встречались. Надеюсь, ты не против моих отношений с другими?

От его вопроса я совсем теряюсь. К чему он это спросил?

— Я же не твоя девушка, чтобы быть против. Да и я здесь ненадолго. Как только найду квартиру, съеду сразу, чтобы не мешать твоей личной жизни.

— Вот, сразу видно — умная девушка. Не навязываешься, уважаешь чужую личную жизнь. Ты мне нравишься. Тебе какой кофе с молоком или без?

То утро, да и вообще нашу встречу, я буду вспоминать каждый день на протяжении пяти последующих лет. Костя стал моим благодетелем. Нет, мы не спали. После того случая я осаждала любые его подкаты. Постепенно наши отношения стали дружескими, без каких-либо намёков на заигрывания.

Съехать с его квартиры у меня так и не получилось. После нескольких недель поисков квартиры, Костя предложил продолжить жить и дальше вместе. Его устраивало, что я поддерживала чистоту в квартире, а он забивал продуктами холодильник. Я закрывала глаза на его любовные похождения, а он устроил меня на работу кассиром в свою автомойку. Он с друзьями держал сеть автомоек по всему городу. Костя стал для меня ангелом-хранителем, который с лёгкостью решал любые вопросы и проблемы. Стоило только мне заикнуться, что кто-то меня обидел, на следующий день этот человек шёл ко мне с извинениями. Нет, я не зазналась. Просто старалась как можно реже жаловаться, чтобы сохранить нормальные отношения с коллективом. Мы стали лучшими друзьями, которые и в горе и в радости были вместе. Справляли праздники, поздравляли с днём рождения. Я могла простить ему любое чудачество, даже торт с утра в лицо. А он относился ко мне как к младшей сестре. Всегда интересовался как у меня дела как учёба.

Да-да. Я ведь даже поступила в ОмГТУ на менеджмент по совету Кости. Он как-то намекнул, что ему требуется управленец, и неплохо было бы, чтобы я получила образование. Вот так я получила это место, как только поступила.

И всё было отлично, вот только ночами, когда из соседней комнаты в очередной раз доносились стоны новой подружки, я прятала голову под подушку, чтобы не слышать и не завидовать той самой, которую Костя любил. На одну ночь, но любил. Каждую ночь я мечтала о нем и жутко этого стеснялась. Скрывала свои чувства, ведь он привык думать обо мне как о человеке без пола. Иногда Костя даже забывал, что я не мужчина, и мог начать рассказывать такие подробности своей сексуальной жизни, что у меня волосы вставали дыбом. Но я слушала с каменным лицом, не выдавая своих чувств. Скажи мне кто-нибудь раньше, что я как мазохистка буду так любить и мучиться, ни за что бы не поверила. Но я действительно любила. И никакие вразумительные диалоги с самой собой, ни доводы не помогали избавиться от этого чувства.

Спустя четыре года Костя уехал в Москву, оставив квартиру на меня. Я стала жить одна, тоскливо вспоминая, как было здорово с ним. Он иногда заезжал, когда был в Омске, но со временем всё реже и реже.