Чарли Ви – Бес (страница 10)

Ох, бля…

Даже во рту пересохло. Хватаю бокал с шампанским с подноса у рядом проходящего официанта. Осушаю залпом. Я почему-то думал, Аня будет смущаться, краснеть, ну хотя бы нервничать. А это ледяная красотка идёт, подняв подбородок. Рыжие непослушные волосы сейчас собраны в аккуратную причёску. И тёмно-зелёное платье сидит, как вторая кожа.

Гости поздравляют именинницу, а Аня купается в поздравлениях и комплиментах.

Я ведь так и хотел. Но почему-то в груди как-то паршиво.

Да похуй. Надо сегодня оторваться по полной.

Отвожу взгляд от Ани и пробегаю взглядом по толпе, выискивая кого-нибудь из девушек, кто сегодня составит мне компанию. Тёмненькую не хочу, смеётся как лошадь, у другой девушки, мне не нравится плоский зад. Мне нравятся пышные попки, вот как у Ани… А ведь у неё тоже она была худой раньше.

Жалко рыженьких нет, только Аня. Я бы хотел попробовать, насколько они горячие в постели, как о них говорят. У меня за всё время только блондинки в основном были. Карина отбила всякую любовь к темноволосым девушкам. И рыжей ни одной не было.

— Привет, Костя! Давно не виделись, — опускаю взгляд, передо мной стоит подруга Ани, Наташа. Довольно надоедливая особа. Ещё до моего отъезда в Москву проходу мне не давала. Избегать приходилось каждый её приход в гости.

— Привет. Ещё бы столько же тебя не видел, — отвечаю грубо, но мне не хочется портить себе вечер её присутствием.

— А ты всё так же самовлюблён и красив, — язвит пампушка.

— Ну да. А ты всё такая же прилипала.

— Вот ты можешь хоть сегодня мне не грубить? А? Я же к тебе не лезу. Просто поздороваться подошла.

— Если так, то привет. Достаточно?

— Ой, Костя! Господи, это просто… просто волшебно! — словно ураган подлетает Аня.

Теперь в этой восхищённой девчонке я, наконец, узнаю мою Анюту. Вот только стоит обернуться, как взгляд падает не только на лицо, но и на пышную грудь.

От воспоминания твёрдости и вкуса её сосков, до сих пор вышибает дух. Неделю ни о чём другом думать не могу. Ведьма!

— Как тебе удалось собрать столько народу? Ещё и такой шатёр, закуски. Я в восторге, — продолжает щебетать Аня и обнимает меня за талию, прижимается щекой к груди. Ещё немного и она почувствует, как я к ней неравнодушен.

Беру её за плечи и отодвигаю от себя на безопасное расстояние.

— Всё для тебя, дорогая! Надеюсь, теперь ты не сомневаешься в моих способностях организатора?

— Да я в тебе никогда и не сомневалась. Ты лучший.

Подзываю официанта и подаю девчонкам бокалы.

— Ну, Анюта, за тебя! И за твоё здоровье и шикарную грудь, — поднимаю бокал, Аня с Наташей переглядываются. — До дна. Ну же, пейте до дна.

Аня делает глоток, но, глядя на нас, как мы осушаем бокал, продолжает тоже пить до конца.

— С днюхой, Ань! — подхватывает Наташа и лезет обниматься к Ане.

И мне её потискать хочется безумно, но нельзя.

Надо держаться от неё на расстоянии.

Глава 12. Анина днюха (продолжение)

Музыка долбит басами, а я опрокидываю, уже не помню какой шот в себя. И снова ищу глазами Аню.

Она отрывается по полной. Танцует в толпе, извивается как змея, ещё и зелёное платье добавляет сходства. Отворачиваюсь, чтобы не смотреть: и так член колом стоит весь вечер. А блондинка, которая танцует передо мной, ягодицами прижимается к паху, думает, что стоит из-за неё. Поворачивается, обвивает шею руками, что-то шепчет, но я ни хера не слышу. Показываю ей на уши. Она тянет за футболку, чтобы мы отошли от колонок.

— Комната наверху свободна, — слышу сквозь шум музыки. — Может, уединимся?

— Давай, — соглашаюсь машинально, но мне и на самом деле нужна разрядка.

Блондинка ведёт меня за руку, позволяю ей руководить.

Проходим мимо танцпола, замечаю, как Аня опять пьёт шампанское, а хомяк рядом стоит. Придурок, не знает, что ли, что ей пить много нельзя. Надо было бокал отобрать.

Это не моё дело, — успокаиваю себя. — У неё есть парень, она сама его выбрала.

— Какое шампанское вкусное. А можно ещё? — слышу Анин голос. Рефлекторно поворачиваю голову и вижу, что она берёт ещё один бокал.

Блядь.

— Сейчас подожди, — говорю блондинке и прусь к Ане. Он же завтра будет жалеть о том, что творила. А творить она умеет в таком состоянии. Я однажды был свидетелем её буйства. Караулил всю ночь, чтобы не сбежала дальше в клуб танцевать.

— Так, дорогуша, на сегодня хватит, — отбираю у неё бокал. — Иди лучше потанцуй.

— Не хочу. Это моя днюха. Хочу отрываться и веселиться.

— Так отрывайся, только пить больше не надо.

— А что случилось? — влезает Ваня.

— Да ни хуя. Ты, блядь, не видишь? Ей пить нельзя. Чё глазами хлопаешь? Следи давай за ней, твоя же девушка.

А за Аней следить ещё как надо. Она уже платье тянет наверх через голову. Оголяет аппетитные ягодицы.

Торможу секунду, ах… уеть, вот это тело. И сейчас его увидят все. Рывком подлетаю к Ане, пытаюсь натянуть платье обратно.

— Аня, ты, что совсем перепила? Ну-ка оденься, — ору на неё.

Ваня же её долбоеб стоит, совершенно опешив, хлопает глазами. Аня сопротивляется.

— Я купаться хочу. Отпусти!

Я уже жалею, что доверил её хомяку. Надо было с самого начала контролировать, сколько она выпила.

— У тебя купальника разве нет с собой?

— Я не помню, где он.

Она приседает и выскальзывает из платья. Едва успеваю её поймать.

— Стой, блядь. Футболку мою надень хотя бы.

— Давай.

Я думал, она без бюстгальтера, но она в нём, только лифчик без бретелек, кажется, ещё немного, и грудь выскочит на всеобщее обозрение. Пиздец какая тугая. Такую бы сжать и не выпускать… И мне совсем не хочется, чтобы её видели все присутствующие. Тяну с себя футболку через голову.

— Ух ты! Мне всегда нравились твои кубики, — Анин язык начинает жить своей жизнью, когда она выпьет. Вот и сейчас неожиданно слышать от неё подобное. Даже не представляю, как она будет завтра всё своему хомяку объяснять.

— Ко мне повернись, руки суй, — командую и надеваю на неё свою белую футболку. Она ей как платьишко, и, слава богу, попу скрывает.

А Аня уже через рукав бюстик свой вытащила и на скамейку бросила, в воду лезет.

Вот как уйти?

Сейчас ещё утонет. Эпичное такое будет день рождения со смертью именинницы.

— Ань, далеко не отплывай, — подхожу к краю бассейна.

Приседаю — и снова оцепенение. Никак привыкнуть не могу, как гадкий утёнок в лебедя превратился. Аня восхитительна, на русалку похожа. А моя белая футболка ни хрена, оказывается, не скрывает. Розовые соски просвечивают сквозь ткань.

Ребята, которые танцевали, следуют Аниному примеру и раздеваются тут же на краю, прыгают в воду.

Вокруг Ани уже круги нарезает один придурок упитый.

— Аня, плыви сюда, — зову её, а голос подозрительно хрипит.

Аня игнорирует, плещется.