Чарли Маар – Инспектор, спасите сына! (страница 21)

Пока мы едем до съемной квартиры, я не произношу ни слова. Ярослав тоже молчит, то ли ему нечего мне сказать, то ли просто не хочет пока начинать разговор.

Ключи от квартиры у меня в кармане, так что внутрь мы попадаем без особого труда.

— Где именно была фигура, о которой вы рассказали? — спрашивает меня Саид.

Я снова в подробностях пересказываю случившееся прошлой ночью. Чем чаще я говорю об этом событии, тем страшнее мне становится. А что, если это был тот самый человек, который сегодня нас преследовал? А что, если он уже вчера хотел выкрасит Егора?!!

Меня снова начинает трясти. Я сижу на кухне, пока следователи осматривают квартиру и замок на входной двери.

— Ну, мы пока закончили. Будем на связи, — сообщает Давид, показавшись в дверях кухни. Следователи уходят, а Ярослав остаётся. У меня снова текут слёзы.

— Мне… Страшно… — тихо говорю я дрожащим голосом.

Я поднимаю на Савельева измученный взгляд.

— Поедешь пока ко мне, — говорит Ярослав. Я лишь киваю. На большее сил у меня нет.

Глава 27

Василина

Я запираю квартиру. Вместе с Ярославом мы спускаемся вниз и садимся в его машину. Погружённая в свои мысли и беспокойства о сыне и подруге, я даже не замечаю, как мы доезжаем до его дома. Я смотрю на знакомый мне подъезд. Поднимаю голову и смотрю на окно, из которого в далёком прошлом, будто бы в другой жизни, я выкидывала запеченую курицу. Хочется спросить, будто бы удостовериться, неужели он и правда все ещё живет в этой квартире? Но я молчу. Нет сил спрашивать. Да и Савельев всю дорогу не проронил ни слова.

Из автомобиля мы выходим вместе. Идём к подъезду. Он открывает дверь. По ступенькам мы тоже поднимаемся в полной тишине. Это угнетает меня. Мне кажется, что он злится, но… Я не уверена, потому что злым или раздражённым он точно не выглядит. Зато выглядит очень задумчивым.

Он открывает дверь и пропускает меня внутрь. Зайдя в квартиру, я останавливаюсь прямо посреди коридора. Здесь будто бы и не изменилось ничего. Только что переступив порог этой картины, я словно шагнула куда-то в прошлое. Ведь было так много тёплых и счастливых моментов между нами. Как жаль, что все это разрушилось.

Вздохнув, я снимаю с себя обувь и прохожу вглубь квартиры.

— Проходи на кухню сразу. Сделаю тебе чай. Ты много плакала сегодня, медики сказали, что тебе нужно пить больше жидкости, — слышу я голос Ярослава у себя за спиной.

Я сворачиваю в сторону кухни. Подойдя к плите, я зажигаю конфорку и ставлю чайник греться, после чего, обняв себя за локти, подхожу к окну и смотрю на двор. В голову лезет столько воспоминаний. И каждое из них начинается так счастливо и тепло, но тут же все хорошее разбивается на осколки, ведь вместе с добрыми воспоминаниями, я вспоминаю всю ту боль, что я ощутила, когда узнала о коварной измене, что совершил Ярослав.

Стиснув крепче свои локти, я тяжело вздыхаю.

— Может, все — таки поговорим? — произносит Савельев. Его голос заставляет меня вздрогнуть и обернуться к нему.

— О чем? — спрашиваю я тихо.

— Почему ты решила скрыть ребёнка? — поясняет Ярослав, после чего сразу добавляет: — И что это за измена такая, про которую ты сегодня заикнулась там, на трассе. Потому что лично я не припоминаю, чтобы изменял тебе когда — нибудь, — говорит он вполне серьёзным тоном и встаёт недалеко от меня.

Я сажусь за стол, потому что внутри меня все вертится и крутится, не могу спокойно стоять на месте.

Савельев ставит на стол два бокала, а передо мной появляется коробка с разными чайными пакетиками на выбор.

Я беру один из них и кладу себе в бокал.

— Не притворяйся… — произношу я наконец. — Все ты прекрасно понимаешь. Я тогда ждала тебя дома, хотела сказать о том, что у нас будет ребёнок… А ты… Тусовался и лобызался в клубе с какой-то девкой… Мне Рита скинула видео, так что твои отговорки просто неуместны…

Я отвожу взгляд в сторону окна. Не хочу смотреть на него.

— Рита, говоришь? — переспрашивает меня Савельев. Я поворачиваюсь к нему и смотрю с вызовом.

— Да, Рита. А что? — хмыкаю я.

— А то, что ни с какими девушками я не лобызался. Хотя, не спорю, в тот вечер я и правда приезжал в тот клуб, где работала твоя подруга. Вот только это она мне позвонила и попросила заехать к ней. Сказала, что клиент какой-то неадекватный. Ну я и заскочил туда после работы. Но я там лишь вывел одну немного неадекватную девицу на улицу, не более того. А самое интересное, что после того, как ты сбежала, эта самая подруга Рита, начала подбивать ко мне клинья. Постоянно звала меня куда — нибудь и всячески пыталась соблазнить, — заявляет Ярослав. — Ну что, все ещё веришь своей старой подруге Рите? Потому что у меня создаётся впечатление, что это все было очень тщательно построено, — заключает Савельев.

Я сижу, ошарашенно смотря на него.

«Что?…»

Я начинаю вспоминать то злосчастное видео, разрушившее наши взаимоотношения. Там было ощущение, что он и правда ее целует, ту незнакомую мне бабу, но…

Я прикрываю ладонью глаза. Ярослав встаёт, снимает чайник с плиты и наливает нам в бокалы кипяток.

— Переубеждать я тебя не буду, — снова подаёт голос Савельев. — Но, ты как — нибудь сама подумай, поразмышляй, когда теперь знаешь все составляющие, — хмыкает мужчина.

— Угу… — отзываюсь я тихо.

После того, как мы выпиваем чай, с позволения Ярослава, я иду в душ. Мне нужно хоть немного себя привести в порядок. Конечно, голова теперь вообще забита под завязку. Буквально разрывается. Мысли мечутся от рассказанного Савельевым к тому, что произошло сегодня. Алина… Егор… Та чертова машина. Меня снова начинает потрясывать. В голове просто мешанина из мыслей.

Ополоснувшись, я выхожу из душа. На стиральной машинке лежит чистое полотенце и вещи Ярослава. Кажется, это он приготовил для меня. Вытеревшись, я переодеваюсь в его футболку, в которой просто утопаю, и натягиваю спортивные штаны. Они мне очень длинные, но я подворачиваю штанины. Благо, что штаны оказываются на завязочках, хоть не падают с меня.

Время пролетает так быстро. Когда я выхожу из душа, становится уже темно.

Савельев, пока я приходила в себя после всего услышанного, уже расстелил постель на диване.

— Это мне, — вдруг говорит он, пока я показываюсь в комнате. — Я ещё немного поработаю, поэтому лягу в гостиной. А ты ложись в спальне на кровати.

— Спасибо… — тихо говорю я, стоя посреди комнаты. Осознание того, что впервые за столько лет я буду засыпать одна без сына рядом, приводит меня к очередной накатывающей истерике. Я даже не замечаю, как подрагивают мои руки, но стараюсь не плакать изо всех сил.

— Василин, у тебя фотографии сына есть? — спрашивает он.

— Фото… графии? — переспрашиваю я, чувствуя, как уже не только руки, но и губы мои начинают дрожать. — Ах, да… Фотогарфии… Егорки… Они в телефоне… Сей-сейчас… — всхлипнув, я беру свой телефон с тумбочки и начинаю перебрасывать Савельеву фотографии сына.

— Так… — Ярослав, очевидно заметивший мое состояние, поднимается со стула и уходит на кухню. Через несколько мгновений он возвращается с бокалом воды и таблеткой успокоительного.

— Пей, — уверенным тоном произносит он. — Иначе ты не выдержишь.

Я беру таблетку и выпиваю, едва не расплескав всю воду из бокала.

— А ты? — спрашиваю я тихо, смотря на мужчину.

Савельев качает головой.

— Я справлюсь. Уже привык. Работа такая, — отвечает он мне.

— Спасибо… — тихо говорю я. Он провожает меня до спальни и укладывает в кровать. То ли из-за пережитого сегодня стресса, то ли благодаря успокоительным, но я очень быстро погружаюсь в глубокий сон.

Глава 28

Василина

На следующее утро я просыпаюсь и сперва не понимаю, где я вообще нахожусь. Мгновенно на меня начинает накатывать небольшая тревога, распространяющаяся со скоростью вихря. Первый испуг проходит, когда я замечаю старый комод.

«Мой старый комод… Точно. Я же в квартире у Ярослава… А Алину и Егора… Похитили…»

Я медленно сползаю с постели.

— Яр? — зову я тихо и осторожно. Он мне не отвечает. Я обхожу всю квартиру, и понимаю, что я здесь совершенно одна.

Схватившись за свой телефон, я сразу же набираю ему. Трубку Савельев берет только со второго раза.

— Черт! Ярослав! Ты где? — нервно спрашиваю я в трубку, кусая свои губы. Я очень сильно разнервничалась.

— Василин? Проснулась уже? — раздаётся в трубе голос Савельева. — Я не стал будить тебя, ты отдыхай, я скоро приеду.

— Ты где? — снова нервно спрашиваю я. — Просто скажи мне, где ты! — я повышаю голос, чувствуя себя немного не в своей тарелке.

— Вась… Слушай… Ты можешь просто отдохнуть? Тебе следовало бы. Я правда скоро уже подъеду, — пытается урезонить меня Ярослав. Но я не поддаюсь на его уговоры.

— Куда ты ушёл?! — снова спрашиваю нервно я.

— Это по твоему делу, — сдаётся Савельев. — Я сам до конца ещё не уверен, но, возможно, появилась какая-то зацепка и, в общем, мы ее сейчас прорабатываем.

Я слышу на другом конце трубки тяжелый вздох. Ярослав будто сам понимает, что сказав мне это, уже не отвертится, но он ведь все равно сказал.

— Почему ты не разбудил меня? Почему не сказал? — тут же завожусь я, нервно теребя край занавески и маяча перед окном.