Чарли Маар – Инспектор, спасите сына! (страница 13)

— Егорка, попроси прощения у девочки, будь хорошим мальчиком, — говорю я.

Егор подходит к девочке и произносит немного хмуро.

— Прости меня, — говорит он.

Девочка смотрит на свою маму, потом кивает и подходит к Егору.

— Простите, — говорю я, обращаясь к маме этой девочки.

— Да ничего, все в порядке. Это ведь просто дети, — говорит девушка.

— Да, — я улыбаюсь.

— А я вас здесь раньше не видела, вы недавно переехали? — спрашивает меня девушка и смотрит на подошедшую к нам Алину, которая немного нервно улыбается. Кажется, она боится, что ее узнают.

— Да нет, мы здесь проездом. По делам в городе, — говорю я мягко.

— Понятно, — говорит с улыбкой девушка.

Мы ещё немного общаемся, болтаем в основном о детях, мне даже кажется, что эта девушка довольно милая и позитивная. Мы с ней сразу находим общий язык. А вот Алинка очевидно нервничает, поэтому общается довольно скомкано.

Пообщавшись немного, мы прощаемся, даже договариваемся, что обязательно ещё раз встретимся, может быть даже на детской площадке, после чего я беру Егорку за руку, и мы с Алиной ведём его с детской площадки, решив сначала зайти в магазин, а потом уже отправиться домой.

Глава 17

Василина

Проснувшись с утра пораньше, я первым делом завариваю себе чашечку горячего кофе. Сегодня мне предстоит много дел. Спасибо Алинке за то, что она съездила к нотариусу и взяла полный список всех документов, которые мне необходимо собрать.

Теперь осталось самое главное, найти все эти бумажки и отнести их в нотариальную контору.

Пока я пью кофе, из гостиной медленно выплывает заспанная и взъерошенная Алинка.

— Доброе утро, — улыбаюсь я, смеясь с ее необычного вида. — Причесон у тебя сейчас, конечно, что надо! — добавляю я, потягивая кофеёк из кружки.

— Отстань, — бормочет Алинка, широко зевая. — Думаешь мне по кайфу вставать в такую рань… — недовольно протягивает она, плюхаясь рядом со мной за стол.

— Ну, ты сама захотела остаться, — парирую я, продолжая тихо смеяться. — Могла бы со спокойной душой вернуться и работать, — подмечаю я и тут же встречаюсь с недовольным видом подруги.

— Ой все, — фырчит она. Алинка встаёт из-за стола и тоже наливает себе кружку кофе. Потом подруга садится обратно и смотрит на меня примирительно. — Если уж выбирать между тем, чтобы «встать пораньше и пойти на работу» и «встать пораньше и остаться валяться дома», я выбираю второе! — усмехается Алинка.

— Тогда Егорка сегодня на тебе, — говорю я, улыбнувшись подруге. — Он, конечно, уже поправился вроде бы, но ты все равно измеряй ему температуру в течение дня, ладно? И, если вдруг что, таблетки ему дай, — даю я Алинка наставления.

— Да не переживай ты так. Все будет хорошо. Ты сейчас куда? — спрашивает меня подруга.

— Поеду на квартиру, — вздыхаю я тихо. — Надо поискать все нужные документы, — поясняю я. Алинка сразу же активно кивает, потому что помнит тот огромный список бумажек, которые мне нужно собрать для нотариальной конторы.

— Ну, тогда удачи тебе, — усмехается подружка.

Я вздыхаю и смотрю в свою кружку.

— Да уж, удача мне бы сейчас точно не повредила, — бормочу я тихо. Допив свой кофе, я встаю из-за стола. Кружку я оставляю в мойке, потому что Алинка обещает мне, что сама все помоет. Так что я беру сумку и иду одеваться.

Егорка ещё спит, так что я прощаюсь с подругой:

— В общем, если что, мы с тобой на связи, да? — уточняю я. Я не волнуюсь, потому что знаю, что с Алиной Егорка точно будет в безопасности, но мне так сильно не хочется никуда ехать, что я, кажется, готова сейчас придумать любую причину, лишь бы остаться дома.

— Не переживай, все в будет в полнейшем порядке! — уверяет меня подруга. — Я буду на связи. Езжай со спокойной душой и делай свои дела! Давай уже! Чем быстрее начнёшь, тем быстрее закончишь, — произносит она уверенным тоном.

Я киваю, забираю ключи от машины и выхожу из квартиры.

Спустившись вниз, я сажусь за руль и включаю тихонько радио, чтобы музыка играла фоном. Настроение у меня паршивое. Мне совершенно не хочется туда ехать. Счастливых воспоминаний, связанных у меня с детством или той квартирой просто нет. Один негатив, раздражение, злость и разочарование.

Приехав в свой старый двор, я останавливаю машину на парковке и поднимаюсь наверх.

Больших усилий мне стоит сделать это. Встав перед дверью своей старой квартиры я ещё некоторое время просто смотрю на неё. Пальцы крепко сжимают старую связку ключей.

«Ладно… Это просто квартира. Просто помещение и все..»

Сунув ключ в замочную скважину, я проворачиваю его несколько раз, потом отпираю нижний замок и, наконец, попадаю внутрь.

В нос мне тут же ударяет затхлый запах. Ну, а чего ещё можно было ожидать? Тут, наверное, целую вечность не проветривали. Когда первая спёртость проходит, я улавливаю прокуренный «аромат» табака, который пропитал наверное всю квартиру. Это невольно откликается во мне воспоминаниями о прошлом.

Отец только и мог делать что курить да бухать…

***

— Это ты меня ещё учить будешь? А ну пошла нахрен отсюда, овца тупая!!! — голос отца режет слух. Он снова делает это. Снова нажирается на кухне в компании своих дружков — алкоголиков.

Как же обидно. Как больно. И сколько я не прошу его перестать, все бестолку!

Злость не помогает. Слёзы тоже. Но они все равно льются рекой, ведь слышать такое от отца — это самое обидное. Ведь кроме него у меня нет вообще никого.

Бросив школьный рюкзак с оторванной лямкой в коридоре, я бегу что есть сил. Вниз по лестнице. Прочь из этого дома. Прочь от этого человека.

Слёзы застилают глаза.

Когда я выбегаю на улицу, из окна квартиры я все ещё слышу его голос.

— Потаскуха несчастная! Тупица! Когда мозги заимеешь, тогда и возвращайся! — рычит отцовский голос на всю округу. Мало того, что он дома мне жизнь портит. Так он ещё и на всю улицу такое орет. Позорит меня. Как же стыдно…

Я бегу из двора, стараясь как можно быстрее скрыться отсюда, как вдруг натыкаюсь на что-то твёрдое. Подняв залитые слезами глаза, я различаю знакомое лицо.

«Черт… Это Яр…»

— О… Привет, — парень хватает меня за плечи, поймав и тем самым не дав мне упасть после столкновения с ним. — Вась, а ты чего? Плачешь что ли? — спрашивает он.

— Отстань, — хнычу я, выпутываясь из его рук и вытирая слёзы кулаками.

Яр стоит передо мной в трико и олимпийке, а на плече у него висит спортивная сумка. С тренировки, наверное, идёт…

— Опять отец напился? — спрашивает меня Яр.

От его вопроса мне только хуже становится.

«О том, что мой отец алкаш, что, уже вся школа знает?!!!»

Я и ответить не успеваю, как Яр вдруг приобнимает меня снова за плечи. Он прижимает меня к своей груди, и я, ощущая его тепло, совсем не хочу отстраняться.

— Ну, ну, знаешь что. На вот, — парень достаёт из сумки начатую бутылку воды и протягивает мне.

— Спас… Спаси-бо… — хлопая носом произношу я, но все ещё стою с хмурым видом.

Выпив воды и немного успокоившись, я протягиваю ему бутылку обратно.

— Пойдём-ка, я тебя мороженым угощу, — говорит вдруг Яр и улыбается.

Мы с ним идём в продуктовый магазинчик, там парень берет нам два стаканчика ванильного мороженого, после чего мы, прогулявшись немного, оказываемся во дворе на качелях.

Я сижу и раскачиваюсь, а Яр, периодически толкая качели, стоит рядом.

— Не переживай ты так. Все наладится. У меня у друга похожий случай был. Батя у него совсем скатился на этом деле. А потом закодировался и вообще другой человек стал. Вот увидишь, и у тебя все будет хорошо, — говорит мне Ярослав.

Уголки моих губ невольно дергаются вверх. Яр, заметив это, подмигивает мне.

— Ну вот ты и улыбнулась, — говорит он мягко. Почему-то от его слов я немного смущаюсь.

***