Чарли Маар – Доктор, хочу от вас дочь! (страница 20)

Больше слов в голову не приходит.

Только картинки из той самой фантазии про сочный стейк, который он будет подавать мне в одном фартуке.

Свет резко врубается, и впервые за всю свою жизнь полную страха темноты мне хочется крикнуть «какого хрена⁈ Выключите свет, немедленно!»

Но через динамик уже звучит голос диспетчера:

— Сейчас запускаем лифт. Когда кнопка сверху загорится, жмите нужный этаж.

Игорь отстраняется от меня за мгновение до того, как загорается нужная кнопка. Он нажимает на свой этаж, после чего кабина снова начинает двигаться.

— Всё в порядке? — спрашивает диспетчер.

— Да. Едем.

— Отлично. Приносим извинения за неудобства.

Буквально пара секунд, и двери лифта открываются, позволяя нам выйти.

Меня всё ещё трясёт от поцелуев Игоря и его прикосновений ко мне, а так же от недовольства, что всё резко закончилось. Но я даже порасстраиваться толком не успеваю, потому что, как только Бурдаев открывает дверь своей квартиры и запускает меня внутрь, он тут же поворачивается ко мне, подхватывает под бёдра и вжимает в стену.

Глава 24

Попытка номер один

Саша

Я сплю или такие ощущения бывают в реальности?

У меня нет ответа. И мой разум словно погружается в морок от того, насколько мучительное удовольствие мне доставляют поцелуи Игоря.

Где-то там на задворках сознания мелькает информация о том, что я всё совсем по-другому хотела, и ещё какая-то ерунда. Да, именно ерундой сейчас кажутся все мои сомнения. Как я могла сомневаться, что хочу этого? Этого невозможно не хотеть.

Горячие ладони сжимают мои бедра, ныряют под блузку, глядят и сминают. Я хватаюсь за плечи Игоря, будто пытаюсь удержаться в этой реальности, так как меня уносят за пределы, и я не уверена, что там, за пределами окончательно не потеряюсь в невесомости.

Игорь отрывает меня от стены, продолжая удерживать за бёдра, и куда-то несёт. Мне так хорошо, что вообще наплевать, куда он направляется, лишь бы не переставал целовать и обнимать.

Спина касается чего-то прохладного, и только когда Игорь ложится на меня сверху, придавив своим весом к постели, я понимаю, что лежу на прохладных простынях, которые пахнут в точности как Бурдаев.

И почему-то мне нисколько не страшно от того, что сейчас случится, а наоборот, я этого безумно хочу, словно ждала целую жизнь именно этой ночи.

— Сладкая, Саш, — хрипит Игорь.

Темпы и напор его поцелуев увеличивается. Он толкается языком мне в рот, мнет бёдра пальцами, разведя мои ноги пошире, чтобы ему было удобнее лежать.

Я задыхаюсь в огне его касаний. Мне кажется, воздуха не хватает и мои лёгкие скоро просто разорвутся.

Игорь выпрямляется на несколько мгновений и стягивает рубашку.

Теперь я могу беспрепятственно рассматривать его совершенное тело, будто вылепленное первоклассным скульптором.

Мои пальцы машинально ложатся на кубики пресса и скользят вниз к дорожке волос под пупком.

Идеальный генофонд.

Он ловко расстегивает пуговицы на моей блузке и сжимает грудь. Я выгибаюсь навстречу горячим ладоням. Удивительно, но ещё час назад я так хотела спать, что казалось, упаду без сил, как только доберусь до дома. В итоге сна как не бывало. И всё, что я сейчас хочу, это чтобы Игорь не останавливался.

Моё тело сотрясает озноб, когда Бурдаев снова укладывается сверху и целует меня. Я всегда думала, что только в дурацких романтических фильмах одежда с людей срывается как по волшебству, но оказалось, и в реальности так бывает, потому что я не замечаю, как мы оба остаёмся абсолютно голыми.

Я не невинна, но и опытной меня назвать трудно. Тем не менее, мне есть, с чем сравнивать, и то, что я испытываю сейчас превосходит все мои пережитые ранее ощущения раз в миллион, если не больше.

От наслаждения, граничащего с болью, на какое-то время я просто теряюсь. Меня сносит волной цунами и топит в буйной стихии, сносящей всё на своём пути.

Я царапаю плечи Игоря и со стороны слышу, как кто-то умоляет не останавливаться. Это, кажется, мой собственный голос, который ощущается чужим, не моим.

Неужели это всё происходит со мной? Это я кричу и стону, хватая ртом воздух, чтобы не потерять сознание от нехватки кислорода? Это я разлетаюсь на части от бешеного удовольствия, равного которому я пока не и испытывала? Или это кто-то другой?

Не знаю. Но вот, что мне точно известно — я не просто хочу от этого мужчины дочь. Я хочу себе этого мужчину. Целиком и полностью.

Глава 25

Завтрак после заката

Саша

— Ты когда-нибудь раньше завтракала на закате?

Лениво переворачиваюсь на спину, а точнее, пытаюсь перевернуться, но у меня не выходит, так как сверху к кровати меня прижимает горячее тело. По позвоночнику бегут мурашки, когда дыхание Игоря щекочет шею. А закатные лучи солнца действительно греют нас через окно золотистым светом.

— Конечно, завтракала. И на закате, и после заката, и в полночь, и в полдень. Я же в хирургии работаю. Как и ты. Тут завтрак не про утро, а про «когда проснёшься и выспишься».

Игорь хрипло смеётся, прикусывая кожу на моих плечах.

— Здорово, что мы друг друга понимаем. Ну так что насчёт завтрака? Проголодалась?

Не то слово.

За последние несколько часов мы только занимались любовью и спали, затем опять занимались любовью и снова спали. И теперь я чувствую, что готова сожрать как минимум мамонта. И неважно, слабой или средней прожарки. Главное, сожрать.

— Да. Очень хочу есть. Только готовишь чур ты.

— Договорились. Уступлю тебе в первый раз. Но так это женская обязанность.

Уже собираюсь развернуться и хорошенько двинуть Бурдаева кулаком, но тут слышу его хрипловатый смех, и меня отпускает.

Ладно. Он и так много получил от меня за последние дни. И между ног, и по носу. Хватит с него.

Игорь поднимается с кровати и мне, наконец, удаётся перевернуться на спину, хотя лучше бы я этого не делала так сразу, потому что вид его обнажённого тела мигом заводит.

Если я буду так реагировать каждый раз, то мы никогда не поедим, и я умру от голода прямо в постели.

— Иди уже и готовь мой завтрак! — швыряю в него подушкой, а сама с головой зарываюсь в одеяло.

— Слушаюсь и повинуюсь, госпожа, — тихо посмеиваясь, Игорь уходит из спальни — это я понимаю по удаляющимся шагам.

Только после того, как шаги стихают, я сбрасываю одеяло и устремляю взгляд в потолок.

Итак. Пора подвести итоги.

Секс был… на сто баллов. Нет, на двести. А есть вообще наивысший балл? Тогда скажем так — секс был на наивысший балл. Вот так будет правильнее.

И да, я бы повторила. Ещё много-много раз.

Только вот проблема — как теперь не влюбиться? Или я уже влюбилась?

Проскулив что-то невнятное, я поднимаюсь с постели и глазами ищу что-нибудь такое, что можно накинуть на себя. Выбор падает на рубашку Игоря. Я набрасываю её на плечи и быстро застегиваю пуговицы. Итак, с ма я не поговорила, ночь, а точнее, утро и день с Игорем в постели провела, предохраняться — не предохранялась.

Технически, уже сегодня у нас мог получиться ребёнок.

Машинально кладу ладонь на живот.

Что-то я как-то особо не подумала о том, что могу привязаться к Игорю, влюбиться в него, а он не захочет или не сможет ответить на мои чувства. И что я тогда буду делать? А если я забеременела, как отреагирует ма?

В общем, женская натура в действии. Сначала натворить, а потом тщательно думать.

Вздохнув, я выхожу из спальни, решив устроить себе небольшую экскурсию по квартире Бурдаева. Судя по шкварчащим звукам где-то в глубине, он уже приступил к приготовлению завтрака. Как раз пока готовит, я осмотрюсь.

Квартира у Игоря просторная и видно, что ремонт совсем новенький. Впрочем, неудивительно, ведь он недавно вернулся в Москву и, скорее всего, только купил эту квартиру.