Чарли Хольмберг – Наследник своенравной магии (страница 49)

Контролирует больше? Что она имеет в виду? Но Хюльда не знала, сколько времени у нее осталось, так что сосредоточилась на самых насущных вопросах.

– Это туда идут пропавшие средства?

Молчание.

– Мира. Мне нужно знать.

– Все разрешится, – ответил камень. – Я уничтожу его, если понадобится, но это сведет на ноль годы работы. Ты должна остаться в БИХОКе, Хюльда. Пообещай мне. Проследи, чтобы он не попал не в те руки. Пока что чем меньше ты знаешь, тем лучше.

– Я и хочу! – Ей не удалось сдержать раздражение, и слова вышли резкими. – Одна из причин, по которым ЛИХОК здесь, – это назначение нового директора. Но это могу оказаться не я. Алистер Бэйли тоже претендент. Мистер Бэйли – юрист БИХОКа. Он высокий, бледный, носит очки…

– Я его видела.

Видела? Мира следила за БИХОКом? Она, казалось, вовсе не удивилась, когда Хюльда упомянула ЛИХОК. Сколько ей было известно? В разум которых прохожих вторгалась женщина, таящаяся под маскировкой?

Голос Мерритта так явственно прозвучал в ее мыслях, что она взглянула на второй камень общения, чтобы убедиться, что он раздался не из него. «Просто… с чего бы Алистеру Бэйли так сильно хотеть стать директором БИХОКа?»

Хюльда сглотнула.

– Мистер Бэйли является – или являлся – адвокатом по недвижимости мистера Хогвуда и защищал его в суде. А еще я возвращалась в Маршфилд, – она говорила быстро, боясь, что Мира отсоединится. – Я нашла там камень общения, который, я уверена, соединяет с мистером Стэнли Лиджеттом, управляющим в Горс Энде. Они с мистером Хогвудом поддерживали контакт, когда тот приплыл в Штаты. Я не знаю, общался ли и мистер Бэйли с ними… Объясни мне это, Мира. Я… запуталась.

Прошло мгновение.

– Кто владеет БИХОКом, тот владеет и объектом, – пробормотала Мира.

– Каким объектом? – Если имелся какой-то секретный объект, который Мира скрывала, и тот человек, что угрожал ей, знал о нем…

Тогда было логично, что мистер Бэйли, который так усердно старался получить пост директора, и был человеком, отправившим телеграмму с угрозой. Это наверняка он! Или это мистер Уокер, использующий мистера Бэйли как козла отпущения?

Ее сердце стучало так сильно, словно сам Тор колотил его.

Пытаясь смочить пересохший рот, Хюльда прошептала:

– Если мистер Хогвуд записал что-то об этом объекте и переслал домой, в Горс Энд, то мистер Лиджетт мог это видеть. Он мог, в свою очередь, передать это Бэйли. А когда мистер Хогвуд исчез, мистер Бэйли отправил телеграмму! У нас с Мерриттом есть теория по поводу завещания. Мы думаем, что они, возможно, ищут тело, чтобы им заплатили…

– Нет, – Мира перебила ее прежде, чем Хюльда смогла сообщить о визите мистера Эйди. – Нет, Сайлас не знал.

– Ты уверена? – возразила Хюльда. – Разве кто-то из нас знает, сколько магии он украл? Имел ли он чары психометрии? Если он не получил информацию из досье, то разве не мог вытянуть ее из тебя? – Она помолчала, затем позвала: – Мира?

– Я не знаю, – ее ответ был еле слышен.

Хюльда вновь посмотрела на амулет возле двери.

– Что за объект?

Прошло три секунды.

– Мне нужно идти.

– Ты мне расскажешь. Сейчас же, – злость в собственном голосе удивила Хюльду, но она о ней не жалела.

– Ты уверена, что тебя не подслушивают?

Хюльда накрылась с головой одеялом, чтобы еще сильнее приглушить звук.

– Да.

Секунду Мира собиралась с мыслями.

– В Огайо есть секретный объект, где хранится кровь из тел и плацент волшебников.

Хюльда раскрыла рот. Такого она не ожидала.

– Мы с коллегами пытаемся найти способ усилить или даже воссоздать магию вне генетики. Иначе она будет совершенно утрачена. Где-то к 2000-му году. Мы потеряем ее всю.

Хюльда не знала, что сказать. К счастью, ее бывшая начальница продолжила сама:

– У нас пока нет ответа. Но Сайлас Хогвуд – единственный человек, который когда-либо осуществлял перенос магии.

– С помощью магии, – просипела Хюльда.

– Да, но он это сделал, а его тело может стать ключом к пониманию того, как воспроизводить ее, не причиняя никому вреда.

Свободной рукой Хюльда непроизвольно накрыла рот. Она с усилием убрала ее, чтобы заговорить.

– Ты забрала тело. Его не кремировали.

Пауза.

– Нет, не кремировали. Оно хранится на объекте.

– Господи боже! – Секунду Хюльда пыталась успокоиться. – А сколько… других?

– Только он, – по связи донесся свист – казалось, будто Мира была на улице и боролась с порывом ветра. – Я пыталась достать еще, уже давно, но законы об использовании тел умерших этого не позволяют. БИХОК не медицинская организация, но даже им можно брать только тела преступников.

Сухость перешла изо рта Хюльды в горло.

– М-мистер Хогвуд и есть преступник.

– А также он гражданин Британии.

Еще одна причина для Миры пойти на такие меры, чтобы сохранить в секрете маршфилдский инцидент. Хюльда покачала головой, ее тошнило, ей было холодно, и голова кружилась. Значит, пропавшие средства… они все идут в Огайо, в это… место.

– Мира, где находится объект?

– Получишь БИХОК – и найдешь его. Я позаботилась о том, чтобы ты смогла его отыскать. Если он получит БИХОК… – она вздохнула. – Я не знаю. Возможно, мне придется его уничтожить. У меня не будет другого выбора.

– Мира… разве уже слишком поздно все это прекратить? Отставить это, вернуться? Конечно же, мы сможем все разрешить…

– Мне нужно идти. Никому не говори. Даже Мерритту Фернсби.

– Мира, погоди. Я должна рассказать тебе о мистере Уокере! Я не уверена, что…

Донеслось дребезжание, и камень умолк. Повертев его в руках, Хюльда заметила, что руны общения на его поверхности больше не было. Мира разбила свою половину чар.

Сжав камень в кулаке, Хюльда прижала одеяло к лицу и заорала в него. Наконец-то, наконец-то она связалась с Мирой, лишь затем, чтобы снова ее потерять!

Она выпустила камень и трижды вдохнула через нос и выдохнула через рот. По крайней мере, она не осталась с пустыми руками. Она откинулась на кровать и попыталась разобраться в информации.

Объект. Объект был важен. Противозаконен – и важен. Конечно, способ воссоздавать, синтезировать, выращивать магию был очень полезен для общества… но Хюльда подозревала, что ограничения на использование трупов не единственные нарушаемые там законы. Ей нужно будет увидеть его, узнать о нем, прежде чем делать выводы. Его значимость должна быть действительно высока, если и правда была движущей силой, стоящей за действиями мистера Бэйли и мистера Уокера. Ну или ее теория о выплатах с имения Хогвуда была верна и мистер Хогвуд завещал своим работникам пугающую сумму денег.

«Не падай в колодец», – отчитала она саму себя, вспомнив ту метафору Мерритта.

Итак. Если Хюльда станет директором, как она отыщет объект? Мира указала, что она сможет это сделать, если получит должность, но Хюльда ведь прошерстила всю штаб-квартиру для этого аудита. Она не нашла никаких намеков, кроме финансовых отчетов, настороживших ЛИХОК. Но ведь Мира точно не стала бы оставлять информацию о чем-то столь важном, столь защищаемом там, где ее мог найти кто угодно.

Может, один из этих «коллег» свяжется с ней, когда все будет официально. Если это станет официально. И что же, что она будет с этим делать?

Мысль о том, что волшебство можно будет создавать в лаборатории, а не в матке, имела свое очарование, и все же делать это столь скрытно, противозаконно… Это просто в голове не укладывалось.

– У меня прибавилось столько вопросов, – прошептала Хюльда в темноту. Мир за окном охватили сумерки. Она не зажгла свечу, а солнце теперь садилось так рано. Ее мысли скользнули к указанию Миры утаить эту информацию от Мерритта. Почему? Да что бы он вообще мог с этим сделать?

Сколько еще было Хюльде неизвестно?

Она сжала камень в кулаке. Она могла бы снова его зачаровать, но не было способа опять соединить его с Мирой. Однако Мира все-таки подтвердила, что одно из посланий Хюльды добралось до нее. Хюльда не знала, какой из методов сработал, но если она повторит их все, то наверняка сможет снова связаться с Мирой. Вот только станет ли эта несносная женщина отвечать? Неужели все и правда было так опасно, как она уверяла?

Хюльда закусила губы так сильно, что стало больно. Отпустила их и подождала, пока кровь не начнет вновь циркулировать.

Затем она потянулась за вторым камнем общения и активировала его.