Чак Вендиг – Конец Империи (страница 52)
Наконец раздается еще один щелчок пальцами, и все заканчивается.
Вспыхивает свет. Глазам снова приходится приспосабливаться — кромешная тьма сменяется ослепительной белизной, и Слоун видит, что пол усеян телами.
Телами штурмовиков. Судя по их виду, все они мертвы.
Над ними стоят дети. У многих в руках грубо сделанные острые ножи с замотанными темной лентой рукоятками и лезвиями из тусклого черного металла. Некоторые ножи вонзены в затылки солдат — прямо в основании черепа. Другие — под мышками у штурмовиков, воткнутые в щель в броне. У нескольких детей в руках дымящиеся бластеры.
Лицо одной высокой девочки с наголо обритой головой напоминает мертвую, ничего не выражающую маску. Брендол Хаке, напротив, широко улыбается, словно ребенок, впервые увидевший космос или попробовавший сладости. Видела ли Слоун его улыбку прежде? Кошмарное зрелище.
Что там говорил ей Ракс на «Разорителе»? Когда приказал спасти Брендола с Арканиса? «Империя должна быть плодовитой и молодой. Дети — ключ к нашему успеху. Многие наши офицеры уже стары, и нам нужна новая жизненная сила, новая юная энергия. Империи нужны дети».
Рей с трудом удается подавить дрожь. Ее отчаянно тошнит, но она не доставит Галлиусу Раису удовольствие лицезреть ее слабость.
Советник медленно, размеренно аплодирует.
— Смотрите же, Слоун, — говорит он. — Это будущее моей Империи. Надеюсь, вам понравилось представление. Вскоре вы поймете, что это лишь начало.
У нее нет слов. Брентин тоже лишился дара речи, повалившись на неподвижное тело охранявшего его солдата. Рот его безвольно раскрыт, глаза широко распахнуты от ужаса. И тут Брендол, наконец перестав улыбаться, выступает вперед и что-то шепчет на ухо Раису.
Теперь уже настает черед советника усмехнуться.
— Близится последняя битва, — сообщает он. — Мне бы хотелось, чтобы вы оба ее увидели. Вы — свидетели как от старой Империи, так и от завоевателей-повстанцев. У меня зарезервированы для вас места. Брендол, будь любезен, проводи их туда вместе с детьми. Похоже, мне предстоит выступить с речью.
Наконец это случилось.
Наконец Новая Республика почуяла кровь, которую он плеснул в воду, и наконец-то явилась, чтобы ее попробовать.
Все сходится воедино. Дети Хакса показали себя в деле — да, штурмовики были безоружны, но скорость, с которой ученики расправились с натренированными солдатами, повергает в трепет. Они действовали с готовностью, но без радости и страха.
Более того, Слоун теперь у него в руках. Обсерватория надежно защищена, и он может наконец продемонстрировать, чем занимается. А еще он покажет, как из-за своего отказа довериться ему Слоун лишилась роли в грядущем грандиозном финале.
Пора произнести речь.
У него возникает мысль обойтись без нее. Время не ждет — флот Новой Республики будет здесь через несколько часов, а может быть, даже минут. Ему и остальным придется возвращаться назад в обсерваторию…
Но нет. Речь крайне важна. Он должен наполнить Империю огнем! Его задача — подхлестнуть их, разъярить, взвести детонатор, прежде чем швырнуть его. К тому же эта речь останется в веках, передаваясь из поколения в поколение. Это исторический момент.
«Я творю историю», — думает Ракс. Не стоит об этом забывать. Он оставит неизгладимый след, который навсегда запечатлеется в памяти Галактики.
Он встречается с Ташу и Брендолом. Оба, похоже, чрезмерно довольны собой. Ракс не считает нужным напоминать им, что они всем обязаны ему. Пусть лопаются от самодовольства. Они вместе выходят за пределы базы и встречаются с остальным советом. Империя Ракса собирается, чтобы услышать его в последний раз.
Заложив руки за спину и высоко подняв голову, к ним подходит Ходнар Боррум. Он выглядит внезапно помолодевшим лет на десять, словно предчувствие войны питает его, как вода — увядающий цветок.
— Мы с легкостью победим в наземном сражении, советник, — докладывает Боррум.
Рандд, находящийся сейчас на борту звездного разрушителя «Разящий», представлен в виде голограммы, которую отображает проектор в руке Юпа Ташу. Картинка слегка подрагивает.
— Их флот больше нашего, но у нас есть «Разоритель», — говорит гранд-мофф. — Их силы собраны из разношерстных кораблей и эскадрилий, мы же едины. И благодаря этому единству мы победим.
— Превосходно, — отвечает Ракс и смело направляется к сцене. И это в самом деле превосходно. Во всех отношениях. Даже в той части, где они ошибаются.
— Где Обдур? — спрашивает генерал. — Нужно готовить сводки событий.
— Феррик нездоров, — коротко говорит Ракс. И это не совсем ложь: когда тебя закалывают насмерть в постели, это действительно крайне вредно для здоровья. Еще один успех программы Хакса, — похоже, кое-кто из детей проявил себя в лучшем виде.
Его «советники» продолжают недовольно ворчать, но их слова мало что для него значат.
Пора произнести речь.
Жестом заставив остальных замолчать, Ракс поднимается мимо них по металлической лесенке на возвышение. Перед небольшой сценой, возведенной в передней части базы, собрались десятки тысяч солдат.
Наверху, подобно призракам, парит флот. Вокруг Ракса и солдат — СИД-истребители, бомбардировщики, десантные транспорты, челноки, шагоходы.
Военная машина пробуждается.
Империя ждет его выступления, хотя прямо сейчас для него важны лишь двое слушателей: он знает, что позади него, на крыше штаба, сидят Слоун и ее дружок-повстанец.
Ракс подходит к краю подиума и начинает говорить. За спиной — его проекция, огромная мерцающая голостатуя. Многократно усиленный голос напоминает скорее глас не человека, но бога, чьи божественные слова захлестывают публику сокрушительной волной.
Он репетировал эту речь долгие месяцы. Она проработана, как настоящий механизм: задача лучших речей состоит не в том, чтобы донести информацию или абсолютную истину, а в том, чтобы произвести впечатление. Крайне важно, чтобы его народ воспринял слова не разумом, а сердцем. Никакой неопределенности, только точные ответы.
В конце лучших речей ставят не вопросительный, а восклицательный знак.
Раздается его громоподобный голос:
— Верные солдаты Галактической Империи! В наши двери стучится безумие. Головорезы и варвары Альянса повстанцев незаконно объявили себя правительством, в основе которого лежат разложение, хаос и коррупция, порожденные инородным вольнодумством и радикальными террористическими учениями. Наш Император Палпатин продемонстрировал нам слабость Республики, пораженной заразой малодушных политиков и олигархов из элиты, которые вынудили нас плясать под их дудку.
После смерти нашего любимого Императора в нашей Империи наступил разлад, придавший сил незаконным движениям с их ложными заявлениями, что они якобы несут Галактике мир и справедливость. Но кто в течение столь долгого времени был хранителем мира? Именно преступный Альянс повстанцев принес в Галактику войну.
Раздробленные и потерянные, мы могли погибнуть. После атаки на Чандриле, нанесшей немалый ущерб политическим мошенникам, которые пытались покуситься на неприкосновенность нашей Галактики, я привел всех нас сюда, на Джакку, объединив наш народ и наши силы на этой далекой планете, суровые условия которой подвергли испытаниям наш характер. Джакку закалила нас, выточив из нас острый клинок — клинок, которым мы перережем глотки предателям, ползущим на брюхе к нашему порогу. Скоро, очень скоро они явятся и попытаются завершить начатое. Они хотят покончить с Империей. Они хотят стать язвой в здоровом теле, высасывая кровь и жирея, подобно паразитам. Они отрицают нашу законность, лгут о стабильности и здравомыслии, которые мы подарили Галактике. Ибо истинное их оружие — лицемерие и обман. Мы не сдадимся. Мы не поверим в их правоту. Мы видим их истинную сущность чудовищ и варваров! Они — низшие существа. Они — самые настоящие чужаки и не заслуживают ни капли жалости. Настал наш час, и я призываю вас исполнить свой долг во славу великой Галактической Империи. Предстоящее сражение — битва не только за Джакку и даже не за Империю. Это сражение за всю Галактику. Если мы проиграем здесь, мы проиграем повсюду. Мы предадим тех, кого любим. Мы предадим наших детей. Мы предадим всех, кто жаждет стабильности и света в эти темные времена.
Наша единственная цель — свобода от угнетения, свобода от лжи, свобода от морального разложения.
Сегодня — день, когда мы отвоюем и вернем себе Галактику.
Сегодня — день, когда Новая Республика падет от руки Империи. Сегодня мы определяем наше будущее!
«Если бы они только знали, что таит в себе это будущее…»
А затем, словно его слушает сама Галактика, словно Сила действительно на его стороне, события разворачиваются с такой драматической точностью, что Галлиус Ракс готов едва ли не рухнуть на колени и зарыдать, будто ребенок…
Начинается атака.
Раздаются раскаты грома, когда корабли Новой Республики пронзают небеса, ведя огонь из всех орудий. Имперский флот стреляет в ответ. Небо расчерчивают лучи турболазеров. Крутясь, летят торпеды. Лучи плазмы прорезают атмосферу.
— Мы принимаем бой! — в последний раз громогласно обращается Ракс к солдатам. — Идите! Валите их наземь! Ломайте сапогами их шеи! Режьте им головы! Положите конец их тирании!
Теперь нужно всего лишь собрать остальных и подняться на борт корабля, пока не стало слишком поздно. Обсерватория манит его. Наступает время его выхода.