Чак Вендиг – Книга белой смерти (страница 28)
– Эти твари набросились на меня со всех сторон. Они меня исцарапали. Покусали.
– На самом деле ничего серьезного не случилось.
– Уколы от бешенства, по-твоему, это ничего серьезного? Боль была адская, Вик. Пять доз прививки…
– Четыре. Тебе ввели четыре дозы.
– Ты должен был предупредить меня об этих проклятых летучих мышах!
– Мы тебя предупреждали.
– Не в памятке! Лично!
– Джерри, я всегда говорил тебе, что ты должен внимательно читать памятки…
– Ах ты, долбаный… – Джерри напрягся. – Убирайся отсюда! Сядь куда-нибудь в другое место!
– Хорошо, Джерри.
– Но сначала принеси мне…
Джерри собирался сказать «джин с тоником», но тут чихнул так сильно, что ему показалось, будто мозг вывалился у него из головы. И тотчас же снова – апчхи! Глаза слезятся. Из носа течет.
– Принеси мне салфетки, а затем джин с тоником.
«После чего уйди куда-нибудь подальше, самодовольный всезнайка!»
ТРЕМЯ МЕСЯЦАМИ РАНЬШЕ
Джерри высморкался.
– Проклятая простуда!
Вик стоял перед письменным столом, за которым он сидел.
– Обратись к врачу.
– Я не хочу обращаться к этому врачу.
– Не хочешь, потому что он скажет тебе, что ты должен пройти обследование – колоноскопия, УЗИ предстательной железы…
«Я никому не позволю залезать ко мне в задницу!» – подумал Джерри, но вслух этого не сказал. Ни пальцем, ни трубкой. Это отверстие только на выход.
– Всё в порядке. Это лишь простуда.
– Простуда, которая не проходит уже целый месяц. Быть может, это аллергия. Тогда врач скажет тебе принимать кларитин – и на том все закончится. Так, давай встань. Тебе нужно заниматься лечебной гимнастикой.
Вик протянул руку. Джерри рассеянно подумал было о том, чтобы отмахнуться от нее, но проворчал что-то себе под нос и нехотя встал.
Опираясь на своего помощника, Джерри вышел из-за стола, осторожно наступая на ногу – пять дней назад сняли гипс и извлекли штифты. Снова опереться на сломанную ногу было здорово, но мышцы в ней превратились в пудинг. Врачи сказали Джерри, что ногу нужно разрабатывать – на первое время достаточно будет несколько раз обойти вокруг стола.
– Расскажи мне про Чэнду, – кряхтя и охая, сказал Джерри, ковыляя вокруг стола.
– Разрешения до сих пор нет.
– Нам нужно что-то делать. Срочно!
– Джерри, тебе стоит всерьез подумать о том, что в Чэнду ничего не получится.
– Об этом не может быть и речи, – скривив верхнюю губу в хищном оскале, сказал Джерри. – Китай – огромный рынок. И этим рынком обязательно нужно завладеть. Если мы пробьем парк развлечений, это откроет дорогу кино – на мировом рынке кино Китай начинает теснить Голливуд, и тут мы здорово отстаем. Ты должен это сделать.
– Я не могу это сделать. Китай – не метрдотель в переполненном ресторане. Я не могу просто показать пачку денег и заполучить свободный столик. Нам нужно проявить терпение – мы обязательно найдем дорогу. А пока что пробуди в китайцах ревность – объяви о том, что рассматриваешь в качестве альтернативного варианта Токио…
– Нет! – взревел Джерри. Остановившись, он вынужден был опереться о стол. – Токио будет шагом назад. Все парки «Гарлин гарденс» должны открыться в один и тот же год! Это непреложное требование. Только так мы подаем свой товар. Только так работает мечта,
– Крил не поддерживает Трансазиатское партнерство. – Вик бросил на него взгляд, красноречиво говорящий: «Какой же ты козел!» Таким же взглядом нередко удостаивал его отец. – Президент Хант подписала соглашение о ТАП. Но, для того чтобы уложить Китай в постель, сначала требуется долго танцевать, медленно соблазнять…
Джерри снова чихнул. Его глазам стало тесно в глазницах. Носовые пазухи стали похожи на бетон.
– Ты ничего не хочешь делать. Я найду того, кто это сделает.
– Джерри, я твоя правая рука, но я не волшебник.
Спокойный и невозмутимый, этот Вик… Да пошел он!
– Ты уволен.
– Давай лучше пообедаем… – рассмеялся Вик.
– На хрен обед и на хрен тебя, ты уволен, твою мать!
Какое-то время Вик молчал. Словно давал время зарегистрироваться в сознании тому, что это реальность, что это не шутка. Он работал у него уже… в общем, Джерри не мог сказать точно, как долго, но, как бы то ни было, он перестал справляться. И Джерри не нравился тот снисходительный тон, которым он с ним разговаривал. Какие у него заслуги? Чего он добился в жизни? Что сделал?
– Джерри, подумай хорошенько…
– Я уже подумал. Ты мне не нравишься. Ты считаешь, что ты такой умный. Постоянно поправляешь меня. Смотришь на меня так, будто считаешь избалованным молокососом.
– Эта простуда ударила тебе в голову. Пожалуй, тебе нужно отдохнуть денек. Поиграть в гольф – туда ты доедешь на каре, тебе будет полезно размять ноги и немного проветрить голову…
– Ты не мой отец, – глядя ему в лицо, сказал Джерри. – Это
– Отлично. – У Вика на лице застыла маска едва сдерживаемой ярости. – Как скажешь.
– А скажу я тебе вот что: если хочешь получить выходное пособие, окажи мне любезность, когда будешь уходить отсюда, – пригласи сюда Кевина.
– Какого Кевина? – Вик вопросительно поднял брови. – Магони?
– Да нет же – кто такой Кевин Магони, твою мать?
– Кевин Магони, из киностудии «Лайтхаус»…
– Нет, я не хочу… – Джерри уже был взбешен. По его жилам разливалась клокочущая магма. Ему захотелось схватить Вика за горло и придушить так, чтобы изо рта вывалился посиневший язык, а глаза лопнули, словно виноградины. – Кевина, позови сюда
– Кто такой Кевин?
– Мой чертов зять!
Вик молчал. Словно получив пощечину.
– В чем дело? – не выдержал Джерри.
– Твоего зятя зовут
– Ну… – Внезапно Джерри занервничал. Это правда? Это не могло быть правдой. – Пришли его сюда! – с пеной у рта проревел он. – Пришли Кевина! Или Кеннета! Блин! После чего убирайся отсюда!
ДВУМЯ МЕСЯЦАМИ РАНЬШЕ
Джерри был у себя дома, потягивал бурбон на веранде своего особняка в духе жилья рабовладельцев-плантаторов, когда появился Вик. Ярко светило солнце. Дул легкий ветерок. По границам поместья и вокруг пруда пестрели яркими красками нарциссы и гиацинты. Джерри даже не посмотрел на подошедшего Вика.
– Кто тебя впустил? – спросил он насмешливо, притворяясь, будто ему нет до этого никакого дела.
– Меня впустила Сьюзен, Джерри, – сказал Вик.
Сьюзен. Жена Джерри.