Чак Хастмайр – Дом восходящего солнца (страница 6)

Горячая вода кончилась. Дженни завернула краны, отдернула занавеску и вылезла из ванны. Достала с полки толстое махровое полотенце и принялась вытираться. Рэй не выходил у нее из головы.

После разговора сегодняшним утром она видела его еще раз. Часов в шесть. Копы только что убрались, и Дженни была на втором этаже, стараясь не попасться никому на глаза. Она заметила, как Рэй скользнул к запасному выходу. Уже не впервые она наблюдала, как Рэй пользуется этой дверью, и знала, что он собирается по пожарной лестнице вылезти на крышу. Она хотела последовать за ним и попробовать поговорить еще раз, но тут же передумала. Все бессмысленно. Слишком много чего произошло. Слишком многое встало между ними. Невозможно вернуть прошлое.

Через несколько минут после этого – что там, кстати, Рэй делает на своей дурацкой крыше каждое утро? – Дженни увидела спускающегося по лестнице Тони Зелло. Он почти подпрыгивал на каждой ступеньке, как школьник. Наверное, идет от Винни Мессины, догадалась Дженни. Квартира Винни располагалась на четвертом этаже. Судя по походке, а также по широкой довольной ухмылке, Тони вполне удалось убедить своего босса в том, что он совершенно не виноват в ограблении и вообще тут ни при чем.

Заметив Дженни, облокотившуюся о барную стойку, Тони замедлил шаг и свернул к ней.

– Шейн в этот раз действительно влип в дерьмо.

Дженни плотнее прижалась к стойке и сделала безразличное лицо.

– Да? А что такое?

– Ты что, с лестницы упала?

Тони тоже оперся о стойку. Его локоть был совсем близко от ее обнаженного плеча. Дженни было неприятно, но она не сдвинулась с места. Тони постоянно проделывал такие штуки. Видимо, он считал, что если она когда-то с ним спала, то теперь не имеет права на личное пространство. Что он в любой момент может его нарушить.

– Мы оказали этому говнюку большую услугу, – продолжил Тони. – Взяли его на работу и доверили ему нашу безопасность. А он позволил каким-то четырем отморозкам сделать нас по полной программе.

– Четырем вооруженным отморозкам, Тони.

– Мы уже двадцать лет в этом бизнесе. И знаешь, сколько раз нас грабили за это время?

Дженни не знала, но, разумеется, Тони не откажет себе в удовольствии сообщить ей.

Тони патетически вытянул руку и сложил большой и указательный пальцы в кружок:

– Ноль раз. Вот сколько. Ноль!

Дженни старалась сдерживаться, но раздражение стало прорываться наружу.

– И что он должен был сделать, по-твоему?

– То, за что ему платят. – Тони выпрямился. – Если бы у него в заднице не заиграло, он бы остановил этих уродов.

– Остановил чем? Грозным взглядом?

Тони посмотрел на нее и пожал плечами:

– Когда Старик Карлос мне позвонит, я ему так прямо и скажу: Шейн обделался.

Дженни знала, что Тони просто треплет языком. Все еще старается произвести на нее впечатление, показать, какая он важная шишка.

– С какой стати Карлос будет звонить тебе?

– По бизнесу. Старик Карлос звонит мне каждый день.

Она кивнула в сторону лестницы.

– Разве ты не был только что там, на четвертом этаже? Стелился перед Винни, чтобы он не подумал обвинить во всем тебя?

Тони сузил глаза.

– Никому не интересно, что там думает Винни. Настоящий босс Карлос. Он позволяет Винни быть здесь хозяином только потому, что они братья. И чтобы Винни не обгадил еще какое-нибудь дело.

– Я могу передать ему эти слова?

– Он как… как… королева в этой долбаной Англии.

– Ты сейчас назвал Винни королевой?

Тони фыркнул и покачал головой.

– Что она на самом деле может? Ну эта, королева, я имею в виду. Она же ни фига не делает. Она просто подставное лицо, как Винни. – Он ткнул пальцем себе в грудь. – Это я управляю «Домом».

– Вот Винни-то удивится. Оказывается, ты считаешь его английским гомосексуалистом и думаешь, что он работает на тебя.

Тони сунул палец почти ей в нос.

– Заткнись или в одну секунду вылетишь отсюда. Будешь торговать своей задницей за крэк на Тулейн-авеню, как последняя шлюха. – Он грубо ухватил ее между ног.

Дженни сбросила его руку.

– Убери от меня свои лапы!

Тони придвинулся еще ближе.

– Раньше ты так не говорила, – произнес он своим особенным «сексуальным» голосом. Тони считал, что женщины млеют от его завораживающего баритона. – Давай так. Ты отправишься домой и хорошенько помоешься, а я позже заскочу.

Дженни посмотрела ему прямо в глаза.

– Хочешь потрахаться, Тони? Тогда иди домой и трахни свою жену. – Она вывернулась из его рук и быстро пошла к лестнице.

Она знала Тони уже много лет и знала, как работает его маленький подленький умишко. Тони был первоклассным, профессиональным жополизом. Конечно, он сделает все, чтобы выйти сухим из воды. Сначала подкатится к Винни, потом за спиной Винни к его брату Карлосу, наговорит гадостей о Винни, не впрямую, конечно, а так, намеками. Опасная игра – настраивать братьев друг против друга, но уж кто-кто, а такой спец, как Тони Зи, играл в нее виртуозно.

Вытеревшись насухо, Дженни закрутила полотенце на голове и подошла к зеркалу. Увидев отражение своего обнаженного тела, она чуть не разрыдалась. Внешне Дженни почти не изменилась. Она выглядела так же, как и до того, как Рэй попал за решетку, пять футов семь дюймов, тонкая талия, длинные ноги. Ее тело было мечтой любого мужчины – и они были готовы хорошо платить за него. Но внутри у нее была… пустота. Только она сама могла видеть, что, хотя грудь ее оставалась по-прежнему упругой, а бедра округлыми, разложение уже коснулось ее. Коснулось ее души.

Дженни мотнула головой, отгоняя грустные мысли и жалость к себе, и постаралась сосредоточиться на Рэе. Еще раз прокрутив в голове разговор с Тони, она решила, что необходимо предупредить обо всем Рэя. О том, что Тони попытается взвалить на него всю вину. Рэю, чтобы избежать больших неприятностей, мягко говоря, необходимо знать, что происходит. Но разве будет этот упертый сукин сын ее слушать? Чертов ирландец. И даже если он все-таки выслушает и поймет, в какое дерьмо вляпался, будет ли он что-то предпринимать? С тех пор как Рэй вышел на свободу, ему, кажется, стало на все наплевать. И в первую очередь на себя.

Дженни сняла полотенце с головы и вытерла волосы. Потом бросила полотенце на подзеркальный столик и натянула розовые трусики. Затем облачилась в огромную мужскую футболку. Серую, с темно-синей эмблемой, вышитой слева на груди. Крест и полумесяц. Эмблема Полицейского управления Нового Орлеана.

Она прошла в спальню, села на кровать и уставилась на телефон, стоящий на тумбочке. Только сейчас она осознала, что понятия не имеет, как связаться с Рэем. Кто-то говорил, кажется, что сейчас он живет где-то возле гавани, в одной из квартир над эллингами. Телефонного номера Дженни, разумеется, не знала. Она даже не знала, есть ли у него вообще телефон. Это было бы очень в духе Рэя. Он… не слишком-то любил общаться.

На всякий случай она позвонила в «Дом» и очень удивилась, когда кто-то поднял трубку. Оказалось, что это один из барменов – он ждал, когда привезут заказанные продукты. Покопавшись пару минут, он отыскал мобильный Рэя, и Дженни записала его в блокнот, лежавший рядом с телефоном. Повесив трубку, она посмотрела на будильник. Он показывал 8:15. Потом снова перевела взгляд на блокнот. Потом на телефон. Потом опять на будильник.

Слишком рано звонить Рэю, сейчас он, скорее всего, как раз ложится спать. И самой ей нужно поспать, решила Дженни. Лучше позвонить ему часов в двенадцать. Она проснется и позвонит. Может, это не так уж и срочно, в конце концов. Может, у Тони дальше слов дело не пойдет.

Когда Дженни проснулась, первой мыслью ее было, что ей приснился кошмар. Просто еще один кошмар. Потом она вспомнила. Все было на самом деле. Отморозки в масках ограбили «Дом восходящего солнца». Один из них шарахнул Рэя по голове и едва не всадил пулю ему в лоб. Тони дал Рэю в глаз. Потом еще этот полицейский тоже врезал Рэю. И Тони собирается взвалить на Рэя всю ответственность за ограбление.

Дженни села в постели. На будильнике светились зеленые цифры – 12:05. Она схватила телефон, сверилась с записью в блокноте и набрала номер Рэя.

Пронзительная телефонная трель пробудила Рэя от кошмара. Во сне он висел на крюке, вделанном в потолок, – на таких подвешивают мясные туши. Какие-то люди с огромными ножами в руках собирались разделать его на куски. За что, почему, что он им такого сделал – Рэй не знал. Они не говорили. Они не могли говорить, потому что лиц у них не было. Ни глаз, ни рта, ни носа. Только черепа, обтянутые кожей.

После первых нескольких звонков Рэй еще не проснулся, но словно застрял в этой непонятной области на границе сна и бодрствования. Краем сознания отметил, что он все же дома, а не висит на крючке в холодильнике. Уже хорошо.

Мобильный зазвонил снова. Рэй пошарил вокруг себя, но не нашел его. Еще звонок. Наконец он увидел его. Телефон лежал на перевернутом вверх дном ящике из-под пива, который Рэй использовал в качестве ночного столика. Он дотянулся до него, но уронил на пол. Чертыхнувшись, наконец взял телефон в руки и на секунду замешкался. Что там надо нажимать, чтобы ответить?! Ему практически никто и никогда не звонил. Телефон он завел главным образом для того, чтобы заказывать пиццу.

Опять звонок. Рэй наконец нажал зеленую кнопку и прижал телефон к уху: