Cd Pong – Анкнит. Свет или Тьма (страница 18)

— Ани, это же не ты сейчас сказала? — уточнил хранитель и, получив мой положительный кивок, продолжил: — Прости, но отчаянные времена требуют отчаянных мер. Не переживай. Он может быть сколь угодно коварным, но эгоизм затмевает все другие его качества. А именно эгоизм требует сейчас оказать нам услугу. Что ж, воспользуемся. Выходим немедленно.

Киран плавно поднялся и, смерив Аксиса взглядом, направился к выходу.

Беловолосый взял Анисину за руку и притянул её запястье к своим губам, оставив на нём лёгкий след поцелуя. Мужчина, не отпуская руки, двинулся следом за «бывшим колдуном».

— Акс, а мы успеем? До моего пробуждения? — спросила разноглазка, не отрывая цепкого взгляда от спины идущего впереди Кирана.

— Так… Дай‑ка подумать. Ты тут почти день, значит, ещё пару дней точно пробудешь. Успеем. Тут далеко, но не так, чтобы очень. И потом, мы не будем там задерживаться. Без стража это бессмысленное занятие — торчать на точке.

— Тогда зачем мы идём? Может, стоит дождаться Этана? — спросила девушка, хлопнув длинными ресницами.

Аксис же крепче сжал её ладонь и, усмехнувшись, произнёс:

— Мне не нравится, что ты хочешь ждать Этана.

— Почему? — не поняла Анисина.

— Ревность, — пожал плечами навигатор.

— Для неё нет поводов, — твёрдо сказала девушка. — Я не в том смысле вообще‑то говорила.

— Я понял, но всё равно неприятно. Ладно, проехали. Буду бороться с этими собственническими замашками. Прости. Отвечая на твой вопрос: мы проложим безопасный маршрут. Я его зафиксирую, чтобы не прибегать более к услугам всяких… сомнительных личностей, — он кивнул на идущего впереди.

— Ты мне можешь рассказать его историю?

— В принципе, могу. Хорошо, займём время в пути — слушай.

И Аксис поведал спутнице историю падения могущественного колдуна.

— Я бы рассказал иначе, — до слуха Анисины донёсся хриплый и скрипучий голос. — Но кто меня спрашивает?

— Иди, давай. Помалкивай. Как ты верно заметил, тебя не спрашивали, — голос Аксиса стал ледяным.

Чем ближе путники подходили к горным хребтам, тем Аксис становился всё более растерянным, всё крепче сжимал руку Анисины и погружался всё глубже в раздумья.

Первая ловушка памяти попалась путникам на закате. Они шли по узкой тропе, когда внезапно воздух вокруг задрожал, словно над раскалённой землёй. Из ниоткуда возник лёгкий туман — не белый, как облако, а серо‑жемчужный, почти прозрачный. Он не застилал глаза, а проникал внутрь, обволакивая сознание.

— Остановитесь! — резко скомандовал Киран, но его голос прозвучал глухо, словно издалека.

Анисина почувствовала, как мысли начинают расплываться, как вода. Она помнила, что шла с кем‑то… но с кем? Зачем? Имя вертелось на языке, но не желало звучать. Она посмотрела на беловолосого мужчину рядом — он казался смутно знакомым, но кто он?

— Аксис… — прошептала она, цепляясь за это имя, как за спасительную соломинку.

Киран вовремя одернул сновидца, не дав той пострадать, и после безапелляционно скомандовал:

— Привал. В потёмках вы точно вляпаетесь. Эта дрянь высасывает воспоминания.

Аксис почти не реагировал на внешние раздражители, полностью погрузившись в свои мысли, что очень волновало Анисину. Девушка устроилась на крупном валуне и щёлкнула пальцами — весело затрещали горящие поленья, и фиолетовый огонь отбросил причудливые тени на фигуры уставших путешественников.

Хранитель, не произнося ни звука, присел рядом с разноглазой красавицей. Девушка тут же обвила его руку своей, ободряюще сжимая. В ответ на прикосновение мужчина грустно улыбнулся.

— Тьфу, — буркнул под нос Киран. — К мышке со своим лучником я хоть привык, а от вас блевать тянет.

Анисина презрительно смерила бывшего колдуна взглядом, но промолчала. Вместо этого она взглянула на совсем притихшего навигатора.

— Аксис, посмотри на меня, — она легонько сжала его пальцы. — Поговори со мной. Чем я могу тебе помочь? Я же вижу, тебе плохо.

— Прости, волчонок. Это место… Я теряю все ориентиры. Ты же понимаешь, почему я навигатор?

Девушка кивнула.

— Ты прокладываешь путь.

— Верно… А сейчас я не вижу пути и… Ани, — мужчина поднял печальный взгляд. — Знаешь… До того, как появилась в моей жизни Резона и нашла нит с моим воспоминанием о смерти… Мне как‑то легче жилось. Я никому не рассказывал. Только Реза знает… Я ушёл в горы отвлечься, побыть в одиночестве и… Не рассчитал силёнок. Провалился под снег, переломал ноги и замёрз… Моя смерть не была быстрой и лёгкой… И у меня было море времени подумать о прожитых годах… И понять, что… Ничего моя жизнь не стоила. Поэтому… Это всё наваливается на меня снова, и, Ани… — Аксис уткнулся лбом в плечо девушки, и та нежно обняла его за плечи.

— Страшно умирать? — спросила она.

— Очень. Точнее… Не сама смерть страшна, а осознание того, что тебя скоро не станет. И ты станешь лишь застывшим изваянием в снегах и чьим‑то воспоминанием. Тогда я не знал про Анкнит. Но сейчас я благодарен ему, что посчитал меня достойным и подарил мне вечную жизнь и предназначение. И… Возможность повстречать тебя, моя королева.

Хранитель положил голову на колени Анисины, и она тут же запустила ласковые пальцы в его белоснежную шевелюру, вызывая тем самым у навигатора блаженный стон.

— Обожаю твои нежные ручки у меня в волосах.

— Хах, наши чувства сходятся. У меня к ним непреодолимая тяга с первой встречи, — усмехнулась разноглазка.

— Да? Прям с первой? — Аксис устроился удобнее на коленях Анисины.

— Прям с первой. Смотри, этот Киран свалил, — девушка огляделась в поисках спутника.

— Забей. Никуда не денется, — отозвался Аксис.

***

Киран наблюдал за парой из тени.

«Такие приторно милые… Бесит», — думал он. Но подленький голос, что возникал в разуме колдуна всё чаще в последнее время, съязвил:

«Это просто зависть, дружок».

Зависть…

Мужчина чувствовал перемены в мире, всем своим существом ощущал, как трещит само мироздание, как трещины, что сам же колдун и породил, всё глубже вгрызаются в ткань бытия. Как из этих трещин в мир ползёт скверна: грехи, пороки — одним словом, тьма. Эта тьма завладевала мыслями, пробуждая в душе всё самое тёмное.

Зависть. Да, зависть — лютую, всепоглощающую зависть сейчас чувствовал Киран.

Эти моменты чужой близости словно тупым ножом резали по сердцу, оголяя нервы. Киран понимал, что сам же всё испортил, что винить других — это не выход, но так хотелось заставить и их чувствовать ту пустоту одиночества, что поглощала разум бывшего колдуна.

Свой выбор он сделал сам — и выбрал неверно. Сам же стал причиной своих кошмаров наяву. И теперь расплачивается, теряя себя в пустоте.

Киран замотал головой, вытесняя из разума цепкие, когтистые лапы тьмы, оплетающие и вгрызающиеся в сознание, разрушая всё то светлое, что все еще таилось на задворках души.

«Прочь! Я исполню, что должно, и заслужу забвение… Анкнит… Молю…» — думал колдун.

Сегодня, когда сновидица чуть не угодила в ловушку, у него промелькнула подлая мыслишка — самому шагнуть в неё и забыть… Всё… Просто прекратить существовать… Но, вовремя очнувшись, Киран понял, что это не выход: ловушка на то и ловушка, что не просто лишает памяти, а сохраняет самое болезненное, травмирующее воспоминание — и… оставляет тебя в нем навеки.

Повесив голову, мужчина прошептал:

— Любимая, я так скучаю. Каждый день, каждое мгновение — все дни наполнены мыслями лишь о тебе. И я не сдамся. Не поддамся вновь соблазнительным речам тьмы, не открою ей своё сердце и обрету прощение. Я клянусь тебе, любовь моя.

Тихий смех Аксиса вывел колдуна из раздумий, и тот, кивнув самому себе, вернулся к огню, что весело горел, равнодушный к чужим переживаниям.

Глава 16. Вместе сквозь страх.

К середине следующего дня на горизонте стали то там, то здесь выглядывать заснеженные вершины.

Анисина, заметив, что Аксису становится всё хуже, поинтересовалась вполголоса:

— Акс, далеко ещё? Мы поднимемся к снегам?

— Нет! — ответил вместо навигатора Киран. Бывший колдун ловко проводил группу, избегая столкновений с ловушками памяти и прочими препятствиями.

Анисина, несмотря на тревожность спутников и полный напряжения внутренний голос, наслаждалась прогулкой. Дышала горным воздухом, любовалась замысловатыми тенями расщелин, редкими представителями флоры, изредка являвшимися её взору.

— Мы почти на месте, — отрезал проводник своим скрипучим голосом.

Аксис стал совсем не своим: не улыбался, потухший взгляд ледяных глаз беспрерывно выцеплял снежные островки из окружавшего их пейзажа. Его руки нервно подрагивали, а губы были плотно сжаты. Сначала Анисина пыталась его отвлечь, но вскоре поняла, что это бесполезно, и прекратила попытки.

Киран остановился у самой кромки снежного наста, простиравшегося впереди, куда было видно.