Carbon – Особенности воспитания небожителей (СИ) (страница 27)
Разве что интерьер больше подходил какому-нибудь Пурпурному дворцу. Слишком много подчеркнутой роскоши. Не безвкусной, но однозначной.
Стол был очень низким, настолько, что за него удобнее было лечь, а не сесть. Огромное количество даже на вид мягких шкур, тканей, подушек… хотя после предыдущих «подушек» я уже не уверена, что эти тоже не разбегутся в самый ответственный момент. И все это великолепие в серебристом, темно-синем и фиолетовом цветах. Мрачновато, но, что греха таить, красиво.
— Ты голодна? — как ни в чем не бывало поинтересовался похититель, снимая меня с плеча и усаживая на подушку перед столом. — Я велел приготовить обед. Блюда могут быть непривычными тебе, но иного ты в любом случае не получишь. Так что ты должна побыстрее привыкнуть к нашему рациону.
Хм, ладно, опустим это «должна» как несущественное. Мало ли что он там себе придумал о моих долгах. Но чтобы иметь силы на сопротивление и побег, надо нормально питаться. И что мне тут предложат? Ага. Сплошной белок. Некоторый еще шевелится.
Я внимательно осмотрела несколько десятков блюд на столе и подняла глаза на своего похитителя. Он как раз уселся напротив, подложив под седалище одну из пискнувших подушек, что ползла мимо.
Сейчас я наконец смогла разглядеть его второй облик. Если, будучи фиолетовым в сверкающую крапинку, он походил на этакого рогатого дроу, то теперь передо мной был типичнейший китайский прекрасный принц. Или, точнее, тиран-император. Ну такой, каким его рисуют фанатки дорам и аниме. И костюмчик подходящий — много слоев, развевающиеся рукава, отменный шелк, изящная вышивка и ни грамма вычурности. Разворот плеч, осиная талия, стянутая традиционным широким поясом. А выше — ну тоже ожидаемо.
Кстати, кто придумал, что у людей восточного типа маленькие глаза? Ничего подобного. Они для нас непривычной формы, и только. А на самом деле большеглазых товарищей среди жителей Поднебесной гораздо больше, чем среди привычного мне европейского населения.
Вот и этот был… с «очами феникса». Это когда внутренний уголок глаза расположен ниже, чем внешний, и линия ресниц красиво изгибается от переносицы к виску. Эталон здешнего представления о красоте. Ну и на мой взгляд симпатично. Хотя по-русски это называется проще и не так поэтично — «раскосые глаза».
А в остальном все типично и привычно: идеальный овал лица с высокими скулами и четко очерченным острым подбородком, не слишком большой рот со в меру полными губами красивой формы, прямой нос с высокой для китайца переносицей. Короче говоря, был бы у меня гугл под рукой, на запрос «звезда дорамы» вывалился бы миллион фотографий подобного типа.
Может быть, поэтому я и не упала в обморок и не умерла на месте от его красоты, не знаю. Или у меня иммунитет не после гугла, а после собственного мужа, который в любом случае красивее. Во всяком случае, для меня.
Похититель, кажется, ожидал более яркой реакции на свою внешность и явно удивился, когда я, закончив беглый осмотр достопримечательностей его лица, вернулась к закускам. Но переживать долго не стал. Подцепив аккуратным ногтем что-то вроде крупной живой креветки, он одним движением отправил ее в рот. Раздался громкий хруст панциря, и мне отчетливо стали видны немаленькие клыки хозяина помещения.
Я тихо выдохнула и задумчиво потыкала палочками в ближайшую тарелку. Убедилась, что маленькие червячки в подливке не шевелятся, и потянулась понюхать. Ага… похоже, это не червячки, а какие-то растения.
— Если будешь есть одну траву, похудеешь и умрешь, — заметил хозяин трапезы и снова захрустел сочными на вид жуками.
Я кивнула и стала проверять остальные тарелки. Те, в которых еда шевелилась, я решительно отодвигала в сторону похитителя, а все остальные вдумчиво изучала и принюхивалась.
— Чем один жук отличается от другого? Почему этого ты ешь, а этого не хочешь? — с интересом спросил «император зла», когда я очистила от кожуры то, что мне показалось самым привлекательным на вид и запах. То есть оно было похоже на каштан, а не на что-то с лапками.
— Он не дергается и пахнет жареным. — Я пожала плечами. — Неудобно есть то, что шевелится в горле. Щекотно.
— А… то есть происхождение еды тебя не волнует? Этот жук, например, водится в болотной тине и питается останками мелких тварей, что в ней утонули.
— Это ты еще не в курсе, чем питается обыкновенная камбала, — снова пожала плечами я. — Даже самого прожженного гуя стошнило бы, уверяю. А свиньи? Они тоже не слишком разборчивы в еде. Какая разница, если он уже выловлен и нормально приготовлен? Главное, не дергается. А на вкус ничего.
— Ты странная, — после некоторого размышления заключил похититель.
— Кто бы говорил, — вернула я ему комплимент.
— Но мне нравится, — как ни в чем не бывало констатировал дорамный принц. — Попробуй вот этих низших демонов в виде пухлых червей. Этот деликатес выращивают специально, откармливая на молоке демонических… м-м-м… по-вашему, наверное, коз.
— Дергаться не будут? — уточнила я, потыкав палочками в червяков. — Ага. Ничего так, только слишком сладкие.
— Или вот. Новорожденные мышата. Кстати, это блюдо мои повара позаимствовали у людей, уж очень им понравился рецепт. Называется «три писка». Мышонок пищит впервые, когда берешь его в руки, — демон продемонстрировал мне наглядно, — потом когда макаешь в соус и потом, — он закинул мелкое лысое существо в рот, — когда его раскусываешь. Занимательно.
— Делать твоим поварам нечего, — не одобрила я, внутренне передернувшись. — Ты представляешь, сколько возни с этой мелочью? Хуже только соловьиные языки. И насчет писка — сказала же: живое мне есть не нравится. Особенно то, которое пищит. Я уже молчу о том, что в сырых мышах может быть полно паразитов и есть их — не слишком полезно.
— Что такое паразиты? — удивился хозяин застолья и посмотрел на комочек в своих палочках слегка недоверчиво.
— О, — обрадовалась я, мысленно мстительно потирая руки, — это ты удачно спросил, как раз к столу. Сейчас расскажу тебе о том, какие бывают последствия у сыроедения. Про ленточных глистов слышал? А про мутирующие вирусы, которые столетиями живут в животных, но заражают лю… демонов? А про описторхоз? Нет? Так, короче, садись поудобнее, это будет долгий разговор!
Глава 36
— Хм, это было познавательно. Хотя не думаю, что столь мелкие низшие сущности могут выжить в желудке демона, способного растворять в себе без следа драгоценные металлы и камни. — Демон задумчиво подпер кулаком подбородок, длинным ухоженным ногтем другой руки вороша новорожденных мышат. Но в рот больше тащить не стал. Отодвинул подальше. Надо сказать, что во время лекции он пару раз все же слегка, почти незаметно, скривился и чуть-чуть позеленел, но в целом перенес ее на редкость стойко. Наверное, наглядных пособий не хватило, чтобы пронять как следует.
— Ну, пока не проведешь исследования, уверенности нет, — немного сбила градус его спокойствия я. — У демонических тварей и глисты должны быть демонические, если следовать логике развития. Нерастворяемые.
— Хм… хм… В жуках тоже есть глисты? — Мужчина щелкнул палочкой по крупному насекомому, пытающемуся вылезти из тарелки.
— Понятия не имею, я не специалист в демонической энтомологии.
— Значит, от подобной еды ты можешь легко заболеть и даже умереть, не переварив мелких сущностей. Поэтому тебе нужна исключительно вареная или жареная пища? — уловил главное похититель.
Вот именно, я, по правде говоря, больше опасалась за свой желудок, чем за здоровье незнакомых демонов. Поэтому кивнула:
— В целом вывод верный. Остальные пусть заботятся о своем пищеварении самостоятельно.
— Я узнаю… болеют ли другие демоны чем-то похожим на то, что ты описала, — озадачился похититель, в его глазах мелькнула перламутровая дымка почти детского интереса и легкой опаски. Но он тут же встряхнулся и подвинул ко мне глубокую миску с чем-то темным и каменным на вид.
— Тогда вот, держи. Это «Черепаха в железной рубашке». Она вареная… — Тут он предвкушающе улыбнулся и продолжил: — Рецепт ее приготовления достаточно забавный. Нужно взять живую столетнюю черепаху и посадить ее в холодный пряный бульон, а потом медленно и постепенно нагревать. Черепахе становится жарко, и она начинает пить бульон. В конце концов, когда температура воды становится невыносимой, черепаха умирает, наглотавшись бульона, и становится мягкой и вкусной снаружи и изнутри. Считается деликатесом.
— Высокая кухня во все времена была для извращенцев, которым делать нечего и время девать некуда, — прокомментировала я, давя приступы дрожи и тошноты. — Черепаху жалко, но, с другой стороны… вареных раков я тоже ела, там процесс не сильно отличается, если подумать. Как ее из этого панциря выковыривать?
— То есть будешь есть? — еще раз уточнил принц. — Хм. Я думал, скажешь мне, что это слишком жестоко, и…
— Так она все равно уже вареная, — пересилила я себя. Тут главное — не показывать страха, как и перед любым хищником. Иначе он просто разорвет тебя на кусочки. — Какой смысл обесценивать страдания несчастного животного? Легче ей от моего сочувствия не станет. Другое дело, что сама я в жизни не буду так заморачиваться: припечет мне с голодухи и в отсутствие другой провизии съесть черепаху — сварю и съем без этих долгих ритуалов.