Carbon – Мужчина с огнестрелом (СИ) (страница 40)

Ириска снова вздохнула и вдруг улыбнулась мне:

-      Вот она когда огрызается, ты знай - либо испугалась чего-то, либо хочет приласкаться, но не знает, как это вообще делается.

-      То есть, как только начинает вести себя неадекватно, надо гладить? - постарался переварить я инструкции.

-      Ага! - обрадовалась Ириска. - Точно! Как только что не так - гладь ее, гладь! Увидишь, поможет! И ты не думай, что она вот такая неблагодарная. Просто... ей с младенчества очень жестко внушали, что задаром в этом мире ничего не бывает. Она тебе не рассказывала, как там в своем Омске стала примой и чего ей это стоило? Ты спроси как-нибудь... вот это она понимает - она выложилась на все сто и больше. Выгрызала себе зубами место примы, потому превозносит это место, ставит во главу угла, делает его единственной целью. И не видит за ней ничего...

В принципе, я знал это. Действительно, ведь то, что достаётся легко - никогда не ценится. Но привыкнув к нашему Оружию, которое как раз зубами выгрызает именно дорогу к Мастеру, я не сразу это осознал. И Ирина просто продолжила вслух мои мысли:

-      А ты пришел и дал ей... по-хорошему, просто так! И совершенно выбил у девчонки почву из под ног - то ли взамен потребуешь не пойми чего, то ли совсем Вселенная кувырком - «даром» вдруг ништяки с неба посыпались. И она не то чтобы не ценит их - она в них тупо не верит.

-      И что ты предлагаешь? Забрать у неё всё и потом выдавать за заслуги?

-      Нет, - Ириска резко мотнула головой. - Забирать-то зачем? А вот показать четко и ясно, что оно все вовсе не задаром, и в то же время вполне ей по силам - это ты можешь. Требуй с нее больше - сейчас учится, значит, в учебе. Она привыкла пахать на пределе и считает эту пахоту непременным условием успеха и уважения - пусть пашет. Но и цени тогда ее успехи, дай ей понять, как это для тебя важно. И возьми ее на охоту. Пусть поймет на своей шкуре, что это не сказка. Хлебнет настоящего азарта боя и скверны из твари - живо мозги от балета очистятся! Юлька та еще драчунья и воительница на самом деле, главное ее бултыхнуть в это дело с головой, а дальше сама поплывет, еще и пищать будет, что мало охоты, надо больше! - Ириска засмеялась.

Я глубокомысленно кивнул, обдумывая ситуацию.

-      И да, сама не верю, что это говорю, но... попробуй какое-то время ее не опекать. Не кормить, к примеру, по расписанию и не собирать коробочки с обедами, пусть сама позаботится. Не нужно за нее, прости, конечно, даже пижаму в магазине выбирать - она же не дебилка. Результат оцени и укажи, что понравилось - она в следующий раз сама сообразит чего-куда. И вообще, пусть сначала заработает обновки. Сосредоточь свою заботу именно на ней самой... как бы... как на девушке?

Ириска темпераментно жестикулировала, расхаживая вокруг меня по лужайке:

-      Приласкать, улыбнуться лишний раз, ноги эти ее несчастные полечить - только ты это... она очень обижается, что ты их уродством называешь. Сама понимает, что красоваться нечем, но она эти чертовы мозоли такой кровью и болью нарабатывала... Уф... короче, это все. А то дальше меня уже совсем в интимные вещи понесет. А оно не мое дело.

-      Спасибо... за прямолинейность, Ирин... Ириска. - я и сам слегка смущённо улыбнулся, - Если б все женщины так же бесхитростно все объясняли, в мире было бы намного меньше недопонимания.

-      Да обращайся! - засмеялась девушка. - Я вечно все напролом как раз норовлю высказать, Мик вон бухтит, что дипломат из меня, как из секиры маникюрный набор.

-      Жизель как раз мастерски маникюр делала, - тоже рассмеялся я, - а она именно Секира.

-      Ну ты только Юльке не ляпни, - совсем уж развеселилась дочь Виктора. - Мы, землянки, жуткие собственницы, имей в виду. Страсть какие ревнивые!

-      Хорошо. Заслужит и сумеет - будет единственной, - кивнул я.

-      Во-о-о! - одобрила девушка. - Вот это правильный подход. Ты. главное, цель ей обозначь и с дороги отодвинься, чтоб этот танк с разгона не снес! Типа дипломатично так, знаешь, а не так, как я. Мол, «вот будет у меня крутое Оружие, чтоб любую тварь выносило - зачем мне какие-то другие, я и не посмотрю»... ой, я уже представляю! Что она сделает! Считай, что ты уже обладатель самого мощного огнестрела на три спирали вокруг!

-      Кхм... Мастер...- вдруг раздался сбоку мужской голос. Микаэль Самгин смотрел на Ирину грустным взглядом голодного и брошенного щенка, большого такого, двухметрового щенка. - Простите, Мастер, вы уже так долго...

-      Манипулятор высшего класса, - одобрительно хихикнула Ириска в кулак и тихо прошептала: - Лан, забирай свою Юлу-занозу, а я своего Коса пойду награжу за долгое терпение, - по блеснувшем глазам девушки, я даже не сомневался какого рода будет эта награда, - Кстати, ты того.... если такой щенячий взгляд сейчас от Юльки получишь - не удивляйся. Мик тоже не дурак поучить жизни всякого, кто убежать не успел. Порой он с этим даже перебарщивает!

Уже почти удалившись, Самгина вдруг обернулась и совершенно серьезно сказала:

-      Си-кристалл пришлю с андроидом сразу тебе на корабль. Не нравится мне эта суета вокруг детей. Если что-то странное заметишь - вызывай сразу, хорошо? И запись Юлькиной памяти я бы с вашего обоюдного разрешения хотела бы посмотреть.

Я подтверждающе кивнул, ещё раз слегка поклонившись. Советы от клана, на данный момент наиболее близкого к Прародителям, я игнорировать не собирался. Да и просто, с точки зрения трезвой логики... что-то в них было. И, кстати, вот это желание Ирины быть в курсе отчасти объясняло ее благотворительность с кристаллом.

Рука потянулась вытащить сигарету... да ржа! Меня уже самого это пугает!

-      Макс? - Юля аккуратно подёргала меня за рукав, - Давай, мы уже домой пойдём. Очень кушать хочется, позавтракала на нервах я плохо...

У Микаэля Самгина этот просящий взгляд получался намного лучше, но с учётом того, что моя барашка ещё ни разу ни о чем так мило не просила...кхм...

-      Конечно, пойдём, Юля. Я только побеседую с ответственными за... хотя ладно, потом поговорю.

Юля

Ну трындец вообще у Ириски муженек. Я аж ошалела слегка, когда он меня довольно бесцеремонно подхватил и уволок - прямо как тот паук растанцевавшуюся муху. Только глазами хлопнула и рот открыла, когда этот железный человек поставил меня на травку и начал вещать:

-      Ну здравствуй, Юля. Моё имя Микаэль, но можно просто Мик. Мастер Ирина ещё называет меня Кос, так как я - боевая Коса. Последнее время я очень много о тебе слышал, потому очень рад, наконец, увидеть вживую. - Он протянул свою огромную руку для рукопожатия. Ириска говорила, что он у неё дылда, но я даже не представляла насколько. Мой Мастер по сравнению с ним натурально комарик.

-      Привет, - настороженно отозвалась я, незаметно косясь на оставленного Макса. Чего это вообще происходит? Не, за избавление от ментов мое Ириске большое мерси с разбегу, но дальше началась натурально непонятная фигня, и она меня напрягает.

-      Ты не волнуйся, не съест мой Мастер твоего, - улыбнулся мужчина доброй улыбкой заправского людоеда. - Понимаю,что сейчас вам больше всего хотелось бы поговорить с друг другом, но, думаю... перед объяснением тебе лучше кое что узнать.

-      Ммм, тебе не кажется, что все это смахивает на мексиканскую мелодраму времен советской бабушки? - уже с интересом спросила я. Ну вид у этого Коса был уж больно торжественный и при этом таинственный, ровно как у какого-нибудь Хуана- Диего из мыльной оперы в мелодраме, которую наша вахтерша тетя Клава смотрела с принесенной из дома кассеты на допотопном видике в холле.

-      Хм, я не совсем понял, что значит этот оборот, надеюсь, ты мне не грубишь? - слегка хохотнул он, почесывая затылок, - Знаешь, Земля... твой мир достаточно сильно отличается от нашего. И судя по рассказам Ирины, ты ещё этого просто не осознала.

-      Не, с чего бы мне грубить? - удивилась я. - А насчет отличий - это ты в точку.

Очень хотелось добавить, что они даже на мой не слишком опытный и невооруженный взгляд космически долбанутые товарищи, но я промолчала. Еще и правда решит, что я пытаюсь нагрубить.

-      Я не собираюсь тебя уговаривать безоговорочно подчиняться, - начал он, вглядываясь в моё лицо. - Тем более, что и сам порой думаю, что многие правила нашего общество не более чем привычка и давно устарели, но всё же. Пойми, Юлия, мы жили по этим правилам сотни и тысячи лет. А потому любой окрик извне, что «ваши устои - ни на что не годятся» воспринимается, как минимум, враждебно. Тебе же неприятно, когда Мастер плохо отзывается о балете? Он ведь о нем, по- хорошему, ничего и не знает и судит даже не по обложке, а по одной грани, - он материализовал в руках маленький прозрачный куб и направил его на местное солнце, - а этих граней может быть более сотни. Так и ты пытаешься гнуть свою линию, не зная и тысячной доли этого мира. Нет... миров.

-      Э, стоп, погоди, - я замахала у него перед лицом ладошкой. - Ты это... не увлекайся, пожалуйста, а то я, во-первых, пугаюсь, а во-вторых, не успеваю за твоей логикой. Извини, мне та многоногая амеба малость мозги подъела, и они еще не восстановились. Ты давай по пунктам, коротко, - я взяла у него из рук кристаллик, задумчиво погладила по той грани, которой он обозначил балет, и сказала: - Аналогия понятна в целом. Но связи пока не улавливаю.