Carbon – Ледяные маски Оверхольма (страница 15)

— Когда я что-то забывал? — почти оскорбился Патрик. В последнее время наедине он стал вести себя гораздо свободнее. И перестал ныть. Зато стал ворчать и бухтеть втрое. — Леди, мое мнение не влияет на мою работу!

— Верно, — примирительно улыбнулась я и без лишних церемоний заткнула уже открытый для новой порции претензий рот булкой. — Ешь. Сам тощий, как соломинка. А мне перед балом много нельзя. Муж обещал минимум вальс.

Местных танцев я не знала, и это легко объяснялось моим южным происхождением. Но местный аналог венского вальса мы с Патриком все же отрепетировали, под бдительным присмотром дворецкого и почему-то лекаря.

Патрик вздохнул и взялся за свою чашку, которую принес только после серьезного внушения. Пацан оказался не только верным, но еще и редкостно педантичным. Даже занудным. Не положено слуге есть за одним столом с леди, и хоть кол на голове теши.

Пришлось напоминать о том, что он теперь мне не только паж, но и брат. Раз взял на себя смелость меня воспитывать как родственник — пусть и ест нормально, за столом.

А его занудливость мне только на руку. Для помощника руководителя нет ничего лучше этого качества. К ним обычно прилагаются внимательность к деталям, въедливость и пунктуальность.

Так что я была спокойна за платье и аксессуары к сегодняшнему балу. Спрашивала больше для проформы и для того, чтобы Патрик побухтел. Это добавляло утренним посиделкам семейного уюта.

Платье для первого выхода я решила подготовить себе в рамках местной моды. Но только по фасону и «открытости».

Здесь и сейчас как раз в моду вошли «вуали» поверх нижнего платья из плотного непрозрачного шелка. В целом на местных блондинках с молочной кожей это смотрелось очаровательно — пастельные тона, пудровые, даже чуть более яркие, но светлые. И белая кисейная накидка сверху, с белой же вышивкой по полупрозрачной сетке.

И я все сделала строго по последней моде. Но вот цвет нижнего платья выбрала необычный — ярко-алый, который после недолгих раздумий слегка приглушила той самой невесомой вуалью поверх. Только не белой, а черной. А растущие от моего подола кровавые розы в угольных завитках шипастых лиан и вовсе делали платье слегка хищным.

Короче говоря, как раньше выразился Патрик, придраться не к чему, и в то же время хочется то ли рассмотреть получше, то ли стукнуть. Потому что «ужас как не так»!

Отдельно от меня платье смотрелось прекрасно. Но вот я в нем… еще лучше. Платье словно растворялось во мне, теряя свою отдельность и превращаясь в часть единого облика подчеркнуто чуждой южанки, в то же время вполне усвоившей местные правила игры.

Особенным вызовом было то, что я не собиралась надевать никаких дорогих украшений. У Эмбер не было драгоценностей — не знаю, куда она их дела. Возможно, все фамильные сокровища ушли в королевскую казну. А лорд Оверхольм в свое время не озаботился снабдить жену новыми.

А я не стала напоминать. Пока не стала. Четко и расчетливо. Приду на первый бал как есть, а дальше он сам все что надо купит. Бегом побежит по ювелирам. Отдельно от оговоренной суммы на наряды и любовника!

Конечно, совсем уж «неукрашенной» я все же идти не стала. Все эти драгоценности прекрасно заменили аксессуары из той самой вуали с вышивкой из роз цвета крови. Кружевной чокер на шею, такие же серьги и, как финальный аккорд, крупная заколка в волосах. Все выполнено из тех же материалов, что и платье. А вышивку из роз, кажется, самолично сделал Эжен какой-то магией. Иначе я вообще не пойму, как моя «команда мечты» успела сделать это великолепие.

Короче говоря, весь день я валялась в кровати, отдыхала впрок, вкусно питалась и болтала с Патриком. А когда за окном начало темнеть, стала собираться, деталь за деталью добавляя к своему образу дикости и притягательности.

Это закон человеческой психики, обусловленный миллионами лет естественного отбора. Свежий генетический материал, относящийся все же к одному с тобой виду, вызывает живейший интерес. Особенно у мужчин.

Не зря южане так любят белокожих блондинок, а те же скандинавы с лету западают на жгучих черноволосых красоток.

Вот и сегодня обществу северян предстоит любоваться огненным проблеском нездешней красоты.

Глава 20

— Вы нарочно? — только и спросил лорд муж, когда я появилась на верхних ступеньках лестницы, ведущей в холл.

— Что именно? — весело поинтересовалась я, спускаясь и беря его под руку.

— Нарочно выглядите… так?

Я повернулась и посмотрела на него с искренним изумлением:

— Конечно. А что вас удивляет? Каждая нормальная женщина старается выглядеть наилучшим образом.

— А вы уверены, что выглядите хорошо? — старательно съязвил лорд Оверхольм, подводя меня к карете.

— Естественно, нет! — достаточно холодно отбрила я. — Что значит «хорошо»? Я выгляжу великолепно!

На это он ничего не ответил. И вообще молчал всю дорогу до здания городской ратуши. Именно там, в большом зале на втором этаже, сегодня состоится бал. Одно из главных светских мероприятий сезона.

Одно из главных, но не самое. Королевский бал во дворце только планировался и должен был состояться примерно через месяц. Как раз хватит времени, чтобы произвести впечатление на других сборищах, а параллельно подготовиться к главному выходу.

Перед зданием расположился большой фонтан, имитирующий водопад. Видимо, магически незамерзающий, потому что в моем мире я привыкла, что фонтаны на зиму отключают. А здесь радужные струи били в вечернее небо и падали водопадом обратно как ни в чем не бывало.

И что меня удивило, все прибывающие останавливались перед ним и… прихорашивались. Да ладно! А местные оказались продуманными. Или просто с фантазией. Необычное, но очень большое зеркало. Специально для того, чтобы войти в помещение во всей красе. А то вдруг у леди от тряски прическа растрепалась?

Я с неким ожиданием вгляделась в собственное отражение, еще раз подтверждая, что все потрясающе и великолепно. Вот только мой взгляд невольно упал на мужа, и разум сухо констатировал: смотримся вместе мы тоже хорошо. Как назло! Костюм Лира отлично гармонировал с моим, изображая что-то наподобие черного военного мундира с алыми элементами и отстрочкой. Хм, может, он знал, какое именно я платье надену, и специально подобрал подходящее? Да не… вряд ли. А то так можно и вовсе додуматься до того, что его темные круги под глазами и алые полопавшиеся капилляры это тоже часть образа. Интересно, кто его так заездил?

Кстати, путем окружных расспросов и разговоров с Патриком я тут выяснила, как моего мужа зовут полностью. Яролир Санхейм, лорд Оверхольм. А я, стало быть, Эмберлин Санхейм, леди Оверхольм. И останусь Санхейм даже после развода, сменю фамилию, только если снова выйду замуж. Я перестану быть леди Оверхольм, но, что интересно, смогу на правах бывшей жены требовать некие преференции по защите и поддержке от бывшего.

Прямо не суровое средневековье, а матриархат какой-то. Хотя… учитывая, как шустро леди южанки бегут обратно в свои монастыри, не все так просто.

— Леди, вы слишком долго рассматриваете свое отражение, — зашипел мне муж почти в самое ухо, отвлекая от мыслей и увлекая под руку прочь от фонтана-зеркала. — Не можете насмотреться на свое великолепие?

— Скорее, на ваше, — мирно улыбнулась я. — Хорошо выглядите, лорд муж. И не напрягайтесь так, ради всех богов. Я просто констатирую факт, а вовсе не флиртую. Развод никто не отменял.

— М-да? — Мне показалось или в голосе Яролира было несколько больше задумчивости, чем пристало в этой ситуации? — Ладно, пойдемте. Первый танец надо обязательно станцевать вместе, а потом можете развлекаться. Только, умоляю, держите себя в руках. Не кидайтесь на смазливых мужчин, не узнав хотя бы их происхождение.

Кажется, ему не нравилось быть в центре внимания, вот он и вредничал. А никуда не денешься. Рядом со мной он поневоле привлекал все взгляды.

— Думаю, я сумею сдержать свой темперамент. — За такие инсинуации козла хотелось покусать, но я ограничилась ироничным поддразниванием. — Главное, вы тоже не слишком увлекайтесь общением с другими… женщинами. Если не хотите, конечно, прослыть сумасшедшим.

— Вы серьезно думаете, что мне сейчас есть дело до каких-то женщин? — возмутился муж. — Моя б воля, я бы сейчас спал. Из-за нашей прошлой прогулки по ателье и последующей организации вашего досуга пришлось работать ночью.

— Хм, отдыхать тоже хорошее занятие, — согласилась я. — Но не забывайте: наш развод будет результатом моей легкомысленности, а не вашей… м-м-м… никто из присутствующих не поверит, что вы бросили такую женщину по собственной инициативе.

Яролир даже слегка притормозил, воззрившись на меня почти с восхищенным изумлением:

— Леди! Откуда в вас эта бездна самоуверенности? Черная ку… птица, конечно, будет выделяться среди белой стаи. Но птицей она от этого, увы, быть не перестанет. А если она еще и характер показывать станет, ее просто заклюют.

— Ничего, я справлюсь. — Наверное, за моей милой улыбкой лорд Оверхольм разглядел что-то вроде хищно изогнутого острого клюва, потому что явственно передернул плечами. И снова съязвил:

— Барахтайтесь на здоровье, жена моя. Пока еще жена, да.

— Не волнуйтесь, муж мой. Пока еще муж, да, — вернула я подколку и приветливо улыбнулась первым ласточкам. В смысле, мы наконец миновали гигантскую роскошную лестницу и вошли в бальную залу. И сразу нам навстречу устремилось довольно много народу.